Должности королевского двора
При королевском дворе существовала своя иерархия должностей, основанная на принципе наличия определенных обязанностей, которые должен был выполнять каждый нанятый слуга. Согласно этому принципу, все посты можно разделить на три основные категории. Во-первых, это должности, которые не требовали исполнения каждодневной работы и выполнялись лишь изредка. Во-вторых, должности для слуг, у которых не было необходимости постоянно присутствовать в хаусхолде и которые назначались только на определенный срок. В-третьих, существовали придворные посты с каждодневными обязанностями.
Согласно данным регламента, главы двух департаментов английского королевского двора—Domus Regie Magnificencie и Domus Providencie—лорд-камергер и лорд-гофмаршал должны были постоянно присутствовать при дворе. Однако оба должностных лица имели помощников, выполнявших их обязанности, если они отсутствовали: в случае с лорд-камергером это был специально прикрепленный к нему один из королевских оруженосцев[281], а с лорд-гофмаршалом – казначей хаусхолда[282]. Эти обстоятельства дают возможность говорить, что такие должностные лица, как лорд-камергер и лорд-гофмаршал, находились в привилегированном положении по отношению к остальным придворным постам. Однако назвать эти должности только почетными невозможно, поскольку ни в регламенте, ни в ордонансах нет упоминаний о том, что эти должностные лица могли бы избегать своих обязанностей постоянно, а также передавать их по наследству. Эдуард IV намеренно исключал саму вероятность использования практики почетных должностей, хотя подобное существовало при его предшественниках: пост лорд-камергера королевского хаусхолда был закреплен за семьей де Веров[283], и даже в случае малолетства какого-либо из представителей этой семьи, он все же считался придворным слугой и получал все виды довольствий, а его обязанности выполнялись другим человеком[284]. Таким образом, должность стала восприниматься как почетная, то есть ее обладатель не должен был выполнять предписанные обязанности, разве что во время пышных церемоний. При Эдуарде IV такой ситуации просто не могло возникнуть, так как монарх с целью не допустить уклонения слуг от выполнения своих обязанностей приказал в регламенте четко все прописать. Поэтому, даже если учитывать, что многие должностные лица имели в своем распоряжении личных помощников, они не могли уклониться от выполнения большинства возложенных на них функций. Следовательно, речь идет о соединении обязательных функций и тех заданий, которые могли быть переданы помощникам. В связи с этим можно говорить лишь о привилегированном положении лиц, занимающих высшие придворные должности.
Обязанности, которые нельзя было передать заместителю, относились в первую очередь к участию в различных церемониях. Все высшие должностные лица должны были присутствовать на торжественных приемах, таких как коронации, мессы по большим религиозным праздникам[285], приемы почетных гостей. Поэтому неудивителен тот факт, что в воспоминаниях многих посетивших хаусхолд гостей воспевалось великолепие английского королевского двора. Одно из подобных прославлений двора Эдуарда IV было написано спутником Людовика Буржского, сеньора Грютоза и графа Уинчестера, во время его пребывания в Англии. Автор рассказывает, что именно лорд-камергер прислуживал королю (а не только присутствовал) при обеде и во время переодевания[286]. Ежедневно же эти процедуры совершали слуги, занимавшие более низкие посты. Таким образом, можно считать подобные действия лорд-камергера показательным спектаклем для иностранных очевидцев, разыгрываемым с целью создания общественного мнения о великолепии двора и особом преклонении перед персоной монарха. В другом источнике, повествующем о церемонии приготовления постели для короля, рассказывается, что «все стадии этой церемонии не совершались постоянно, а только в случае, когда король приказал сделать это»[287].
