С другой стороны, если она ввяжется в неприятности, ее всегда можно убрать. С полным на то основанием.
С третьей – послать с ней слуг, которым ритана доверяет. Потому как Антонии она тоже пока не верит до конца. Пусть посмотрят на нее в другой обстановке…
– Я скажу Дите. Будешь ходить с утра на рынок вместе с поваром, закупаться. Заодно научишься разбираться в продуктах, выбирать лучшее для стола, узнаешь цены, посмотришь на столицу…
Антония засияла ясным солнышком. Даже прыщи не помешали.
– Тетушка Розалия! Благодарю вас! Обещаю, вы не пожалеете о своей доброте!
Если тетушка и жалела, то вслух она об этом благоразумно не сказала.
Ни к чему.
* * *
– Где девчонка?
У говорящего явно были какие-то проблемы. Или «волчья пасть», или «волчья суть»…
Голос его звучал… достаточно странно.
Так могла бы говорить змея, которая обрела голос.
– Неизвестно, тан.
– Почему? Вы ее упустили?
Теперь в голосе было еще и обещание страшных кар. Собеседник невольно поежился.
– Не знаю, тан. Дома ее нет, а арендаторы тоже исчезли. И наши люди, которые были туда посланы – пропали.
– Арендаторы исчезли?
– Я неверно выразился, тан. Сгорели два коттеджа. В одном из них найдены два трупа. По слухам – арендаторов.
– Так… а наши люди – пропали?
– Да, тан.
– В этом есть нечто странное. Я хочу, чтобы вы разобрались в этом случае. И нашли девчонку.
– Да, мой тан.
Мужчина жестом отпустил подчиненного и задумался, глядя в камин. Пляска огня завораживала, успокаивала…
И где может быть эта девчонка?
Нет, неизвестно…
Раздражает… просто невероятно раздражает! Его планы нарушены. И кому-то придется за это ответить. Да, кому-то придется…
Глава 4
На следующее же утро, еще до рассвета, в комнату Антонии постучали.
– А? Войдите?
В дверь просунулся хорошенький носик Риты.
– Сеньор главный повар сказал, что выходит через полчаса! Поторопитесь, ритана!
– Полчаса?! – подскочила ритана.
– Пока все самое лучшее не разобрали.
Этого Антония уже не слышала. Она металась по комнате, пытаясь одновременно одеться, причесаться и умыться. Рита хихикнула – и прикрыла дверь.
Внизу Антония оказалась через двадцать минут.
Старший повар был похож на помидор. Толстенький такой, краснощекий, кругленький…
– Ритана Антония, доброе утро.
– Доброе утро, сеньор…
– Фарра, – шепнула оказавшаяся рядом Рита.
– Доброе утро, сеньор Фарра, – тут же поправилась Антония. Колючие кругленькие глазки повара оглядели ее без особой приязни. Точно так же, без приязни, смотрели на нее два лакея, которые обычно сопровождали повара на рынок. Хулио, с большой тачкой, в которую было погружено несколько корзин, и весьма недовольный жизнью Роман.
– Ритана, я понимаю, что вы благородная. Но на рынке прошу мне не мешать и стараться…
– Вести себя потише. И как обычная сеньорита, – согласилась Антония.
Она надела одно из привезенных с собой платьев, и сейчас на благородную даму вовсе не походила. Простое черное платьице в горох могло бы прекрасно смотреться на служанке. И дело даже не в цвете, а в старомодном фасоне и дешевом ситчике, который на него пошел. Благо, на улице стояло начало лета, было тепло и уютно.
На голову Антония повязала косынку, так, как это было принято у крестьян. Стянула на лицо ровный край, закрывая лоб почти до бровей, завязала узел на затылке, свободный конец подвернула так, чтобы волосы были полностью под тканью. Самое то, что нужно.
– Хорошо бы, ритана Антония, – не поверил повар.
Антония пожала плечами.
– Сеньор Фарра, я постараюсь не доставлять вам неприятностей. И пожалуйста, называйте меня Ритой, пока мы будем на рынке.
Повар несколько секунд смотрел на нее, а потом ухмыльнулся.
– А что… хитро. Если кто и услышит – то ли имя тебе, то ли титул… хорошо, рита… на. И если что не так – не обессудьте.
– Спасибо вам, сеньор Фарра.
– Спасибом корзинку не наполнишь. Идемте, рита… на.
