— Садись за второй стол, — предложил мне Вячеслав.
Я занял указанное место, огляделся, сложил руки на столе и пошутил:
— Что ж, почувствую себя немного следователем.
Вячеслав улыбнулся.
— Я сейчас его буду допрашивать, — сказал он. — А ты наблюдай, и, если надо, подключайся. Кофе хочешь?
Я отказался, объяснив, что буквально только что позавтракал.
Вскоре вернулся Павел. Он привел задержанного. Им оказался невысокого роста, худощавый мужичонка, весьма ушлого вида, с сильно вытянутым лицом, косым лбом, и маленькими колючими глазками. Мужичонка тяжело плюхнулся на стул, стоявший возле стола Вячеслава, и проворчал:
— Ни свет, ни заря допрос устроили. Хоть бы выспаться дали.
— В тюрьме выспишься, — прикрикнул на него Павел.
— За что в тюрьме? — воскликнул мужичонка. — Начальник, я свое уже отсидел. Ты мне новых грехов не шей. Определи свой «висяк» кому-нибудь другому. А я чист.
— Так уж и чист? — иронично спросил Вячеслав. — Эх, Завитаев, Завитаев. Ты это кому-нибудь другому говори, только не мне. Я же тебя знаю, как облупленного. Ограбил вчера ювелирный магазин, охранника убил, и не хочешь сознаваться.
— Да не грабил я никакого магазина, — возмутился задержанный. — И охранников никаких не убивал.
— А почему же ты тогда так драпал от оперативников?
— Да откуда я знал, что это оперативники? Я думал, это какие-нибудь бандиты. Потому и убегал.
— А что тебе бандитов бояться? Ты же весь пустой был.
— А вот того и боялся, что пустой. Кто их знает, этих бандитов? Обнаружат, что у меня ничего нет, разозлятся, что зря за мной бежали, и вообще убьют.
— Ладно, хватит заливать, — бросил Вячеслав.
— Начальник, какое заливать? — развел руки в стороны Завитаев. — Где я, а где заливать. Ты меня на понт не бери. Я за решетку добровольно не пойду. Предъяви доказательства, а уж потом дело шей.
— Предъявлю, не беспокойся, — заверил его Вячеслав. — Давай-ка еще раз расскажи, чем вчера вечером занимался.
— Так я же вчера все рассказал.
— А ты еще раз расскажи, а то мы забыли.
Завитаев тяжело вздохнул.
— Начальник, ну чем может заниматься человек, у которого в карманах ни шиша? Гулял я, дышал свежим воздухом.
— Где гулял? Куда заходил? Ты давай все подробно рассказывай.
Задержанный жулик еще раз тяжело вздохнул, и с неохотой стал рассказывать маршрут своих мнимых прогулок. Но я его не слушал. Меня не интересовало, что он говорил. Меня интересовало, что он думал. Я напрягся, стараясь уловить его мысли. И мне это удалось. Завитаев, сам того не подозревая, «раскололся». Сочиняя небылицы про вчерашний вечер, он невольно вспоминал то, что делал в действительности. Картина вырисовывалась весьма отчетливо. Я как будто видел ее своими глазами.
Охранника убил именно он. Выстрелом из пистолета в упор. Забрав деньги и драгоценности, грабители выскочили из магазина, сняли маски, и разбежались в разные стороны. Двум остальным повезло, им удалось скрыться с добычей в карманах. А вот Завитаев попал в поле зрения оперативников. Те крикнули ему, чтобы он остановился. Завитаев не подчинился. Остановиться для него было равносильно самоубийству, ведь в его кармане лежал «ТТ». Выбросить пистолет на глазах у всех было рискованно. Поэтому нашему жулику не оставалось ничего другого, как «задать стрекача». Пробежав немного по улице, он забежал в попавшуюся на пути пятиэтажку, устремился по лестнице вверх, проник на крышу, выбросил пистолет вместе с маской в трубу, и только после этого позволил себя задержать. После доставки в дежурную часть он мастерски разыграл сцену возмущения милицейским произволом, чем окончательно сбил с толку вроде бы опознавшую его кассиршу, и сейчас пребывал в полной уверенности, что через два дня его выпустят на свободу.
«Выйду, заберу свою долю, и плотно залягу на дно», — думал он.
Убедившись, что вся нужная информация мне известна, я расслабился.
— … Вот. Потом я зашел в магазин «Эльдорадо», посмотрел на хорошие товары, помечтал в том плане, что я себе куплю, когда у меня будут деньги, — продолжал разглагольствовать вслух Завитаев.
Я слегка кивнул головой Вячеславу, делая ему знак, что мне есть, что сказать. Вячеслав меня понял.
— Ладно, Завитаев, хватит сказки рассказывать, — бесцеремонно перебил он допрашиваемого. — Илья Сергеевич, у Вас есть вопросы?
Завитаев обернулся, и с интересом, даже с каким-то вызовом, посмотрел на меня. Бедняга еще не знал, какой шок придется пережить ему буквально через минуту.
— У меня только один вопрос, — произнес я. — Неужели задержанный гражданин Завитаев не смог найти более подходящего места, чем труба на крыше дома? Это же слишком просто.
На лице Завитаева не дрогнул ни один мускул. Но губы его заметно побелели.
— А что труба? — поинтересовался он, стараясь сохранить невозмутимость, но в голосе его послышалась предательская хрипотца.
— Как что? Ваш пистолет там нашли, марки «ТТ», на котором сохранились отпечатки Ваших пальцев. Экспертиза уже установила, что именно из этого пистолета и был убит охранник ювелирного магазина. И черную маску, которая была на Вас в момент ограбления, тоже нашли. На ней даже сохранились Ваши сопли.
Лицо Завитаева посерело, он жадно сглотнул слюну, и тревожно, словно новорожденный жеребенок, втянул в себя воздух. Вячеслав смотрел на меня с восхищением. Он повернул голову к стоявшему у двери Павлу. Тот широко раскрыл глаза и кивнул, как бы произнося: вот видишь, я же тебе говорил.
Серое лицо Завитаева стало стремительно краснеть, и очень быстро приобрело багровый оттенок.
— Дайте сигарету, — прохрипел он.
Вячеслав снисходительно протянул жулику «Родопи» и чиркнул зажигалкой. Тот глубоко затянулся, выдохнул, и тихо произнес:
— Чистосердечное признание зачтется?
— Конечно, — ответил Вячеслав.
— Пишите…
Вячеслав принялся записывать новые показания Завитаева, которые теперь уже ничем не расходились с правдой, а мы с Павлом вышли на улицу. Павел восхищенно смотрел на меня.
— Слушай, ты не перестаешь меня поражать! — воскликнул он.
— Просто повезло, — стал отговариваться я. — Насчет трубы на крыше я просто предположил, и попал в самую точку.
— Да нет, дружище, — возразил Павел. — Это не просто повезло. Это называется интуиция. Слушай, а ты, часом, не телепат?
Раскрывать свой секрет мне не хотелось, поэтому я постарался непринужденно рассмеяться.
— Если бы я был телепатом, я бы работал не на заводе.
— Что верно, то верно, — согласился Павел. — Телепаты на заводах не работают. Они в спецслужбах промышляют.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
