Признаться, страшно по собственной дури, снова нырнуть в густые просторы воздуха и захлебываясь, опрометью лететь вниз головой. Особенно сейчас, при свете робкого солнца, прорисовывающего каждую деталь окружающего пространства. Но именно это я сделала… договорив последние слова. С шумом соскользнув с каменного приступка.
В след за мной со скалы сорвались маленькие камушки, обгоняя и пропадая в водной глади. Нужно заметить, что в такие моменты, как смертельное падение, в голове не возникает ни одного образа и не одной мысли, — разум чист как слеза.
Я просто летела, широко раскрыв глаза, к цветам приближающегося моря.
Море. Нет ничего красивее моря. Такой стихии и жизнь отдать не жаль. Вот что за мысли посещают мою буйную головушку… практически коснувшуюся ледяной воды.
ГЛАВА 18. Нефилим
Я взвизгнула, то ли от леденящей нежную кожу стихии, то ли от мощного подъёма.
Хрупкий девичий стан, как и в прошлый раз, стиснули горячие кожистые лапы, неприятно упираясь в мягкие ткани твердыми, как камень, когтями.
И потянули вверх. Все выше и выше, и выше.
Рывками, с каждым мощным взмахом крыльев.
Синева залива быстро удалялась от моих глаз, превращаясь в ровно очерченную окружность. Перед взором снова начали простираться зачаровывающие норвежские дали, переплетаясь всеми цветами радуги.
Самый подходящий день для полёта!
Тварь не сразу понесла меня обратно на скалу, а пролетев мимо, и дав мне обшарить взглядом место привала, устремилась в сторону моря. На скале было пусто. Стиана не было.
Где ж он, если меня несёт его хваленая птица?
На этот раз железная хватка была в меру крепкой и в меру слабой. Практически безболезненной, но всё равно, несущей новые ранения. Но думалось сейчас не об этом, а о той красоте, о тех эмоциях и ощущениях, получаемых от полета.
Они были захватывающими, поразительными и фантастическими!
Ничего подобного раньше я не испытывала!
И только вошла во вкус и начала наслаждаться головокружительными пейзажами и красками, как это существо решило вернуться обратно. И прекратив ровное парение, развернулось в сторону скалы. Легкая досада тронула сердце, но не задержалась там надолго, так как расцепив пальцы, оно отпустило меня на землю, и очень хорошо дало себя рассмотреть…
Это было что-то потрясающее!
Из рода вон выходящее!
Оно зависло над остроконечным утесом, более спокойно и размеренно гребя воздух громадными крыльями, исходящими из-за спины. Отчего, под натянутой кожей поджарого тела, так и ходили сильные мышцы.
Уши исчезли, угловатые черты лица стерлись и подтянулись. Нос, превратился в остатки рудимента, а глазницы, так и зыкали, источая голубой цвет. Ох, и жутковато…
На голове виднелись закругленные рога, а позади ног, преобразовавшихся в укороченные, мощные лапы с когтями, шевелился длинный тонкий хвост.
Брррр… то ли отвратительный ящер, то ли чудовищный дьявол.
Дьявол. Точно! Колдун, летающая тварь, в этом мире, и миллионер в другом. Такое возможно, если тебя помогают силы зла.
Возможно, я знаю! И знаю, как называется эта тварь. Нефилим!
О них упоминала бабушка. Падший ангел. Как-то так…
Ой, ой, ой. Лучше бы он был драконом, или ещё какой-нибудь зверушкой. Одно дело помогать зажравшемуся боссу, другое — исчадию ада.
Становилось понятно, каким образом средневековый человек, обладающий коверканной речью, мог так разбогатеть и возвыситься в нашем мире. Только с помощью магии, и никак иначе.
Существо выждало время и начало снижаться, ступив на землю большими лапами. Настолько нелепыми и невообразимыми, что их трудно было описать.
Получеловек, полудинозавр, полудьявол.