Четверо человек, повар, Антония и два лакея – Хулио и Роман, вышли из дома.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})* * *
Рынок!
Как же Антония любила рынки!
Яркие, веселые, шальные, разноцветные…
Запахи накатывают и оглушают, сбивают с ног, запах квашеной капусты мешается с запахом духов, шелка – с дерюгой, нищие с богачами, повсюду снуют вездесущие воры…
Кричат торговцы, привлекая покупателей, кричат сами покупатели, вот, идет торговля…
– Да вы что! Рыба тухлая!
– Свежайшая! Только вчера плавала!
– В канализации?! Вот туда ее и спусти, а мне дай вон того окуня, которого под прилавком прячешь!
Антония с огромным удовольствием глазела по сторонам. Сеньор Фарра посмотрел на девушку, потом вздохнул и вдруг купил на лотке пирожок. Теплый, еще горячий, с яблоком.
– Кушайте, рита… на. Небось, не завтракамши… это мне ничего, а вас-то сейчас ветром снесет.
– Благодарю, сеньор Фарра, – Антония впилась зубами в пирожок.
Вкусно!
– Да вы с ума сошли! Реал за фунт чая?! Я курицу за эту цену куплю!
– Вот и заваривайте ее вместо чая!
Сеньор Фарра приценился к крупам, к муке…
– Первый сорт!
– Да что ты?! А чего такая тяжелая?!
– Смеяться изволите, сеньор! Не мука – россыпь!
– Тогда гирю из нее вытащи! А то слишком мешок тяжел для россыпи, небось, водой смачивал?…
Крики, шум, гам…
Антония оглядывалась по сторонам.
Да, здесь ей было хорошо и уютно. Эх, не уезжала бы она из Лассара, сейчас покупала бы продукты для себя и Долорес. Торговалась бы, понятно…
– Сеньор Фарра, список есть, что нам нужно?
– Конечно. Специи нужны, рита… на. Разбираетесь?
– Не особенно, – не стесняясь созналась Антония. – А вот овощи купить могу. Птицу могу…
– Овощи, говорите?
Антония кивнула, ожидая проверки. И не ошиблась.
– Лук нужен. Сладкий, но лежкий. Сможете выбрать?
Антония уверенно подошла к прилавку.
– Так… эта связка нам не нужна. Слишком сильный запах. А вот здесь лук подгнил – видите, у основания. Явно с корешков что-то счищали. И этот мне не нравится – видите, шелуха тусклая, и вот, влажные участки, их просто внутрь заплели…
– Да вы что, сеньорита!
– А я вот сейчас любую луковицу очищу по своему выбору. Если она не окажется подгнившей, я ее лично куплю и съем. А если окажется – вы ее съедите? С гнильцой, – предложила Антония. И уверенно взяла в руку следующую луковицу. – И этот лук мне не нравится. Крупный, но легковат, теперь внутри пустой…
– Сеньорита!
– Проверим? – мило улыбнулась Тони.
– А вот этот лук вам нравится? – скрипнул зубами продавец, вытаскивая из-под прилавка косицу некрупного красного лука.
Антония ловко ощупала его, осмотрела…
– Сойдет. Сколько?
– Реал! – злорадством на лице торговца можно было лук вместо масла заправлять.
– Это за косицу – или за весь товар? – Антония и глазом не моргнула, начиная торг. Сошлись на десяти песетах за косу, взяли три штуки за реал – и разошлись друзьями. Ну как – друзьями?
Кажется, под конец торговец готов был лично скормить девушке весь свой товар. Но разве это не проявление истинной дружбы? Когда для друга – ничего не жалко!
Сеньор Фарра улыбался в усы.
– Доводилось торговаться, ритана?
– Дома у меня слуг не было. А кушать хотелось… так дешевле, чем по луковице покупать.
– И то верно. Вижу, разбираетесь. Купите, вот, морковку, свеклу, репу и капусту. Картошку хорошо бы и зелени. Роман, давай со мной и корзины возьми. Хулио, тачку захвати и сходи, помоги выбрать. И приходите к ряду со специями, я там буду.
– Сколько надо?
– А вот по мешку, лучше даже по два, если хорошую найдете. Тыква нужна, штук десять. Начало лета, приличных овощей днем с фонарем не разыщешь.
Антония кивнула, но вдоль ряда пошла.
