Все произошедшее в последнее время… слишком фальшиво. Ну, вот, зачем, спрашивается, притворяться перед слугами? И к чему изображать то, чего нет?
Рани расстроенно уставилась на закрытые двери. Редкое дерево, тонкая резьба, красивые вставки из киарита — великолепная работа местных мастеров! А девушка видела в затейливых завитушках узора лишь символ своей несвободы. Что ждет ее в браке с мужчиной, которому даже прикоснуться к ней неприятно? И к чему весь этот фарс, который они сейчас разыгрывают? Странный обряд единения душ, — о, да, единство у них теперь просто изумительное! — невозможность нормально поговорить с супругом, его нежелание близости. Не проще ли было отпустить ее, сделав вид, что ничего не случилось? Ну, кто бы стал проверять, что там произошло во время отбора? Понятно же, что она мешает лорду Аль-Шехару, что не нужна ему такая жена.
Герцогиня вздохнула. Вот, как поговорить с мужем, если он не дает ей даже маленького шанса? Один взгляд жестких черных глаз, и у нее душа в пятки уходит! Проклятье! А ведь она даже не знает, сумел ли Эрнан выручить нужную сумму, или в Ирьясе снова царит голод, а сборщики податей выгребают из закромов последние бушеры зерна. Ох, Всесвятой…
Картины, одна страшнее другой, промелькнули у Рании перед глазами. Девушка видела изнуренные лица близких, умирающую от недоедания Нарину, еле передвигающего ноги старика-управляющего, бледную и худую Присси. А дети? Тощие, с тонкими ручками, со взрослыми, стариковскими глазами на маленьких личиках…
Рани задохнулась от этих видений. Соскочив с постели, девушка кинулась в умывальню. Скорее! Нужно немедленно переговорить с герцогом!
Вышколенные служанки мгновенно оказались рядом, и, спустя несколько минут, Рания была уже одета.
— Госпожа, куда вас проводить? — Улыбаясь, спросила Джая. — В сад, или на террасу?
— Мне нужно увидеть мужа, — торопливо ответила герцогиня, поправляя шераз.
— Но, госпожа, милорд уехал в город два часа назад и раньше поздней ночи не вернется, — воскликнула Тара.
— Как же так? — Растерянно посмотрела на нее герцогиня. — Ты уверена?
— Да, госпожа, они с управляющим поехали в порт, там как раз корабли Его светлости пришли, разгружаются, а это, не иначе, как до ночи затянется, — подтвердила Эша.
Рания расстроенно опустилась в кресло. Опять не повезло. Да, что же за злой рок ее преследует?!
Остается только ждать. Опять ждать. Обессиленно откинувшись на мягкую спинку, герцогиня прикрыла глаза. Ну, что ж, она подождет.
Лорд Рэйтан устало разогнул спину. Долгий день давно уже подошел к концу, а герцог все не решался вернуться домой. Он всячески оттягивал возвращение, заставляя Амара удивленно поглядывать на своего господина поверх бумаг и недовольно потирать слезящиеся глаза.
«Совсем никуда не годен стал, — грустно вздыхал управляющий, откладывая в сторону просмотренные документы. — В глазах двоится, поясницу ломит, в голове гудит. Видно, опять ненастье заходит. Старость, будь она неладна!»
Разумеется, управляющий лукавил. Он был вполне пригожим иринейцем, пятидесяти лет от роду, с крепким, мускулистым телом и ясным умом. А зрение… Ну, да, зрение, порой, подводило. Так это от извечного разбора счетов и мелких закорючек в налоговых бумагах. А так, герцогский управитель был мужчиной хоть куда. Да, на него еще молодки заглядывались, не то, что зрелые дамы.
