— Отец сказал, что хорошо развивать отношения с домом Марис, — Эдрик подмигнул Квинну.
— Лазая по деревьям?
— Это было весело, — отметил Дамиен. — Но пора вспомнить, кто мы.
— Да, — Адалин кивнула и взглянула на Квинна, а тот не заметил.
Дети шли по улице к открытым вратам, ведущим на земли замка. Дальше стояло изящное здание белого цвета со знаменем дома Люцерас, трепещущим на ветру.
Селена смотрела им вслед, сидя на ветке. Ее сердце сжималось. Таким было детство Дамиена? Смех и дружба?
Ее воспоминания заполнили ее разум, пока дети шли к вратам замка. Тренировки, зависть Амары, постоянные напоминания матери о важности дома Рейвенвуд, давящий вес ее судьбы. Радостными мгновения были только в саду с Петуром и разговоры с отцом за чаем и чтением в его кабинете. И даже те воспоминания теперь были с горечью, ведь она побывала в разуме Петура.
Она закрыла глаза и медленно дышала, крылья прижались к телу. Она была тут не ради зависти, она помогала Дамиену. И она уже ощущала, что это воспоминание успокоило его разум. Это было счастливое воспоминание. О Квинне.
Ее горло снова сжалось. Дамиен и его брат были близки, а она и Амара — нет. Она покачала головой и расправила крылья. Она поднялась в синее небо, летела с ветром, искала еще воспоминание, чтобы успокоить разум Дамиена.
11
Дамиен моргнул, тусклый свет утра проникал в большие окна справа. Он устал, но жар и головная боль с кошмарами прошли.
«Что за…»
Рядом с ним на кровати что-то было, прижимало его под покрывалом.
Он повернул голову и нахмурился. Это было тело. В… ночной рубашке?
Он размышлял, подавляя желание отбросить одеяло и вскочить с кровати. Кто мог быть в его кровати?
Фигура поежилась и повернулась поверх покрывала. Черные волосы были длинными и спутанными вокруг подушки, на которой она лежала.
«Селена?».
Он осторожно отодвинул одеяло, поднялся на локте. Хоть ее лицо смотрело в другую сторону, ее волосы легко было узнать — такие черные, что отливали синевой.
Что она тут делала? В его комнате? На его кровати?
Она поежилась снова.
Он потер лоб, а потом поднял свое одеяло и укутал им ее тело. Она не проснулась.
Медленно, чтобы не потревожить матрац, Дамиен сел и повернулся к своей стороне кровати. Боль пронзила бедро, и он подавил вопль, сжал столбик кровати. Теперь он вспомнил. Стрела попала в него во время нападения, Тэгис как-то донес его до Нор Эсен и к целителю Силдэрну. Он посмотрел на перевязанную ногу. Боль была не сильной, наконечника там уже не было. Его нога заживала, но все же было неприятно.
Он теребил бинт, когда услышал, как Селена пошевелилась за ним. На нем были только туника и нижнее белье. Он встал и прошел, хромая, к ширме, как можно быстрее, схватил штаны. Вряд ли Селена пришла в его комнату, чтобы увидеть его раздетым. Он улыбнулся от мысли, но отогнал ее.
Надевая штаны, Дамиен охнул, но дотянул их, застегнул пояс, накинул жилетку на тунику. Его ждало много дел в замке — написать письма другим великим домам, собрать всю возможную информацию о произошедшем в Вороньем замке, начать заново с альянсом.
Он прижал ладонь ко лбу. Он не впервые желал, чтобы отец был еще жив. Он ощущал себя так одиноко, пока возглавлял народ и влиял на другие великие дома.
«Ты не один».
Он вспомнил сон прошлой ночи, день, когда он потерял Квинна. Он говорил брату, что тот был не один, но порой забывал об этом. Свет был с Квинном и его родителями. Был и с ним.
Дамиен закрыл глаза. Его тело было все еще слабым от атаки и лихорадки, и его грудь сдавило от проблем, так что он сделал то, что делал отец в такие моменты. Заговорил со Светом.
Слова сплетались с чувствами, текли из его сердца. Он двигал губами, но звуков не было. Он хотел выйти к утесу, поднять воду, но не было времени, и целитель Силдэрн придет за ним, угрожая привязать к кровати. Так что он стоял за ширмой и молился.
