Из этих цифр видно, что Ленинградский машиностроительный трест был в наилучшем состоянии и работал лучше всех. На нем было сосредоточено производство самого тяжелого и сложного оборудования. Например, только Ленинградский металлический завод мог производить котлы высокого давления и турбины.
Имеющиеся заводы, доставшиеся в наследство от довоенной промышленности, отличались тем, что были очень универсальными. Они могли производить буквально все: от иголок до паровозов. Потому они представляли собой скопище в одном месте десятков цехов и отделений, каждое из которых представляло собой маленький завод.
Обследование показало, что с этим явлением нужно бороться. Сочетание разных цехов и отделений, которые работали неравномерно и несогласованно, приводило к расточительству сырья и топлива. На одном заводе, например, имелась нехватка чугунного литья, а на другом его производилось больше, чем завод мог потребить. Таким, к примеру, был Путиловский завод, обладавший мощными литейными и кузнечным цехами.
Такие цеха, построенные в разное время и для разных целей, обладали из рук вон плохим складским хозяйством и отвратительным внутризаводским транспортом, а также, кроме всего прочего, еще и устаревшим оборудованием. На том же Путиловском заводе, в кузнечном цехе производство было чуть ли не кустарным. Попытки организовать изготовление сложных высококачественных поковок для тракторов здесь потерпели неудачу. На всем Путиловском заводе для организации выпуска тракторов подошла только небольшая артиллерийская мастерская, поскольку только ее оборудование позволило выдержать требования качества и точности изделий.
Все это вместе говорило о том, что промышленность нужно подвергнуть серьезной реорганизации как путем весьма радикальной перестройки уже существующих заводов, так и путем строительства совершенно новых, с совершенно новой организацией и культурой производства.
Этот момент был поворотным в истории индустриализации. Он сразу же высветил недостаточную мощность и оснащенность советских заводов. Нужно было строить новые крупные машиностроительные заводы, которые могли бы освоить выпуск остро необходимого тяжелого оборудования. Также встала необходимость гораздо более широкого сотрудничества с иностранными фирмами, которые обладали технологией производства и мощностями для выпуска нужного оборудования.
1 мая 1925 года Дзержинский дал указание Межлауку разработать план новостроек, и к 1 августа доложить его в Президиуме ВСНХ. На этих заводах должно было развернуться производство тяжелого оборудования и машин. Они должны были стать флагманами новой советской промышленности.
План новостроек был составлен в рекордные сроки – за два месяца. Уже 29 июля 1925 года Дзержинский выпустил приказ по ВСНХ, который предписывал начать подготовительные работы по проектированию новых заводов, созданию строительных организаций, подготовке строительных площадок. Советская индустриализация, начавшаяся с решений Политбюро и Высшей правительственной комиссии 19 июля 1924 года, через год и десять дней дошла до начала проектирования и строительства новых заводов.
20 августа Президиум ВСНХ утвердил список из 14 новых предприятий, намеченных к постройке. В их число входили:
1) тракторный завод в Сталинграде;
2) вагоностроительный завод в Нижнем Тагиле;
3) завод тяжелого машиностроения в Свердловске;
4) завод текстильного машиностроения в Среднем Поволжье;
5) завод полиграфических машин в Ленинграде;
6) инструментальный завод в Ленинграде;
7) плужный завод в Челябинске;
8) плужный завод в Запорожье;
9) завод сеялок и молотилок в Воткинске;
10) завод кос в Златоусте;
11) завод пахотных орудий в Ростове-на-Дону;
12) завод уборочных машин в Ростове-на-Дону;
13) завод сеялок в Армавире;
14) завод молотилок в Бауманове;
15) болтовый завод на Юге[86].
В ноябре 1925 года к 7-му Всесоюзному съезду профсоюзов металлистов была предложена программа развития металлургии, в которой предусматривался пуск восьми крупных заводов:
1. Криворожского завода – 64 тысячи тонн чугуна;
2. Южноуральского завода – 64 тысячи тонн чугуна;
3. Кувшиновского завода – 48 тысяч тонн чугуна;
4. Кузнецкого завода – 48 тысяч тонн чугуна;
5. Богомоловского завода – 12, 5 тысячи тонн меди;
6. Атбасарского завода – 5 тысяч тонн меди;
7. Риддеровского завода – 9 тысяч тонн свинца и 14 тысяч тонн цинка;
8. Штеровского завода – 5 тысяч тонн алюминия в год[87].