Амар Иль-Саир вздохнул и покосился на хозяина. Разгрузка кораблей прошла успешно, все счета проверены, судовые записи изъяты, команды распущены, а лорд Аль-Шехар все сидит в конторе и, похоже, не собирается ее покидать. Управляющий опустил глаза, поминая недобрым словом герцогиню, из-за которой они сейчас торчат в душном кабинете, вместо того, чтобы наслаждаться ужином в замке. Мужчина прекрасно понимал, кто виноват в плохом настроении герцога. Видать, господину совсем не по вкусу пришлась молодая жена, раз не торопится он в ее покои.
Да, не такая герцогиня нужна Его светлости… Ну, что это за женщина, у которой нет ни груди, ни задницы? А милорд-то падок на знойных красоток, у которых и спереди, и сзади все при полном комплекте. Что говорить, и сам Амар, бывало, заглядывался на любовниц герцога. А уж сколько их в замке перебывало! Иии… Вот, взять хотя бы последнюю — Ирмина, кажется. Огонь, а не девка! Статная, сильная, груди налитые, что твоя арсама, талия тонкая, а бедра так и выпирают из-под шаркиссы. А голос какой! Управляющий мечтательно улыбнулся и прикрыл глаза. Куда уж герцогине сравниться с прежними красавицами. Конечно, вот, и заскучали Их светлость. Разве заменит эта тощая ледышка знойных иринеек?
— Амар, ты закончил? — Голос герцога вырвал управляющего из его размышлений.
— Да, господин, — торопливо ответил мужчина.
— Тогда, собирай все документы, я просмотрю их позже. Пора возвращаться.
— Слушаюсь, милорд, — Иль-Саир быстро собрал бумаги и сложил их в папку, бормоча под нос проклятия. Опять герцог ночью спать не будет, опять просидит над договорами до утра. Недовольный управляющий, поминая ирга, накинул свой плащ и быстро пошел вслед за лордом Аль-Шехаром.
Темные покои встретили герцога тишиной. В слабом свете ночника все выглядело иначе, чем днем. Комната казалась больше, кровать — массивнее, легкие занавеси на окнах оживали при малейшем дуновении ветерка, а в ласковом журчании фонтана слышались отзвуки дневных разговоров.
Очертания спящей девушки были едва различимы. Маленькая, сжавшаяся в комочек фигурка, занимала самый край огромной кровати. Герцогиня даже не пошевелилась, когда лорд Рэйтан вошел в комнату.
Герцог неслышно подошел к просторному ложу и улегся на свободной половине. Слава Всеблагому, Рания уже спит. Не зря он сегодня допоздна задержался в доках.
Закрыв глаза, лорд Аль-Шехар умиротворенно улыбнулся. Наконец-то, можно спокойно выспаться…
Однако сон не спешил даровать уставшему герцогу блаженное забытье. Минуты бежали одна за другой, а мужчина все никак не мог уснуть. Он слышал тихое дыхание жены, чувствовал каждое ее движение, неспокойные вздохи, шорох простыней. Обостренным чутьем угадывал жар молодого, девственного тела… Тихое проклятие сорвалось с губ раздосадованного лорда. Что за наказание! Когда уже закончится этот фарс?! Герцог привык засыпать в одиночестве и сейчас раздраженно смотрел на докучливую обузу, перевернувшую всю его размеренную жизнь. Женщинам в жизни лорда Рэйтана было отведено совсем не большое и далеко не главное место. Короткие бурные романы, или нечастые встречи с постоянными любовницами, обоюдная выгода и спокойные расставания — именно так жил герцог много лет. Его устраивали отношения, в которых заранее были расписаны все роли, и каждый знал свои реплики наизусть. «Да, милорд. Как скажете, милорд. Как будет угодно моему господину» — подобные фразы он привык слышать от своих женщин и щедро осыпал любовниц подарками и деньгами. Женская покорность, его удовольствие и хорошее вознаграждение при расставании — вот те правила, которые не нарушались уже много лет. До тех самых пор, пока эта равенийка не умудрилась попасть во дворец.