А потом Дамиен опустил голову и глубоко вдохнул. Пора было приступать к роли великого лорда. Он вышел из-за ширмы, Селена все еще лежала на его кровати, дверь в соседнюю комнату была приоткрыта.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он тихо приблизился. Он снова поразился, осознав, что женился на женщине из дома Рейвенвуд. И она лежала тут, наследница Дома сновидцев. Ходящая по снам.
Его жена.
Во сне холод пропал с ее лица. Ее длинные волосы разметались темными прядями по подушке, лицо было румяным от тепла одеяла, которым он ее укрыл.
Дамиен склонил голову набок и смотрел на нее. Почему она вошла в его комнату? Хоть они были женаты, Тэгис точно устроил ее в соседней комнате. Она пришла подержать его за руку? У нее были кошмары? И он все еще не знал, как она использовала дар. Как происходила прогулка по сну?
Он хотел поговорить с Селеной об этом. Скоро.
Кстати…
Дамиен потер висок и повернулся в двери. Ему нужно будет сообщить его народу новости. Чем скорее, тем лучше. Сегодня или завтра. Он собирался обсудить это со стюардом и советом.
Да, его ждал долгий день.
* * *
Дамиен опустил маленький сверток пергамента на край стола и вздохнул. Каяфас быстро ответил ему насчет того, что случилось после его отбытия. Похоже, леди Рагна сочинила лживую историю, бросив сомнения насчет его верности. Ложные обвинения оставили горечь у него во рту. Он мог смириться со многим, но не с осквернением его дома. Ему нужно было сообщить другим домам, что он был жив, и описать то, что сможет.
Дамиен опустил взгляд на пергамент. Каяфас спрашивал и о Селене.
Он почти слышал тревогу и страх в словах Каяфаса. Не только от отца, но и лидера коалиции. Они нуждались в ней. И теперь Дамиен знал, почему.
Он провел рукой по волосам и посмотрел в окно. Серое небо нависало над городом, слева море тянулось за скалами к бесконечному горизонту.
Его нога заныла от того, что он долго сидел. Возле раны нога еще болела, хотя целитель Силдэрн особой мазью уже сотворил чудеса. Он снова поразился тому, что умел Силдэрн. Возможно, у мужчины была капля дара исцеления Рафелей.
Дамиен медленно встал и вытянул ногу. Он должен был проверить Селену. Она уже могла проснуться, новое место и новые люди точно потрясали ее. Тэгис убедил его, что о ней позаботились, когда они прибыли, но, может, при виде знакомого лица ей станет спокойнее.
Благодаря ей он вернулся сюда. Он провел рукой по лицу. Жизнь бывала такой сложной.
Дамиен пошел по коридору, подслушал двоих слуг, говорящих во время уборки:
— Ты ее видел?
— Кого?
— Ту женщину вчера. В черном.
Дамиен замедлился у угла и слушал.
— Да. Она выглядела загадочно.
— Я слышал, это новая жена лорда Дамиена.
— Она? Не похожа на леди вовсе.
— Кто-то сказал, что она из Рейвенвудов.
— Рейвенвуд? Я слышал плохое о них.
Их голоса удалялись по коридору, а потом они пропали.
Это были просто сплетни, но это давало понять, что Селене придется терпеть. Среди его народа было недоверие к другим домам, особенно к неизвестным, как Рейвенвуд.
Тяжесть легла на его грудь.
Дамиен шел по коридору к своей комнате мимо длинных окон с видом на море. Он замедлился, замер у одного из них. Воспоминание прилетело к нему о первой встрече с Селеной почти месяц назад за ужином. Она спрашивала у него про море с восторгом в глазах. Может, он успеет показать ей свой дом перед ужином.
Поправка. Их дом.
От этой мысли на сердце стало легче, он снова пошел вперед.
Он добрался до двери возле своей комнаты, остановился и постучал.
— Селена?
Ответа не было. Он выждал миг и постучал снова. Дверь открылась, но там была юная служанка с белым чепчиком на голове и в простом синем платье, а не Селена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ее глаза расширились.
— М-милорд! — она поклонилась ему.
— Я ищу леди Селену.
— Она с портнихой, милорд.
Дамиен моргнул. Конечно. Она не взяла с собой одежду.
— Когда она закончит?
