Риона положила свои ладони на руки Эйгара, словно не замечая разливавшегося от них холода. Дракон чуть дернулся. Благодаря воде источника щеки девушки порозовели, а в глазах появился лихорадочный блеск.
— Если бы ты не полезла туда, куда не нужно и не нападала на меня, ничего бы не произошло, — также тихо ответил Эйгар.
— Если бы ты не похитил меня… — снова начала девушка, гневно сверкая глазами.
— Риона, это бессмысленный разговор, — раздраженно оборвал Эйгар. — Нам нужно уходить. Здесь оставаться небезопасно.
— В моем мире? Или это небезопасно для тебя, ты хочешь сказать?
Эйгар поднял глаза в небо и глубоко вздохнул, борясь с собой, чтобы не сорваться на Риону.
— Это не твой мир. Это Солнечные Земли.
Риона удивленно распахнула глаза.
— Те самые? Где живут фениксы?
— Да, те самые фениксы, что пытались убить тебя в колыбели, — невесело усмехнулся Эйгар. — А это их горячий источник. И мы сильно рискуем, находясь здесь.
— Сколько бы ты не кривился при упоминании фениксов, ты недалеко ушел от них. Я ведь чуть не погибла сегодня. Из-за тебя, — обвиняюще ткнув пальцем в грудь Эйгара, сказала Риона.
Какое-то время Эйгар смотрел на бледные веснушки на точеном носике Рионы и ему хотелось прикоснуться к ним, этому свидетельству солнечных поцелуев на коже.
— Я этого не хотел, — сказал он наконец. И тихо добавил: — Нам пора. Если фениксы увидят нас здесь, быть беде.
Чтобы пресечь дальнейшие споры, Эйгар отошел от Рионы. Через секунду вокруг него закрутился снежный вихрь, а в следующий миг огромная фигура белого дракона уже закрывал солнце. Чешуйки на его морде сверкали, будто присыпанные толчеными алмазами.
— Если ты думаешь, что я позволю нести себя будто мешок с картошкой, то глубоко заблуждаешься, — вскинула голову Риона и сложила на груди руки.
Дракон рыкнул и приблизил голову к девушке, раздумывая, забрать ее силой или схватить за ворот куртки и потащить в зубах, будто глупую дичь. Ей было бы полезно такое путешествие. Эйгар даже фыркнул, представив себе эту картину, но почти сразу отказался от столь привлекательной затеи, поняв, что такое решение чревато проблемами в будущем. Тогда дракон наклонился и медленно опустил крыло.
— Ты… ты предлагаешь мне лететь на тебе? — недоверчиво спросила Риона.
Дракон нетерпеливо рыкнул и подтолкнул замешкавшуюся девушку мордой. Та, все еще не веря, осторожно забралась на кожистое крыло, а затем ловко перелезла в основание шеи ящера и припала к нему всем телом. Руками Риона вцепилась в выступающие шейный наросты дракона. Эйгар слышал, как ее сердце бешено колотится. Он надеялся, что от предвкушения, а не страха.
Эйгар распахнул крылья и, чуть припав на задние лапы, легко взмыл в воздух. Сделав над поляной с запрудой пару неспешных кругов, он взял курс на север.
Когда дракон с восседавшей на нем и казавшейся крошечной девушкой скрылись из виду, из-за деревьев вышел молодой мужчина. Он какое-то время не отрываясь смотрел на садящееся солнце, а затем подошел к тому месту, куда дракон скидывал одежду девушки. Мужчина поднял листок с картой, которую Риона не заметила в густой траве, и несколько минут пристально рассматривал его. Затем он спрятал листок в карман и, обернувшись яркой огненной птицей, быстро полетел на восток.
Глава 7
— Закройте глаза, моя шайранна, и почувствуйте внутри себя снег.
— Снег? Может быть, просто посадите меня в ле́дник?* — язвительно спросила я.
— Рано или поздно вы услышите его зов, — терпеливо продолжал Белхрай.
— Сильно сомневаюсь, — пробормотала я, стоя с закрытыми глазами посреди ледяной пустоши. Где-то неподалеку нетерпеливо пофыркивали снежные кони.