Как в природе могло такое зародиться?! Откуда это взялось на нашей земле? А хотя, что это я, она же богата на фантазии…
Тварь отряхнулась. Сложила крылья и направилась в мою сторону, отчего я резко соскочила с земли, в поисках крепкой дубинки или полена…
Но как назло под руки попадались лишь небольшие валуны, вытаявшие из-под снега. Из горла доносился мышиный писк, когда чудовище, не останавливаясь коротало дистанцию между нами. Что же делать? Стоять и медленно врастать в землю, ожидая тесного контакта? Или пуститься на утек?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И не придумав ничего лучше, я бросила в тварь большой камень… горячо сжимаемый до этого в руке.
Булыжник попал точно в цель… отскочив от кожистого плеча, и я пискнула ещё громче, будто ударила сама себя.
Тварь встрепенулась, и разведя руки в стороны, распахнула зубастую пасть… рубя воздух громким ревом.
Я присела, обдуваемая ударной волной, и на четвереньках начала отступление. Сама же хотела это увидеть, так что беги, Вероника, беги, дурочка!
Резко поднявшись, путаясь в собственных ногах, ставших ватными, мне все же удалось побежать назад.
В сторону пещеры… где, возможно, до сих пор источая трупный запах, лежали чьи- то останки… Плохая идея с пещерой.
И развернувшись, не осознавая, что делаю, я понеслась обратно — строну крылатой твари, уже оторвавшейся от земли.
Сейчас я не соображала, что было хуже для меня — когти или растерзанное тело.
Завидев мои бесцельные метания чудовище издало гортанный рык, явно потешаясь над моим страхом. А ведь мне было сказано, не совать нос куда не надо. И знать столько — сколько положено.
Перед мутным взором замаячили спасительные валуны, в тени которых можно было укрыться, и я снова сменила траекторию.
Летун понял ход моих мыслей и над головой зашумели упругие крылья… а на плечи упали хваткие лапы, пригвоздив трясущееся тело к земле.
Уронив, тварь соскочила с меня, чтобы не поломать костей, и грубо развернула, уложив на спину. Перед взором предстали две лапищи, разведенные в стороны, между которых восставало в тон кожи… набухшее мужское достоинство, сочащееся белесой жидкостью… похоже я не только умудрилась разозлить его.
Злость часто вызывает возбуждение. Как и боль — наслаждение. К лодыжкам что- то прикоснулось, и я взвизгнула вновь, увидев, как их обвивает тонкий хвост.
Только не это… оно собиралось меня изнасиловать… Но к счастью я ошиблась. Нефилим, скрутив хвостом ноги, стиснул их, и развернул крылья, поднимаясь в небо.
Я закричала, задыхаясь от крутящихся потоков воздуха. И лихорадочно начала хвататься за спасительные соломинки, торчащие из стылой почвы. Но они оторвались, вместе со мной воспаряя в небо.
Чудовище ускорилось, унося от утеса свою добычу, висевшую вниз головой… светлые волосы, которой развевались на ветру как белый флаг — символ капитуляции.
И я капитулировала, сдалась тому что сильнее меня. Как когда-то, безропотно, приняла дар медиума. И если я сегодня не умру, то не стану задавать лишних вопросов. Ни одного.
Стиан был прав. Мой мозг не вынесет обилия поступающей информации.
Возможно, этим он защищал меня, а не вводил в заблуждение.
Пролетев некоторое время, я увидела закрытый грот, в блистающей синеве которого стоял деревянный домик, так и греющий сердце.
Сейчас бы выкупаться, перекусить и лечь спать рядом с теплым камином, забыв о событиях последних дней. А после проснуться в бабушкиной избушке, где пахло испеченными блинчиками. Обнять родителей, и согласиться на все их условия — уехать в город, закрыться в четырех стенах и начать грызть гранит науки. Какой же сладкой сейчас казалась эта жизнь, от которой я упорно открещивалась.
И забыть про империю Абрамова. Отучиться и уехать на другой край земли, где он не оставлял своего следа.
Крыша дома мелькнула перед глазами, оставшись позади… и я разволновалась не на шутку, полагая что меня несли именно туда. Тварь устремилась дальше, чуть ниже спустившись к земле, так что мои волосы цеплялись за высокие травинки. Проделало путь по тропе ведущей к горячему источнику и со всего маха бросило меня в импровизированную ванну!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Истошный вопль затопила теплая, ласковая вода, и окунувшись с головой, я опустилась до самого дна.
