слуге. – Нет смысла продолжать бой.
– Я – потерпевшая сторона.
Джорен шагнул вперед и схватил Эдгара за окровавленную рубашку. – Я победил, – сказал он холодно. – Думаю, что после этого даже такой болван, как ты, должен все осознать. Держись подальше от меня, Эдгар, и подальше от Рилианы. Если ты не понял, то в следующий раз ты будешь нуждаться не в новой рубашке, а в саване!
Джорен, его друзья и слуги повернулись к ожидавшим их каретам. Когда об их пребывании здесь напоминали лишь щелканье кнутов и грохот копыт, Эдгар медленно опустился на колени. Побежден. Опозорен. Его жизнь была кончена.
Артул и Маккей ждали его. Взятая напрокат карета обошлась им по пол-корла за час – деньги, которые они зарабатывали с трудом.
В конце концов Маккей сказал:
– Мы уходим, Эдгар. Ты идешь?
Эдгар, стоявший на коленях, ничего не ответил. Маккей нахмурился и начал убеждать его друга поехать с ними, но Артул взял его под руку и повел к карете.
– Дай ему побыть одному, – сказал он. – Он сможет дойти пешком до города. Аргивия недалеко.
Извозчик натянул поводья, и карета, качаясь, покатила прочь. Эдгар сел на траву и зарыдал, не только из-за позорного поражения на дуэли, но и из-за потери Рилианы, любви всей его жизни.
Последний красный луч заката за западными холмами исчез в мертвой сумеречной тишине. Подул легкий ветерок, разогнав облака и обнажив первые ночные звезды.
Он печально плелся вдоль пыльной дороги, ведущей в Аргивию. Молодой человек не знал, как долго он пробыл в одиночестве, тихо оплакивая несправедливость жизни. В конце концов, он справился со своей меланхолией и нашел потерянный меч. Он выложил крупную сумму кузнецу в Эмбрике за этот клинок, и этого оказалось достаточно для того, чтобы не оставить его на том лугу. Меч вновь висел на поясе Эдгара. Ножны он потерял где-то на лугу, во время дуэли.
Была ветреная ночь, и трава по обе стороны дороги непрерывно колыхалась, когда поток ветра шевелил ее. Не было света, за исключением звезд, но дорога, покрытая песком, оказалась достаточно светлой для того, чтобы продолжать путь. Мокрая от пота одежда Эдгара стала пропускать холод, поэтому он выбросил свою рубашку подмастерья и засунул руки в карманы. Порез на его груди болел, словно его жалили пчелы.
Главная дорога разделилась на две. Одна поворачивала направо, на юг, а другая дорога шла вбок налево, через лес, на восток. Эдгар задумался. Какой из этих путей ведет в Аргивию? Он не помнил, чтобы тут когда-то была развилка. Но сразу после этих мыслей он как наяву увидел ненавистного соперника, насаженного на его клинок.
Молодой человек остановился на стыке двух дорог, пытаясь понять, какая из них идет в город.
Эдгар родился в Эпитайре и пришел в Аргивию, чтобы стать учеником гильдии Медников. Его семья давным-давно была первыми поселенцами Эпитайра, после разрушительной Войны Братьев – Урзы и Мишры. Следом за переменами, к которым привело опустошительное противостояние, предки Эдгара обнаружили, что их заработок от торговли стал резко уменьшаться. Эта гильдия была последним шансом поправить финансовую ситуацию его семьи. Сейчас, в двадцать лет, он имел третью степень подмастерья. Он редко уходил далеко от города, тем более в ночное время. Эдгар стоял и всматривался в развилку, замерзая от ночного ветра. Его грудь болела. Который путь верный?
Южная дорога вилась вокруг низких холмов. При свете звезд он не мог точно сказать, проезжала ли тут недавно лошадь или карета – песок был слишком сухим, и любые следы, оставленные повозками Джорена или Артула, немедленно бы замело. Восточная дорога была по обе стороны засажена деревьями. Это означало, что посадки были сделаны руками людей, как защита от ветра. Таким образом Эдгар рассудил, что дорога слева ведет в Аргивию. Подтянув ремень, провисший под тяжестью меча, Эдгар пошел по ведущей вниз восточной дороге.
Вдали выли собаки. Он развернулся посмотреть на озаренные звездами поля и ничего не увидел, кроме облаков, проходящих над волнующейся от ветра травой. Когда он оказывался под густой растительностью деревьев, тьма наступала, обволакивая его. Высокие кедры заслоняли Эдгара от света звезд и ветра. Он услышал звук крыльев и пригнулся, застигнутый врасплох. За пределами города водились ночные существа, недружелюбно настроенные к одиноким путникам. Эдгар вытащил свой меч и ускорил шаг.
Без ветра, заглушавшего звуки, он расслышал десяток разных шорохов и движений в кустарниках по обе стороны дороги. Эдгар шел то по одной стороне, то по другой, опасаясь, что какая-нибудь тварь может выскочить на него из тени. Всматриваясь в лесную чащу, он заметил пару светящихся зеленых глаз в папоротнике и ткнул туда клинком. Из кустов взлетела стая птиц, испугав его. Молодой человек с воплем отскочил в сторону. Бормоча проклятия, он вновь заспешил по дороге.
Он устал. Его меч был тяжелым, рана пульсировала болью, и он не ел с полудня. Разум Эдгара был поглощен мыслями о потрясающе вкусной еде, которую доставили к дуэли слуги Джорена, разложив ее на красиво расшитых шерстяных коврах. Джорен предлагал ему дичь и белое вино. Эдгар гордо отказывался от гостеприимства соперника. Сейчас он бы отдал левую руку за кусочек жареного окорочка.
Он услышал, как кто-то шел за ним.
Эдгар резко развернулся с клинком наизготовку. Он не мог ничего разглядеть на расстоянии десяти шагов, но никто даже не мелькнул в поле его зрения. Отступив немного назад, Эдгар увидел на земле крупные следы пятипалого существа. Они были похожи на следы кошки, только намного больше, чем он когда-либо видел. Он присел на колени рядом с отпечатком лапы и обнаружил, что его рука гораздо меньше оставленного следа.
Ночь стала очень тихой. Слишком тихой – все сверчки прекратили петь, и непонятные шорохи в чаще умолкли. Эдгар поднялся и помчался что есть сил. Он не знал, от чего бежит, но был уверен, что не хочет этого знать.
После первого всплеска панического страха, вынудившего его ускориться по дороге к дому, бег превратился в нелегкий труд. Тяжело дыша от усталости, Эдгар замедлил ход, а вскоре и совсем остановился. Вокруг него стояла мрачная тишина. Оглянувшись назад, он подождал и вгляделся в темноту, напрягая все чувства до предела, чтобы узнать, кто или что преследовало его.
Послышалось шарканье ног, последовавшее за треском веток справа. Эдгару этого было достаточно, чтобы вытащить меч и вновь пуститься наутек от невидимого противника Он не сделал и пятидесяти шагов, прежде чем увидел мерцание среди