С момента возвращения в замок и полета на драконе прошло семь дней. У меня до сих пор дух захватывало при воспоминании об этом. Самым удивительным было то, что во время полета я ни капельки не замерзла. И все благодаря воде из чудесного источника. Я с тоской вспоминала то волшебное место, лучики теплого солнца на коже и прикосновение обжигающе горячей воды. Вот бы вернуться туда! Но подойти с такой просьбой к Эйгару я бы ни за что не рискнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Да и самого шайраддана я не видела с того самого вечера. Когда он опустился около ворот своего замка, нас уже ждал Белхрай. Эйгар снова стал человеком, и я поймала встревоженный взгляд, которым жрец одарил своего господина.
— Пойдемте, мой шайраддан. Я помогу.
Эйгар, не глядя на меня, последовал за Белхраем. Только сейчас я заметила, что Эйгар хромает. Но с чего бы? Или, пока я была без сознания, на него кто-то напал? Но около запруды точно не было следов борьбы.
Нам навстречу выбежали Флавиана, Селлия и Визмира. Не посмев надоедать своим кудахтаньем Эйгару, они бросились ко мне, заламывая руки.
— Что с шайрадданом, Риона? — встревоженно спросила Флавиана. — Где вы были?
— В Солнечных Землях.
— Ты шутишь! — округлила глаза Визмира.
— Что вы там делали? — Селлия вцепилась в мою руку и стискивала ее с такой силой, что мне пришлось встряхнуть рукой, чтобы освободиться от ее пальцев.
— Ваш святой Эйгар чуть не убил меня, ясно вам? — вспылила я, переводя взгляд с одной драконицы на другую. Лица девушек вытянулись от удивления.
— Но что случилось с Эйгаром? — снова завела Визмира. До меня никому из этой троицы явно не было никакого дела. — Он хромает!
— Спросите у него сами, — посоветовала я и, обойдя дракониц, направилась в замок.
Там меня перехватила Глория.
— Шайранна Риона, жрец Белхрай приказал помочь вам. Пойдемте, вам необходимо выпить укрепляющей настойки и отдохнуть.
Я кивнула и позволила девушке себя увести, к тому же позади уже раздавались голоса дракониц. Я была уверена, что они предпримут еще несколько атак, чтобы вызнать про Эйгара, у меня же совершенно не было сил отвечать на их вопросы. Голод, утихший на какое-то время благодаря чудесной воде, теперь снова дал о себе знать. Возбуждение, вызванное полетом, прошло и теперь мне хотелось просто лечь в постель и поспать.
Когда мы пришли в покои Эйгара, и Глория дала мне пузырек с приятно пахнувшей настойкой, я залпом выпила ее и сразу же легла в постель. Даже если сейчас сюда войдет Эйгар и снова попробует распускать руки, я слишком устала, чтобы сопротивляться. Глаза закрывались против воли.
— Отдохните, шайранна, у вас был трудный день, — тихо сказала Глория, укладывая поверх одеяла большую медвежью шкуру. В голосе девушки явно была слышна печаль.
— Спасибо, Глория. Ты очень добра.
— Здесь у вас нет врагов, шайранна.
— Твои бы слова да всем богам в уши, — пробормотала я, пока настойка Белхрая не сделала свое дело, забрав меня в объятия крепкого сна без сновидений.
Следующий день принес мне несколько неожиданностей. Когда утром я мрачно натягивала свой костюм, намереваясь где угодно раздобыть горячей еды, в комнату вошла Глория. На вытянутых руках девушка держала поднос, тщательно отворачивая лицо от стоявших на нем тарелок. Когда я увидела поднимающийся от лежавших на них кушаний пар, живот скрутило болью от голода.
— Что это? — хрипло спросила, не веря своему счастью. Кто бы мог подумать, что тарелка горячей еды способна привести меня в состояние восторга.
— Наш повар Друд пришел в ужас от того, что шайраддан приказал ему готовить такую гадость. Но он надеется, что получилось сносно, — проговорила девушка, устраивая поднос с завтраком на столик. — Ох и слышали бы вы, как он ругался, поминая всех богов!
Я подошла и, наклонившись над столом, с наслаждением втянула носом ароматный запах, поднимающийся от миски с кашей, политой медом. Также на подносе лежали пара сваренных вкрутую яиц, несколько хлебных лепешек и горшочек масла. Деревянная кружка с горячим молоком венчала этот поистине королевский завтрак. По крайней мере, мне он показался именно таким после почти двух суток голодания.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С завтраком я покончила быстро и даже облизала пальцы. Повар Друд знал свое дело. Даже если он и готовил горячую пищу впервые, получилось у него отменно. Глория какое-то время украдкой бросала на меня полные любопытства взгляды, словно не веря, что я действительно могу это есть, а потом куда-то ушла.
