— Да, ты мне необходима во время переговоров, — спокойно сказал он. — Иначе я бы давно уже был в пути. Факс пришел совсем недавно, поэтому я не смог предупредить тебя, чтобы ты собрала вещи и подъехала сразу в аэропорт. Пришлось действовать быстро. Я уже заказал билеты.
— Сколько дней примерно займет эта поездка?
— Не хочешь надолго оставлять своего любовника одного? — зло кинул Зак и тут же пожалел об этом. Ну что за подростковая грубость и несдержанность? Он ведь обещал себе, что не будет никогда психологически давить на нее! Лили сама должна рассказать ему о своей жизни, когда почувствует, что готова к этому. Только терпением он может завоевать ее доверие, а если повезет, то и любовь.
Какая жалость, с грустью подумала Лили, что она не может ответить утвердительно на этот провокационный вопрос. Она вздохнула и презрительно смерила мужчину взглядом.
— Мы оба прекрасно знаем, что это не твое дело, но я тем не менее отвечу. Любовник, — при этих словах в глазах Зака зажегся опасный огонек, что подействовало как бальзам на израненное сердце Лили, — даже если бы таковой у меня имелся, — Зак немного расслабился, — в состоянии сам позаботиться о себе. Любовник — не любимый и не муж, если ушла одна, найдет себе другую, а потом всегда можно вернуться к первой. Так что тебе не стоит волноваться. Совсем другое дело, домашние животные и растения. Они-то как раз с трудом переживают долгую разлуку, а могут и вовсе погибнуть. Именно поэтому мне необходимо знать, на какой срок договариваться с соседкой, чтобы та за ними присмотрела.
Зак устыдился своей внезапной вспышки ревности и с горечью признал: когда дело касается Лили, он становится совсем неуправляемым.
— Понятно! Извини, если обидел тебя. Думаю, до конца недели мы справимся. Вылет через пять часов.
— Тогда я отправляюсь к себе, соберу вещи и оттуда — в аэропорт.
— Я заеду за тобой.
— Это лишнее.
— Лили!
Его голос задрожал то ли от ярости, то ли от чего-то еще, Лили не поняла точно, но и не стремилась это узнать. Ее больше волновал тот факт, что ей почти целую неделю предстоит провести рядом с Заком, практически не расставаясь. Она уже забыла, когда ей удавалось расслабиться в его присутствии, вдруг не удержится и бросится ему на шею, умоляя заняться с ней любовью. Ничего, абсолютно ничего не изменилось со вчерашнего дня! Она так надеялась, что сумеет заставить себя возненавидеть его, но этого, увы, не произошло. Ее сердцем по-прежнему владели любовь, боль и тоска, которая становилась все острее по мере того, как приближался день, когда она будет вынуждена расстаться с ним навсегда.
— Зак, совершенно не нужно ко мне приезжать! — Она устало провела рукой по волосам. — Давай не будем ничего усложнять. Я приеду в аэропорт на такси.
— Хорошо. Как скажешь. — Он склонил голову. Его губы были сурово сжаты.
Он должен добиться ее доверия, чего бы это ему ни стоило!
Лили вздрогнула. Покладистый Зак, который сразу соглашается с мнением другого человека? Это что-то новенькое. Только вот надолго ли его хватит?
— Мне нужно захватить с собой какие-нибудь документы?
Зак отрицательно покачал головой.
— Все необходимое я возьму сам. Пока! Увидимся в аэропорту. У нас будет предостаточно времени, и ты сможешь в самолете ознакомиться с тем, что нам предстоит сделать.
Лили несколько секунд стояла, глядя на темноволосую голову, склонившуюся над очередным документом, а затем, кивнув, вышла, изумляясь про себя, куда могла подеваться присущая Закари Свифту властность. Когда опасный хищник успел превратиться в покладистого домашнего котенка? Хотя более интересным, несомненно, представлялся другой вопрос: что послужило тому причиной? Что или… кто?
Ее сердце взволнованно забилось. Робкая, неуверенная надежда зародилась в ее душе. Неужели произошло чудо, и Зак влюбился в нее? Впрочем, смешно верить в такую возможность. Вчера, когда Дэниэл в машине стал забрасывать ее вопросами, Зак не вмешался в их разговор, и еще неизвестно, почему: то ли не захотел ее смущать, то ли… ему были просто неинтересны подробности ее жизни. Разумеется, ей вчера повезло, и обстоятельства сложились таким образом, что до каких-либо признаний дело просто не дошло. Но сегодня Зак ни словом не обмолвился о том, что ему известно о ней.
Известно о ней… повторила она про себя. Интересно, а что конкретно ему стало известно о ней в результате единственного разговора, который состоялся между ним и Марком? Она ведь отсутствовала не больше пяти минут, а Марк вошел в кабинет не сразу после ее ухода. Но сколько времени они там пробыли вдвоем? Минуты две-три, не более… Как говорится, у страха глаза велики, и она все преувеличивает; вполне может статься, что Марк не успел сообщить ему ничего важного. Но как тогда объяснить выражение вины и отчаяния на лице Марка? Как объяснить его искренние извинения? Вчера у нее не нашлось ни физических, ни душевных сил позвонить своему врачу и другу и выяснить, о чем он все-таки успел сообщить Заку. Да и, сказать по правде, ей это просто не пришло в голову. А жаль, ей бы сегодня не пришлось мучиться.
Лили тихо вздохнула. За что ей такое наказание? Сначала Зак лишил ее покоя, а вот теперь ей приходится отправляться в город, в котором родилась и который была вынуждена покинуть. Похоже, в ее жизни наступила пресловутая черная полоса. Но где же тогда затерялась белая? Потому что вот уже более года ее жизнь протекает в неизменных мрачных тонах. И сколько ей осталось ждать хоть капельку счастья — одному лишь Богу известно!
В общем, если уж не везет, то по-крупному.
— Лили? Лили Келловей? Вот это да! Ты вернулась? А Дороти сказала, что ты за границей и, когда вернешься, никто не знает.
В возгласе прозвучало такое искреннее удивление, что голова Зака сама собой повернулась в сторону, откуда раздался женский голос.
В небольшом аэропорту Элбори-Вогонды было немноголюдно, и не услышать голос, раздавшийся в нескольких шагах от них, было совершенно невозможно.
Лили беззвучно выдохнула. Ах, как было бы чудесно хотя бы на минуту стать глухой и немой!
Она мысленно перекрестилась и обернулась.
— Мишель, здравствуй!
Какое счастье, что ей удалось вложить в свой голос столько радости и энтузиазма, что вряд ли кто-нибудь догадается об ее истинных чувствах! А у нее, оказывается, имеются актерские способности!
Мишель распахнула объятья и звучно поцеловала воздух у ее щеки.
Заметив острый, заинтересованный взгляд Зака, Лили вся похолодела. Ну надо же было такому случиться! Едва они ступили на землю Элбори-Вогонды, как сразу нашлась ее знакомая. И что теперь ей говорить Заку? Придумывать какую-нибудь легенду? Однако вряд ли он поверит пусть даже в самую хитроумную ложь, ведь фраза «Ты вернулась?» свидетельствует о многом. Ладно, будем надеяться, что он проявит несвойственную ему деликатность: в конце концов, они не муж и жена, чтобы выяснять отношения. Какая ему разница, с кем она целуется в аэропорту? Она не обязана ни перед кем отчитываться!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