В этом плане строительства – позиция Дзержинского в вопросе индустриализации. Хорошо видно, что главный упор делается на производство сельскохозяйственных орудий. Из 14 заводов только пять ориентированы для выпуска оборудования, транспортных средств и комплектующих. Этот план был принят только частично. Из этого плана, после всех его последующих изменений и дополнений, остались только шесть заводов. Это как раз та группа, которая должна была выпускать оборудование и машины.
Пока это были еще только наброски плана нового строительства. Но начало было положено. Работа по индустриализации страны развернулась всерьез. Хозяйственники быстро наращивали свои силы. 23 ноября 1925 года был создан ГИПРОМЕЗ – Государственный институт проектирования металлургических заводов в Ленинграде, первым директором которого 26 ноября стал А.П. Завенягин, за несколько дней до этого своего назначения получивший диплом Горной академии. Госплан 17 декабря 1925 года утвердил разработанные ВСНХ программы строительства. Подготовительные работы на строительных площадках планировалось начать весной и летом следующего, 1926 года.
Авраамий Павлович Завенягин вспоминал, как состоялось его назначение директором ГИПРОМЕЗа. В июле 1925 года он только получил диплом об окончании Горной академии в Москве. Но вскоре был вызван в ВСНХ, где Пятаков поручил ему возглавить новый, только что организованный институт. Все возражения о том, что нет опыта, что только диплом получил, были отметены: это важное задание партии. Завенягин поехал в Ленинград, где принял институт. Тут же на него свалилось задание – Магнитогорский металлургический завод. Причем проект нужно было составить в кратчайшие сроки. В условиях нехватки инженеров, неналаженной работы института Завенягин это задание провалил. Из Москвы пришла телеграмма, что на него наложен строгий выговор. Нарком рабоче-крестьянской инспекции Серго Орджоникизде вызвал Завенягина в Москву.
Речь Орджоникидзе при встрече свелась к тому, что выговор наложен за дело, но работу выполнять некому, и потому Завенягин должен поехать обратно в Ленинград, идти в обком партии и требовать все, что необходимо. Требовать так, чтобы в Москве было слышно. Завенягин так и сделал.
Вскоре, это было сразу после разгрома зиновьевцев в Ленинграде, в ЦК пришла жалоба на действия Завенягина. Он и в самом деле потребовал обеспечить работу института. Через крики и ругань, через жалобы ленинградские партийные руководители эти требования выполнили. ГИПРОМЕЗ заработал в полную мощь. А вскоре пришла телеграмма из ВСНХ о снятии строгого выговора.
К тому моменту, когда начался XIV съезд РКП(б), который, по уверениям советских историков, впервые поставил задачу индустриализации, идея индустриализации не только витала в воздухе, но и уже была довольно детально разработана. Уже был создан первый перспективный план развития промышленности, который, правда, впоследствии серьезно переработали, и к моменту открытия съезда партии 18 декабря 1925 года он уже поступил в Госплан, изучался, обсуждался и сопоставлялся с контрольными цифрами Госплана на 1925/26 год. В самом Госплане развернулась работа по созданию большого генерального плана развития народного хозяйства СССР.
Нужно еще добавить, что кроме выработки первых вариантов перспективного плана в ВСНХ развернулась активная работа по строительству и подготовке коренной реконструкции промышленности. Эта работа была, по сути, первыми шагами индустриализации. Представленный в Госплан план строительства новых заводов был утвержден Президиумом Госплана за день до открытия съезда.
Интересно получается: задача стала выполняться еще до того, как она была поставлена партией. Здесь все было скорее наоборот. Резолюция съезда была признанием и политическим оформлением уже давно и бурно идущего процесса строительства.
В книге В.С. Лельчука «Социалистическая индустриализация СССР и ее освещение в советской историографии» приводится любопытное обстоятельство, связанное с этой резолюцией XIV съезда. Проект резолюции съезда по хозяйственной политике был написан Бухариным вполне в нэповском духе. В его проекте Сталин сделал свои поправки, коренным образом изменившие смысл всего документа:
«СССР (далее поправка)…из страны, ввозящей машины и оборудование, превратить в страну, производящую машины и оборудование…
