Читаем без скачивания Убийство и Дама пик - Светлана Потоцкая

— Это Павел, — сказал Андрей, бросив беглый взгляд на часы, и взял трубку. — Есть. Будет сделано. Спускаемся.

Последнее слово относилось уже ко мне. Судя по всему, Павел звонил из машины и скоро будет у нашего подъезда. Галку с Еленой мы решили подождать на улице: моя подруга была достаточно пунктуальна, но не до такой степени.

Первым приехал Павел. Как мне показалось, более кроткий, чем обычно. К моему глубочайшему изумлению, Милочка действительно была с ним.

Скорее всего, ночь они посвятили выяснению отношений, потому что вид у них был примерно одинаковый: устало-умиротворенный.

— А кто такая эта Елена? — спросил Павел, когда мы дружно закурили, чтобы скоротать ожидание.

— Елена — двоюродная сестра Галки, — отозвалась я. — Кузина, стало быть. Я с ней вижусь редко.

— Про кузину я уже слышал. А чем занимается, сколько лет?

— Врач. Была терапевтом, а теперь — администратор в частной медицинской фирме, зарабатывает бешеные деньги.

— Бешеные с чьей точки зрения? — Павел, как всегда, жаждал конкретики.

— С моей и налоговой полиции, — удовлетворила я его любопытство. Кормит семью. У тети Тани — только пенсия, Еленин сын недавно из армии вернулся и тут же женился, а муж там какой-то странный, я его никогда не видела, но похоже, с претензиями и без денег. Стандартный вариант…

Андрей кашлянул, не громко, но, как мне показалось, со значением. Смысла я не уловила, но от дальнейших субъективных оценок на всякий случай воздержалась.

— Деньги даром платить не будут, работа у нее сумасшедшая. А возраст… Твоя ровесница, наверное, но выглядит моложе. Красивая…

Тут я осеклась уже сама и опасливо покосилась на Милочку. Хвалить другую женщину в присутствии невесты — не слишком умный ход. Но Милочка и ухом не повела, за что я ее немедленно же зауважала. Терпеть не могу ревнивых женщин!

Во двор завернул знакомый «жигуленок». Галка была человеком удивительно консервативным и в своем стальном коне души не чаяла. Те деньги, которые она вбухала в его ремонт, можно было бы с большим толком потратить на приобретение вполне приличной иномарки. Нет — ни в какую. Хотя… Если я периодически разговариваю со своим компьютером, то почему бы Галке не очеловечивать легковую машину? Имеет право.

Галка с Еленой — двоюродные сестры, но сходства между ними нет почти никакого. Галка — рыжеватая шатенка с такой пышной шевелюрой, что хватило бы на трех нормальных женщин. Ухаживать за этой копной — чистое наказание, поэтому Галка время от времени швыряет расческу или щетку в зеркало и клянется, что обреет голову и будет носить парик. Но денег на парик ей, вероятно, жалко, так что все остается по-прежнему.

Елена — жгучая брюнетка с волосами, скрученными узлом, так что и не поймешь, какие они там на самом деле. По-моему, такая прическа называется «птичья головка». Один-единственный раз я видела Елену в другом оформлении под Кармен. По-моему, именно тогда у нее начался роман с ее Санечкой, но роман быстро закончился браком, а прическа обрела прежний монолитный вид,

Галка всегда одевается по последней моде и никогда не упустит случая продемонстрировать стройные ноги: если бы не российский суровый климат, носила бы мини-юбки круглый год. Елена выбирает юбки только ниже колен, хотя с ногами у нее, по-моему, полный порядок, и белые блузки — не исключаю, что накрахмаленные. Даже брюки со свитером на ней выглядят как строгий деловой костюм.

Галка обожает косметику, особенно губную помаду, и коллекционирует духи, предпочитая экзотические ароматы, названия которых сплошь и рядом просто не помнит. Елена даже к духам относится скептически. Иногда мне кажется, что от нее попахивает ладаном — настолько стерильный образ получается. Но как только она открывает рот, впечатление меняется на прямо противоположное.

Елена обожает острые шуточки, да и сама может вставить словцо, которое не всякая цензура пропустит. Галка же, наоборот, говорит так, будто находится в великосветском обществе, и анекдоты рассказывать не умеет. Один анекдот она, правда, знает — но и только. Обычно мы его выслушиваем раз в год, когда собираемся большой компанией. В общем, мои подруги — ходячие иллюстрации к постулату о том, что внешность сплошь и рядом бывает обманчивой.

— Дамы прибыли, — оповестила я Андрея. — Ты хочешь, чтобы я поехала с ними или…

— Ценю твою деликатность, — откликнулся Андрей, — но этого явно хочешь ты. Садись к Галке, а мы поедем следом. Эскортом, так сказать. Благо дорогу я теперь знаю не хуже тебя.

