Большинство неугодных депутатов, в их числе и Пишегрю, были арестованы, лишь некоторые успели бежать из страны. В сорока девяти департаментах выборы были признаны недействительными, результаты аннулированы. При проведении перевыборов были предприняты все меры, которые позволяли пройти в парламент только угодным Директории кандидатам. Массово снимались с должностей подозреваемые в нелояльности режиму чиновники всех рангов, судьи, закрывались опасные на данный момент газеты и журналы.
Этот, по существу дела, политический переворот имел очень важные последствия для всей внутренней и внешней политики Франции. Самым главным следствием было то, что он дискредитировал режим Директории окончательно и бесповоротно. Если легитимность режима до этого и так казалась весьма шаткой, то после происшедших политических чисток всем, как врагам, так и сторонникам режима, стало очевидным, что он может сохранять власть в стране только посредством использования армии. С этого времени распад власти ускорился, приблизив государственный переворот, который сверг Директорию, заменив её Консулатом во главе с генералом Бонапартом, а Консулат стал началом французского варианта Национальной революции.
*
Таким образом, с точки зрения национал-демократа, знающего о существовании закономерностей исторического развития, надо делать следующий вывод. Если реакционным силам в России удастся одержать победу на выборах, их ждёт схожее развитие событий, которое приблизит Национальную революцию! А потому коммунистическое наступление в стране на данном этапе должно быть поддержано самыми здоровыми и авангардными силами среди русских националистов.
Не следует заблуждаться, коммунистическое наступление обречено на полный провал. Коммунизм в России приблизился к своему третьему инфаркту, и его окончательное политическое поражение, которое произойдёт так или иначе, станет одновременно поражением последних мифов интернационализма. И инородцы это чувствуют, - отнюдь недаром кавказцы и прочие так бросились под красные знамёна. Посему: пусть побеждают коммунисты, если смогут! Пусть они дискредитируют себя, покажут полную неспособность изменить ход исторических событий или будут раздавлены теми силами, которые стоят за нынешним режимом.
8 нояб. 1995г.
Развёрнутые тезисы выступления на оргсобрании по подготовке конференции
“Государство и национальная идеология”
I.
До недавнего времени, а точнее до весны этого года, в русском националистическом движении осуществлялась подмена национально осознанной идеологии, вызревшей внутри собственных политических традиций, идеологией, а точнее сказать, мифологией немецкого национал-социализма. За редким исключением немецкий национал-социализм при этом воспринимался не политически, а как идейная догма, не требующая ни пересмотра, ни обновления, которую надо только приспособить к нашей действительности. Повторялись и повторялись упорные попытки перенесения организационных структур национал-социалистической рабочей партии на отечественную почву, и даже без какого-либо серьёзного критического осмысления. Ситуация в полной мере соответствовала классическому выражению: "Постоянная ошибка генералов - что они готовятся к прошлой войне”. Отупляющее творческую мысль влияние мифов национал-социализма, сложившихся в Германии в исторически давние уже десятилетия, неизбежно готовило русский национализм к прошлым формам политической борьбы, бывшим в немецкой Национальной революции, и по этим причинам обрекало его на политический тупик, на политическую импотенцию. В таком виде он был совсем не опасен правящему режиму.
Кризис этой болезни русского национализма наметился весной. Появление сразу нескольких новых и по задачам и по форме националистических газет и журналов стало самым ярким свидетельством перехода национализма в принципиально новое состояние выяснения своей политической субъектности. С.Жариков, главный редактор журнала “Атака” утверждал в июне, мол, просмотр немецких правых изданий Германии второй половины 20-х годов убедил его, что в осмыслении причин и следствий Национальной революции мы уже преодолеваем националистов того времени и нам брать у них больше нечего. Необходимость собственного взгляда на теоретические основы русского национализма отмечали, правда, чаще лишь вскользь и невразумительно, и другие представители националистов новой генерации.
Наметившийся в то же время развал национал-патриотических партий, кризис доверия к их лидерам, о чём автору довелось предупреждать в апреле в статье “Русский национализм - движитель Реформации России”, - стал к осени общепризнанным фактом. То есть уже накопились однозначные свидетельства того, что мы вступаем в качественно новую фазу политического взросления, суть которой в следующем, - без сильной отечественной идеологии революционного национализма невозможно дальнейшее продвижение к действительной схватке за политическое влияние и власть.
II.
В мае 1993 года, во время разговора с лидером национальных республиканцев Н.Лысенко, - подчёркивая, что национализм должен готовиться к Национальной революции, и именно к революции, я пару раз опирался на замечание В.Ленина из работы “Что делать?” Замечание классическое, известное и чрезвычайно правильное, что без революционной теории, революционной идеологии не может быть революционной партии.
В следующем году, в большой статье, напечатанной в двух номерах “Молодой гвардии”, уже Н.Лысенко однозначно и с политическим надрывом прояснил свою позицию: появление русской националистической идеологии есть вопрос жизни и смерти русской нации. Тогда это прозвучало едва ли ни как глас вопиющего в пустыне.
Но ныне становится очевидным для многих, что все попытки народных патриотов и старых националистов построить партии, опираясь почти исключительно на организационные методы, - какими бы дельными и опытными, мужественными и активными не были лидеры и их сподвижники, - с треском провалились. Не менее очевидным становится и то, что на передний план борьбы за создание политически дееспособной партии подготовки Национальной революции выходят идеологи. Складывается такая ситуация, что только крупные идеологи могут стать подлинными лидерами такой партии. Потому что только в седле активной и быстро реагирующей на каждодневные события жизни идеологии, идеологии ещё не догматизированной, а становящейся и развивающейся, единственно возможно вписаться в реальную политическую борьбу. И только с помощью живой развивающей идеологии можно на нынешнем историческом этапе перестройки всех сторон жизни народа и государства подчинить сложнейшие и непредсказуемые обстоятельства, возникающие во внутренней и внешней политике России, а так же создать мобильную программу управления таковой перестройкой.