Описываемые выше должности можно разделить на две категории. Во-первых, посты, получившие статус привилегированных благодаря тому, что они принадлежали к верхней части иерархии должностей. В департаменте Domus Providencie к таким постам относится должность лорд-гофмаршала, поскольку его обязанности, согласно регламенту, могли выполняться и казначеем хаусхолда[288], и кассиром-казначеем[289]. В департаменте Domus Regie Magnificencie почетных должностей было сравнительно больше. Можно предположить, что это было связано с более привилегированным положением слуг этой части хаусхолда. Кроме того, обязанности слуг департамента Domus Regie Magnificencie могли выполняться как слугами этого же департамента[290], так и второго[291], в противоположность департаменту Domus Providencie, в котором функции слуг не могли исполняться должностными лицами из департамента Domus Regie Magnificencie[292], так как это не соответствовало их более высокому статусу и принижало бы их положение.
В то же время среди должностей королевского хаусхолда были и другие, которые также можно считать привилегированными. Держатели этих должностей назначались только на время торжественных церемоний, таких как коронации, свадьбы или похороны. Так, например, сэр Роберт Финнз был назначен церемониймейстером Холла только на время коронации Елизаветы Вудвилл (в мае 1465 г.), а сэр Томас Монтгомери, сэр Уильям Парр, Уильям Миддлетон, Томас Тирелл, Джон Сапкот, Джон Рислей стали участниками похоронной процессии Эдуарда IV[293]. Большинство из перечисленных лиц и так занимали должности хаусхолда Эдуарда, но на время его похорон они получили дополнительные почетные посты. Однако необходимо отметить, что подобные привилегированные обязанности поручались только наиболее близким к королю лицам, что, несомненно, было связано с особым признанием таких добродетелей, как лояльность и верность в эпоху войны Роз с ее постоянными войнами и сменами королей.
С понятием и признанием верности связана и другая возможностью получения привилегированной должности. Речь идет о людях, отдавших многие годы служению династии Йорков, в частности, еще отцу короля Эдуарда IV, герцогу Ричарду Йоркскому. Так, Джону Кендалу, который «дни своей юности провел на службе у отца короля и самого короля, но сейчас стал старым и немощным», была дарована номинальная должность смотрителя за королевскими работами с соответствующим довольствием[294].
Между тем, должностей только с «синекурными» обязанностями было при Эдуарде IV не так уж и много, скорее это были исключения из правил. Основная же масса должностей имела целью исполнение реальных обязанностей. Однако и такие посты не были однородны, так как ими приписывались либо каждодневные обязанности, либо лишь периодическое присутствие при дворе.
Эдуард IV стремился уменьшить количество постов хаусхолда, и одной из мер стало лишь редкое привлечение дополнительной рабочей силы, которую не было необходимости оплачивать регулярно. Такие временные посты можно разделить на две группы: с фиксированным сроком найма и с нефиксированным сроком, рассчитанным на выполнение поставленной задачи. В большинстве своем дополнительные посты с фиксированными сроками были связаны со сферой церемониала и развлечений. Более того, некоторые ученые, такие как К. Мертес считают, что артисты вообще не включались в число слуг хаусхолдов[295], но эти выводы основаны на ее исследовании дворов лордов, а не королевского двора, в котором, согласно регламенту двора «Черная книга Эдуарда IV», менестрели числились на постах хаусхолда, хотя они и приглашались туда лишь изредка. Кроме менестрелей, в эту категорию слуг входили и близкие к ним по призванию герольды, персеванты и гербовые короли. Они призывались ко двору во время больших экстраординарных событий и пяти самых чтимых религиозных праздников – в День всех святых, в Рождество, в Пасху, в день Святого Георга и в Троицу[296]. Таким способом король значительно экономил свои расходы, поскольку оплачивались только проведенные при дворе дни[297]. Схожее расписание службы было и у менестрелей, созываемых на время пиров и праздников[298] и получавших оплату только за эти дни[299]. По данным регламента, лишь двое из тринадцати менестрелей постоянно присутствовали в хаусхолде[300], однако историки сомневаются в том, что подобное предписание выполнялось, и Дж. Марш утверждает, что одновременно при дворе находилось большее число менестрелей[301]. Также для пиров временно пополнялся и штат поваров: в регламенте встречается упоминание о том, что персонал кондитерской по выпеканию вафель на время праздников увеличивался[302].
