А вскоре она познакомилась с Алексеем. Случайно встретились в ресторане, где она ужинала с тётей и её подружкой. Елена постоянно оглядывалась по сторонам, выискивая следующего кандидата, и вдруг замерла, заметив за дальним столиком хмурого мужика, который таращился в свою тарелку и не обращал ни на кого внимания. Соне он с первого взгляда совершенно не понравился, какое-то нехорошее впечатление производил, от него исходила такая неимоверная тоска, что на душе поневоле становилось муторно.
— Вот кто нам нужен, — улыбнулась Елена и толкнула Лидию локтем.
— Кто это? — шёпотом спросила Соня, не спуская с мужчины внимательного взгляда.
— Асадов, — неизвестно чему радуясь, откликнулась Белова. — У него строительный бизнес, весьма доходный. — Она посмотрела на Соню. — Надеюсь, ты ничего не имеешь против строительного бизнеса?
Соня лишь моргнула.
— Нет. Мне всё равно…
Елена переглянулась с Лидией, и они вместе рассмеялись, но затем Белова снова оглянулась на мужчину и сказала:
— Лёшик наш. Страдает сейчас.
— Ты его хорошо знаешь?
— Ещё бы. Кто этого гуляку не знает? Точнее, не знал, — поправилась она. — Женился несколько лет назад и угомонился.
— Так он женат?
— Только что развёлся. — Елена повернулась на стуле и сделала Асадову, который наконец поднял глаза от тарелки, ручкой. Алексей ещё больше насупился и отвернулся.
— Кажется, он не рад тебя видеть, — заметила Лидия со смешком.
— Он на меня злится немного, — легкомысленно отмахнулась Белова.
— Почему ты думаешь, что он подходит? — влезла Соня. — Он же только развёлся… Да по нему и видно.
— Именно поэтому и подходит. Там такая история, хоть роман пиши, если честно.
У выхода они совершенно "случайно" столкнулись. Асадов пробормотал слова извинения и отступил назад, пропуская женщин. Соня с любопытством его разглядывала, оказалась совсем рядом и почувствовала стойкий запах спиртного.
— Лёша, ты плохо выглядишь, — потянулась к нему Елена, даже поцеловать хотела в заросшую щетиной щёку, но Алексей отступил.
— А ты не смотри.
— Не будь таким. Злишься на меня?
— Иди к чёрту, Белова!
Не обращая внимания на его грубость, она улыбалась ему вполне мило, а Асадов хмуро разглядывал её исподлобья. А Белова не замечая этого, выпихнула Соню вперёд.
— Вот, познакомься, это Соня. Племянница моей подруги.
— Лен, чего тебе надо от меня?
— Отвлечь тебя хочу! Ты в зеркало на себя давно смотрел?
Первая встреча вышла крайне неудачной, Алексей ушёл, так и не ответив на вопрос и не взглянув на Соню. А она смотрела ему вслед и думала о том, почему жизнь сложилась таким образом, что ей приходится искать подход к подобным нетрезвым хамам.
Зато Белова всерьёз увлеклась идеей пристроить её к Асадову поближе. Она словно предугадывала каждый его шаг и запросто сталкивала его и Соню. Алексей тогда пребывал в таком состоянии и гадостном расположении духа, что рядом с ним даже цветы вяли, находиться рядом и терпеть его настроение, было практически невозможно, но Соня, подталкиваемая тёткой и её шабутной подружкой, сносила от Алексея всё. Его пьяные речи, его горечь, вытаскивала его с каких-то пьяных пирушек, на которых он оказывался благодаря усилиям своего братца, но зато, просыпаясь утром в чужом доме и видя одну и ту же девушку, Асадов невольно привыкал к её присутствию. Он долго даже не особо интересовался кто она и откуда в его жизни взялась.
В какой-то момент Соне всё это здорово надоело, и она заявила Лидии, что отныне Алексей Асадов её не интересует.
— Он мне надоел.
— Ах, надоел, — хмыкнула Белова, которая появилась через час после тёткиного звонка. — Ну что ж. Поехали, покажу тебе кое-что.
Она привезла её к только что построенному торговому центру. Рядом как раз устанавливали огромный рекламный щит, который извещал о скором открытии. Здание высилось и сверкало начищенными окнами, вся стоянка была заставлена автомобилями, не протолкнуться. Вокруг какая-то суета, чувствовалось, что готовится нечто грандиозное. Соня сидела в машине рядом с Беловой и оглядывалась.
— Последний проект Асадова. Ты уверена, что тебе это всё не нужно? Ну что ж, это твоё право. Лёшка сейчас в таком состоянии, что его быстро к рукам приберут. Девочек вокруг много, молодых и хорошеньких, они смущаться и мяться не будут… А то ещё и к Марине вернётся. Всё может быть.
Соня помолчала, потом спросила:
— С какой стати он на мне женится? Он жену любит, он сам говорил.
— Да пусть любит на здоровье!.. А от тебя совсем другое требуется.
— Что?
— Ребёнка ему родить, и чем скорее, тем лучше.
Соня уставилась на неё.
— Ты с ума сошла?
— А что? Роди ему сына, и тогда уже совсем неважно будет — женится он на тебе или нет. Ты же знаешь, почему он развёлся?
Соня отвела глаза, а Белова усмехнулась.
— Вот-вот, сказка оказалась не такой уж и красивой. Родишь, и будешь в шоколаде всю оставшуюся жизнь. Не такая уж и большая плата.
Уже по дороге домой, обдумывая всё, Соня посмотрела на Лену и поинтересовалась:
— А тебе это всё зачем?
Та легко пожала плечами.
— Потому что знаю, какая он на самом деле сволочь. Всегда сволочью был и навсегда останется. Очаровательной сволочью с бесстыжими глазами. И он заслужил всё это. Так пусть хоть кому-то повезёт поживиться за счёт этого гада.
Соня улыбнулась в сторону. Никаких других объяснений не требовалось. Нет ничего страшнее обиженной женщины.
Далеко не сразу она поняла, в какую именно игру её втянули. Это была чужая игра, а она хоть и считала себя главной фигурой в этой шахматной партии, вскоре после того, как стала Асадовой (а Алексей всё-таки женился на ней, о чём она, признаться, даже не мечтала), поняла, что уж если кто и проиграл в этой игре, то это она. Она оказалась в ловушке, из которой никуда не деться. У неё был шанс всё исправить, уже перед самой свадьбой ей предложили роль, за которую совсем недавно она бы всё отдала, но в тот момент она уже была беременна, и решение нужно было принять очень серьёзное. Ещё было время, ещё можно было всё изменить и плюнуть на всю эту авантюру с замужеством. Но Алексей так смотрел на неё, словно не верил, что она живая, из плоти и крови, и что на самом деле собирается родить ему ребёнка. Соня забыть не могла, как он совершенно глупо таращился на неё, когда она сообщила ему о беременности.
— Ребёнок? Мой?
— Твой, — кивнула она, внимательно за Алексеем наблюдая.
Он молчал долго, смотрел в пол и думал о чём-то. Соня очень боялась, что не поверит. Боялась, что скажет, будто его это не интересует. Что снова заговорит о жене. А Асадов сжимал и разжимал кулаки, нервно сглотнул, и кивнул следом.
