— Мне говорили, вы пропали, — сказал я ему. И, когда он не ответил, понял — произошло что-то страшное. Я подумал — уж не обознался ли, но был уверен, что нет. Это был Тульяр, точнее, он был им раньше. Я стал вспоминать, нет ли в фольклоре тетраксов упоминания о зомби.
Он до сих пор ничего не ответил, просто смотрел на меня с трудно передаваемым выражением — враждебности за пределами моего понимания. Затем он быстро и как-то воровато взглянул вбок, и я почувствовал облегчение: он хотел убить меня, но знал — сделай он это, и на него обрушится гнев Девятки.
Тут я понял, что за всем этом безумным делом крылось нечто большее, чем желание горстки скаридских молодцов попасть домой. Финн не просто пытался сбежать. Он снова действовал из корыстных побуждений — он рассчитал, что может получить больше от благодарных высокочисловых тетраксов, чем от правосудия Военно-космических сил или от гостеприимства истоми.
Я взглянул на одного из скаридских офицеров.
— Вы надеетесь, что этот тип вернет вас на землю предков, не так ли? спросил я с плохо скрываемым презрением. — Вы едете не наверх — вы спускаетесь.
— Заткнись, Руссо, — бесцеремонно заявил Финн. В первый раз за все время он убрал ствол от моей шеи.
— Джон, — начал я, почувствовав к нему малую толику участия, — это не Тульяр. Я знаю, он выглядит как Тульяр, но он бы никогда не выкинул подобный номер. Что-то внедрилось в его мозг — вселилось в него, когда он вступил в контакт с Девяткой в самый страшный для нее момент. Он одержим компьютерным демоном.
Бесполезно. Финн и скариды не верили мне, и я не мог упрекнуть их в этом. Они не могли знать про голову Медузы, не смогли бы понять, какая война развязалась в глубинах Асгарда. Тульяр-994 неподвижно стоял, не проронив ни единого слова. Он просто ждал. Я подумал, нельзя ли воззвать к лучшему в нем, возможно, настоящий Тульяр скрывался где-то в глубинах его подсознания и все еще мог говорить, думать и действовать, если подсказать ему дорогу.
— Тульяр, — позвал я, — вы понимаете, что происходит с вами?
Глупый вопрос. Это был даже не сбитый с толку тетронец, следующий призрачной мечте, это был совсем другой человек. Что бы там ни вселилось в его мозг, оно проделало куда более разрушительную работу, чем Нечто, живущее во мне. Глядя на Тульяра, или, точнее, на то, что когда-то было Тульяром, я мог считать себя счастливым человеком.
— Делай, что тебе сказали, Руссо, — холодно сказал Финн. Голос его стал хриплым от напряжения. — Не вмешивайся — и все будут живы-здоровы.
С беспокойством думая о штучке на моей спине, я отошел от круглой платформы — в глубь туннеля, по которому только что приехал. Мой взгляд метнулся по трем скаридам и двум тетраксам — ни один из которых, радостно заметил я, не был Нисрином-673. Все они, казалось, покорились судьбе. Скариды болезненно реагировали на вопросы, касающиеся возможных прародители их империи. Предполагалось, что эти прародители включили свет, который недавно погас, на благо и на славу великой Скаридской империи. Я знал также, как сильно у тетраксов развито чувство долга. Тем, кто находился под командованием Тульяра, должно быть, невероятно трудно, почти невозможно не подчиняться ему. Хотя они наверняка заметили: с ним творится что-то странное.
— Пусть они идут, Джон, — воззвал я к своему соплеменнику, рассчитывая, что братство землян должно что-то значить. — Останься.
Его ответ был кратким и непристойным. Он никогда меня не любил, а сейчас эта неприязнь просто омрачила его рассудок.
— Ты не знаешь, что творишь, — обратился я к Джейсинт Сьяни.
— А ты знаешь? — парировала она. — Знает ли кто-нибудь из нас?
Времени спорить не было. Скариды уже забирались в машину, а некто, облаченный в тело Тульяра, влезал за ними. Оставшиеся тетраксы сели на переднее сиденье, последним влез Финн и захлопнул дверь.
Когда платформа начала падать в глубины, унося вездеход в черную бездну, я внезапно почувствовал чудовищную слабость и схватился за стену.
Тут же стена осветилась — и, пожалуйста — Девятка была тут как тут, свежая, как огурчик с грядки.
— Можете убрать заряд, мистер Руссо, он совершенно безопасен, — заверила она.
— Учитывая, что ваша сила почти божественна, — сказал я ей, — вы каждый раз оказываетесь беспомощными, когда дело принимает серьезный оборот.
— Прошу прощения, что не предупредила вас. Это должно было случиться, последовал ответ. — Они подслушивали наши разговоры.
— Так вы знали, что они собирались сделать? — изумился я.
— Конечно.
— И разрешили им уйти? — Я был раздосадован, придя к выводу, что Девятка рада была спровадить вездеход и не оставить мне иного выбора. Теперь я мог только повиноваться их воле. Но, как всегда, я их недооценил.
— Когда мы поняли, что в мозг тетракса вселилось нечто, чуждое программе в вашем мозгу, — сказала она ровным голосом, — мы поняли, что его поразил враг. Пришлось решать, что нужно делать с врагом в нашем окружении. Если бы это нечто проявило враждебность, мы, безусловно, уничтожили бы его. Оно же хотело только сбежать. Нам показалось, что такую возможность нельзя упускать. Правда, мы скрыли это от вас.
— Возможность? — переспросил я. — Возможность чего?
— Как вы сами догадались, — ответила она, — биокопия, завладевшая телом Тульяра, знает, как попасть на нижние уровни, пусть это и трудно. Предположительно она знает, как достичь пункта назначения.
— Как же это поможет нам? Вездеход только один! Ее терпению следовало отдать должное.
— Строительство машины заняло немало времени, — разъяснила она, — потому что трудно программировать строительные устройства. Теперь они знают, как действовать, и для того, чтобы создать дубликат, потребуются считанные часы. Мы успеем. Мы сможем оборудовать украденный вездеход прибором, устройство которого вы должны помнить.
Тут-то меня и осенило.
Когда тетраксы заслали нас на этот уровень — разносить чуму по империи скаридов, они предусмотрительно обули нас в башмаки, оставлявшие органический след, улавливаемый олфактронным <Олфактроника — обнаружение и анализ запахов техническими средствами.> сенсором. Этот прибор, обнаруженный Джоном Финном, привел скаридов на уровень истоми как раз в критический момент моего контакта. Я всегда подозревал, что ответственность за это нес Тулья р.
Теперь, казалось, стороны поменялись местами. Финн, Тульяр и их приспешники прокладывали след, который мог привести меня — в моем человеческом обличье — к Центру.
Теперь ботинки были на других ногах.
Глава 11
Боюсь, что с этого момента мой рассказ становится сбивчивым — по причинам, о которых читатель уже догадался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
