хотела бы ее продолжать. Попробуйте салат, очень вкусный, с грибами, – указала на блюдо, подвинув его хозяину замка. Тот взял и даже попробовал. – Может, желаете музыку?
– Вы увиливаете от моих вопросов, – с улыбкой в голосе отозвался Олман.
– Вы уже задали их более, чем достаточно. Мне довелось узнать о вас в разы меньше.
Отложив приборы, я поднялась из-за стола, взяла скрипку и извлекла из нее несколько нот, чтобы инструмент заиграл. Положила пальцы на струны и смычком медленно провела одну ноту, вторую и третью. Увы, в скрипке это мой максимум.
– Я уже подумал, что вы сами мне сыграете.
– К сожалению, научиться играть на скрипке мне не довелось. Я осваивала другой инструмент.
– Могу нанять вам хорошего учителя. А на чем вы играете?
– На арфе, – пожала я плечами и подошла к перилам балкона.
Скрипка медленно заиграла классическую мелодию «Голоса прошлого».
– Интересный выбор, – встал позади меня Олман. – Позволите пригласить вас на танец?
Повернулась к собеседнику лицом. Вложила свою ладонь в мужскую руку. По сравнению с прошлым танцем этот очень скромен. Но приятен. Наверное, со стороны мы выглядим странно: мужская тень и девушка в нарядном платье.
– Знаете, Роза, я понял для себя, что хотел бы за вами ухаживать. И намерен исполнить позыв сердца.
Я резко остановилась и даже сделала шаг назад.
– Прошу прощения, видимо, не осознанно я дала вам лишний повод. Мы с вами знакомы очень поверхностно, совсем не знаем друг друга, да и обстоятельства…
– Не пугайтесь, Роза. Возможно, мы и познакомились в странной ситуации. Вы не давали мне повода. Я очарован вами с самого начала, но не собираюсь принуждать к отношениям. Вы ничего не потеряете, дав мне шанс за вами ухаживать. Я буду приходить, мы будем гулять или разговаривать. И потом, спустя время, если вы пожелаете, и если я вам понравлюсь, то возможно, ваше мнение изменится…
Я задумалась. В принципе, Олман прав – ухаживания ничем не обязывают, это узнавание человека поближе. И после, если он не придется мне по душе, я запросто смогу попросить оставить меня в покое. И что плохого, позволить человеку узнать себя, узнать его самой и дать ему шанс?
– Думаю, вы правы, – улыбнулась в ответ. – Ничего плохого в нашем общении не вижу. А шанса достоин каждый человек.
Моя улыбка стала шире, Олман взял мою ладонь и поцеловал.
– Я говорил уже сегодня, что вы прекрасно выглядите?
Я рассмеялась:
– Олман, вижу вы не теряете времени. Я о ваших ухаживаниях.
– Скажу честно, я осмелился начать их до нашего разговора.
Мы продолжили танец. Постепенно я поняла, что если бы не имела положительного мнения об этом мужчине, то не согласилась бы ни на какие отношения. Видимо, небольшая симпатия к нему имелась, как к хорошему человеку. Но можно ли все-таки полюбить вот так, когда совсем не видишь глаз, улыбки и элементарной мимики собеседника? Мне и общаться с ним трудновато из-за его образа.
Однажды я сказала Гровту, что легче полюбить душу, вовсе не видя человека. И не отказываюсь от своих слов. Но так ли это на самом деле? Тут еще играет роль, насколько будет интересна эта душа моей душе.
– Давайте, пока слуги меняют посуду и готовят все к десерту, прогуляемся.
– Хорошее предложение, – я положила ладонь на локоть Олмана, и мы пошли на улицу, двигаясь в сторону цветов.
– Хотела спросить вас об архитектуре замка, точнее об его эскизах.
– Что именно вас интересует?
Рассказала про нестыковку чертежей и о территории, которая указана на рисунках намного больше, чем в действительности.
– Сад был, – подтвердил Олман, – но произошло землетрясение, и та часть обвалилась.
– Правда? – ужаснулась я. —Неужели это и замку грозит?
– Нет, что вы, – поспешил успокоить меня мужчина, положив на мою ладонь свою вторую руку. Сад располагался на выступе земли над обрывом, там изначально было рискованно что-либо строить, поэтому решили сделать хотя бы сад. Он стоял долго, и об опасности даже забыли. Но однажды все-таки случилось сильное землетрясение. К счастью, дело происходило ночью, и в саду никого не было. Осталось несколько деревьев и кусты у забора.
– Вот оно что, – приуныла я. – Рада, что никто не пострадал. Но знаете, замок действительно немного странный. Скажите, у вас точно нет призраков?
– Точно. К чему этот вопрос? Вас что-то пугает?
– Нет, видимо, показалось… Ах, да! А как же защита на замке?
– Защита?
– Да. Не знаю, как я смогла попасть в замок впервые, но когда ездила на прогулку, то мы постоянно возвращались к воротам.
– Это чтобы не потеряться. Тут густые леса и много диких животных. Прошу вас надолго за территорию замка не выезжать. После я сам помогу вам добраться до нужного города.
– Но…
– Пообещайте, что сами не пуститесь в путь. Это слишком опасно – в последнее время стало очень много волков и кабанов. Здесь иногда устраивают охоту, чтобы пресечь их размножение, но все равно…
– Я поняла вас. Полагаю, у меня нет выбора, – улыбнулась и дала обещание.
Проводить меня до границы Олман вряд ли сможет. Если потянуть время пребывания в замке, то можно дождаться конца апреля, когда Артуру исполнится двадцать пять, и он законно станет главой семьи. Дорога тут же станет обратной, дома будет безопасно. Я так думаю…
У меня еще были какие-то вопросы, но какие забыла. О чем еще я хотела поговорить? Вроде самое интересное уже спросила.
– Скоро проездом будет мой знакомый, с которым мы не то, чтобы в теплых, но приятельских отношениях. Он остановится в замке где-то на неделю. Едет со своими людьми из-за границы, их путь был длинным, поэтому остановятся на такой длительный срок. Попросился передохнуть.
– Мы все подготовим к его приезду.
– Я не об этом. Я не совсем доверяю Сиону, поэтому, если что, пообещайте все сказать Гровту. Мне важно, чтобы с вами все было хорошо, – голос Олмана звучит властно, слегка жестко, сразу чувствуется его мужская сила.
– Возможно, я и ошибаюсь, но вряд ли ваш знакомый будет рисковать столь хорошими отношениями, – мягко ответила. – К тому же я здесь под защитой, и всегда рядом прислуга.
Олман кивнул.
Глава 5
Столица Вирильсия. Скрытый совет.
Олман.
Из девяти присутствующих фигур только трое знают всех, остальные же не знают никого. Порой даже неизвестно, знают ли они самих себя. Уж точно таинственность эта неспроста, и уставам королевства есть свое объяснение.
Мне, королю, в отличие от народа, часть которого бушует по поводу скрытости их правителя, все понятно. Одни называют меня трусом, раз скрываюсь