— Это совсем нетрудно, — отпарировала я, — если учесть, что я вчера по ней в первый раз ехала.

Павел, который как раз в этот момент подошел к нам, досадливо поморщился:

— И как вам не надоест пикироваться? Хоть в обществе ведите себя солиднее. Взрослые люди…

— Пашенька, — пропела я с максимально доступной мне нежностью, — в душе я ребенок. И зачем мне эта самая солидность, посуди сам? Впрочем, давай спросим Андрея. Солнце мое, хочешь, я перестану тебя поддевать, а буду только нежно мурлыкать? С утра до вечера и с вечера до утра?

Андрей в притворном ужасе схватился за голову:

— С ума сошла? У меня диабет начнется! Сама подумай: сладкое круглые сутки!

Иногда я понимаю, что именно связывает нас с Андреем. Общее мироощущение, что ли. Точнее, склонность видеть в окружающем скорее комические, нежели трагические черты и готовность посмеяться прежде всего над собой. Ну а потом — над самым близким человеком. Не всем это, разумеется, по нутру, многих активно раздражает, но в данном случае, как говорится, «Джейн нашла своего Джона».

Галка с Еленой вылезли из машины и присоединились к нашей маленькой группе. Подсознательно я отметила, что обе явно нервничают, но изо всех сил держат себя в руках. Семейная традиция! Даже в тех случаях, когда той или другой бывало рекордно плохо, они бодро рапортовали родным и близким, что все как раз прекрасно и изумительно. Пожалуй, я была единственной, с кем Галка допускала почти полную откровенность и иногда жаловалась на жизненные тяготы. Елена — никогда.

— Ну и каково мнение компетентных органов? — спросила Галка после первых приветствий. — Что могло произойти? Дома тетя не появлялась и никому из родных и знакомых не звонила. Тайна, покрытая мраком.

— Посмотрим на месте, — суховато ответил Павел.

Сухость была продиктована тем, что речь зашла в какой-то степени о его профессиональных качествах, а в этом вопросе он хиханек не терпел. Галку он как раз жаловал и частенько прямо или косвенно ставил мне в пример, как образец логичности и собранности. На что всегда получал стандартный, хотя, возможно, и не слишком остроумный ответ:

— Не критикуй чужую женщину. Радуйся тому, что она чужая.

Елена с отрешенным видом стояла в стороне. О чем она думала — Бог ее знает. Ладно, по дороге разберемся. Я заметила, что Павел как-то странно на нее поглядывает, и несколько удивилась: что это на него нашло? Обычно он женщин просто не замечает, а уж в присутствии Милы…

— Поехали, — предложила я. — До места еще доехать надо, наговориться и там успеем.

В этот момент Павел сделал шаг по направлению к Елене и негромко спросил:

— Алена, неужели это ты? Так вот что это за Елена… Постой, а тетя Таня — это, значит, Татьяна Георгиевна?

Елена вдруг вспыхнула, лицо ее стало удивленным и растерянным.

— Павлик, — тихо сказала она, — я никак не ожидала тебя встретить. Даже не сразу узнала. Сколько мы не виделись, лет двадцать, больше? И меня еще можно узнать? Это приятно…

— Ты совсем не изменилась. Как живешь? Впрочем, Наташа мне в общих чертах рассказала. А как…

Павел точно поперхнулся, опустил голову и словно через силу закончил вопрос:

— Как наш сын?

— Максим? С ним все было нормально… до последнего времени. Вырос здоровым, сильным, умным… было в кого.

Елена усмехнулась и на мгновение помолодела лет на двадцать. Я открыла рот, но Андрей ненавязчиво наступил мне на ногу и сделал страшные глаза. В другое время я бы этого так не оставила, но сейчас предпочла не связываться. Себе дороже.

— Максим решил стать юристом, но не прошел по конкурсу, а на платное отделение отказался поступать из принципа. Характер, ничего не попишешь. Пошел в армию, отслужил, слава Богу, без проблем. Вернулся, стал опять готовиться в институт и тут — точно снег на голову: влюбился без памяти и женился. Учебу забросил, пошел работать… Впрочем, понять можно. Жена его редкая красавица: мулатка, но с серыми глазами, прямо фотомодель, высокая… Только странная какая-то. О прошлом ничего не известно, по ее словам — сирота, перенесла операцию на горле и говорит только шепотом. А этому дурачку и дела нет: смотрит на нее влюбленными глазами да исполняет все прихоти. Добром это не кончится, сердцем чувствую неладное. Я же мать…