— Ну… да… — Зеб неопределенно пожал плечами. — Думаю, мне надо возвращаться. Вы держитесь этой тропинки до тех пор, пока не дойдете до дороги на мельницу. Думаю, что вы сегодня же уедете, так что я прощаюсь.
— До свидания и спасибо, — сказала Сюзанна.
— Не за что.
— До свидания, Зеб, — повторил Майк.
Они отправились вниз по дорожке. По обеим сторонам росли деревья. Солнечный свет золотил подлесок; птицы, щебеча, перелетали с дерева на дерево; белка, едва коснувшись ветки, замерла в испуге, только хвост слегка дрожал.
— Славный человек, этот Зеб, — задумчивов здохнула Сюзанна.
— Да, — отозвался Майк.
— Ты так говоришь, как будто думаешь совсем по-другому.
— Нет, не о Зебе. Он поразил меня, ведь он был искренен. Я поверил ему; по крайней мере, он этим живет. Но, черт побери, — он взмахнул рукой, — оглянись вокруг! Что за чудесная тропинка!
— Да.
— Ну да, мне следовало бы наслаждаться всем этим. Но я не могу. В мыслях я все время возвращаюсь к дороге через болото, по которой нас повел этот ненормальный Итан. Дорогая, я не могу не вспоминать. Я зол. Зол на этот чертов городок. Я и ломаного гроша не дал бы за него. Даже если мы встретим здесь хоть одного здравомыслящего человека, остальное все равно не забудется. Черт, не появись твоя тетя в тот момент…
Майк замолчал. Что еще можно было сказать? Ему трудно было поверить, что сегодня, в наше время, их чуть было не растерзали люди, боявшиеся непонятного проклятия.
— Ну и лицо было у Хэнка Тиберли! Невероятно!
— Майк, я знаю! Я все видела! Не надо об этом больше, ради меня!
Глаза Сюзанны наполнились слезами. Майк остановился и обнял ее за плечи.
— Извини меня, дорогая. Я не подумал…
— Все нормально, Майк. Хотя, конечно, не все, — она покачала головой. — Я не знаю, я просто не знаю, что со мной.
— Ну, хорошо, хорошо…
Его рука легко лежала на ее плече. Они шли молча. Майк понимал, что каждый из них находится в таком состоянии, что не в силах помочь другому, что им необходимо некоторое время, чтобы разобраться во всем и вновь обрести душевное равновесие.
Параллельно им, в глубине леса, какая-то тень беззвучно перебегала от одного дерева к другому. Ни Майк, ни Сюзанна не видели этого. Вскоре с другой стороны вторая фигура проскользнула к новому укрытию. Две тени продолжали передвигаться, чувствуя себя в лесу как дома, поэтому молодые супруги не заметили их присутствия.
Когда они свернули на дорогу, ведущую к мельнице, за спиной у них хрустнула ветка. Майк круто обернулся на звук.
— Что это? — встревожилась Сюзанна.
— Я не знаю.
Он настороженно вгляделся в темноту леса. Все было тихо.
— Наверняка какой-нибудь зверек, — успокоила его Сюзанна.
Но после всего, что произошло с ними за последнее время, Майк стал недоверчиво относиться к каждой подозрительной мелочи.
— Может быть… — протянул он.
Они прошли еще немного. Майк уже не обнимал жену. Каждый был занят своими мыслями. Они молчали.
Следившие за ними люди проскользнули к самому краю владений Уэйтли и сели наблюдать.
Майк и Сюзанна сидели на ступеньках веранды. Майк медленно тер костяшками пальцев о ладонь.
— Бедная женщина, — пробормотала Сюзанна.
— Что? — очнулся Майк.
— Тетя Агата, бедная старая женщина. Должно быть, ужасно жить одной, когда… тебя никто не любит.
— Эта бедная женщина — одна из тех, кто пытается выгнать нас отсюда.
— Как бы мне хотелось сделать для нее что-нибудь хорошее, — продолжала Сюзанна. Она, казалось, не слышала своего мужа. — Ты можешь придумать какой-нибудь подарок ей?
— Конечно. У нас есть как раз то, что нужно — старый железный котел и палка от метлы. Твоя тетя управляет здешним обществом как диктатор. Я вообще не очень-то верю, что она тебе тетя… Послушай, Сюзанна, чем быстрее мы уедем отсюда, тем лучше. Это — единственное, о чем я могу сейчас думать.
— Нет, Майк, серьезно… Я думаю, тетя Агата очень одинока.
— Послушай, Сюзи, давай погрузим вещи в машину и уедем из этого сумасшедшего дома прямо сейчас, не дожидаясь вечера!
В голосе Майка слышалось нескрываемое раздражение. Сюзанна из-за своего эмоционального возбуждения подумала, что весь гнев Майка направлен на тетю Агату, а через тетю — и на нее саму.
— Как ты можешь! — задохнулась Сюзанна. — Неужели тебя не трогает, что я чувствую. Ты вообще о чем-нибудь думаешь, кроме своих собственных неприятностей? О…
Она вскочила на ноги, закрыла лицо руками и быстро побежала к лесу, ничего не видя.
Майк был ошеломлен ее яростью. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Потом он вскочил и бросился за женой.
— Сюзанна! Вернись!
— Оставь меня! — закричала Сюзанна, не оборачиваясь.
Майк замедлил шаг и остановился, наблюдая, как ее фигура теряется в тени леса. Он слишком хорошо знал свою жену. Конечно, она легко возбудима, но не из тех женщин, которые склонны к истерическим выходкам. Скоро все будет в порядке. Это был только вопрос времени. Она сильная женщина и вполне может контролировать свои эмоции. Его присутствие сейчас только раздражало бы ее. Он покачал головой и повернул назад к дому.
Дул свежий бриз. Он нес с собой резкий запах моря. Пробежав несколько футов в глубь леса, Сюзанна остановилась и, выбрав кратчайший путь, свернула по направлению к пляжу. В ней боролись противоречивые ощущения: ей необходимо было побыть одной, но она чувствовала себя виноватой, что убежала от Майка. Ей хотелось немедленно уехать из этого дома, с этого острова, но она все же понимала, что это было бы невежливо по отношению к родственникам. Она любила тетю Агату, и ей хотелось сделать что-то, чтобы внести хоть искру счастья в жизнь старой женщины. И в то же время в ее худой и морщинистой тете было нечто, вызывавшее смутный страх. Сюзанна подумала, что на душе у нее накопилось слишком много всего. Усилием воли она попыталась успокоиться, приказав себе на время забыть обо всем.
Сюзанна распустила волосы. Они упали на плечи, ветер подхватил, разметал их… Она рассмеялась новому ощущению.
Сюзанна остановилась, чтобы сорвать красивый, необычный цветок с красно-золотистыми лепестками, потом раздвинула ветки куста, чтобы рассмотреть птичье гнездо с тремя птенцами — голыми, слепыми и костлявыми. Они открывали и закрывали свои рты в ожидании еды.
Постепенно ее смятение стало исчезать. Она даже улыбнулась, вспомнив то неистовое чувство, что охватило ее несколько минут назад.
Невдалеке слышался звук прибоя; волны ритмично разбивались о скалы. Их монотонный шум действовал успокаивающе. Она посидит на берегу, вернется домой и первое, что сделает, — поцелует Майка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
