Читаем без скачивания Я не Пань Цзиньлянь - Лю Чжэньюнь

Сегодня в повестке дня съезда ВСНП значилось: утром — отчет о работе правительства, вечером — заседания делегаций по секциям. Делегация от провинции, к которой относилась Ли Сюэлянь, после обеда должна была собраться в одном из залов Дома народных собраний. Сегодняшнее вечернее заседание организовали именно здесь вовсе не из страха, что делегаты могли разбежаться после утреннего доклада. Как раз наоборот: при таком раскладе многие должны были уйти, потому как обедали они каждый в своей гостинице. Обычно все потом там же и проводили секционные заседания. Что же касалось сегодняшнего заседания конкретно этой делегации, то по предварительной договоренности на ней должен был появиться кое-кто из первых лиц страны. Обычно в таких случаях на визит руководителя отводилось полдня, чтобы за это время он успел посетить сразу несколько секций подряд. Поэтому те секции, которые собирался посетить руководитель, для удобства выбирали местом заседания Дом народных собраний.

Присутствие или отсутствие руководителя существенно сказывалось на результатах секционного заседания. Новость об участии в работе секции высокопоставленных лиц моментально попадала в вечерний телевыпуск новостей. Кроме результативности, такие заседания отличались и манерой проведения. Обычно в таких случаях руководитель сначала заслушивал выступления делегатов, после чего сам выступал с заключительной речью. Для успеха заседания данная делегация тщательно отобрала около десяти ораторов. Среди последних кого только не было: и мэр города, и сельский староста, и железнодорожный рабочий, и предприниматель, и профессор университета — В общем, представители всех уровней и профессий. Каждая речь была многократно исправлена, время выступления — заранее выверено, на одного докладчика отвели не более десяти минут. Заседание назначили на два часа пополудни, поэтому к половине второго все делегаты уже собрались в Доме народных собраний. Нескольких представителей нацменьшинств, которые также входили в состав делегаций, попросили прийти в национальных костюмах. Усевшись в зале заседаний, делегаты поначалу смеялись и общались друг с другом, но без десяти два все успокоились, ожидая прихода руководителя. Когда часы показали два часа, руководитель не появился. Обычно такие люди не опаздывали. Однако, учитывая их ежедневную нагрузку, и такое могло случиться. Все спокойно продолжали сидеть и ждать. Когда же прошло еще полчаса, а руководитель так и не появился, народ в зале зашевелился. Губернатор провинции Чу Цинлянь[13] постучал по фарфоровой чашке, призывая всех к спокойствию. на часах было два сорок пять, когда дверь в зал открылась. Предполагая, что пришел руководитель, народ приготовился аплодировать, однако то был работник из секретариата. Он быстро прошагал к Чу Цинляню, наклонился к его уху и что-то прошептал. на лице Чу Цинляня появилось замешательство. Дождавшись, когда секретарь выйдет из зала, он объявил:

— У руководителя появились непредвиденные дела, в связи с чем он не сможет появиться на нашем заседании, так что приступим к обсуждению сами.

В зале снова зашевелились. Но ничего не поделаешь, никто не в силах был повлиять на такие обстоятельства, поэтому оставалось только одно — провести заседание самим. Естественно, существовала определенная разница в заседаниях с участием руководителя и в его отсутствии. Собравшиеся в зале были представителями одной провинции, хорошо знали друг друга, и было бы нелепо, если бы все сидели с чинным видом и высказывали докладчику исключительно похвальные оценки. Поэтому губернатор Чу Цинлянь предложил несколько изменить стиль проведения заседания, предоставляя возможность выступать всем желающим в свободном режиме. Атмосфера в зале сразу разрядилась, вверх поднялось больше десяти рук тех, кто жаждал выступить. Несмотря на их желание произнести речь, говорили они в целом об одном и том же. Поддерживали «Отчет правительства о проделанной работе», озвучивали требования, поднятые в ходе «Отчета», увязывали общую ситуацию с положением на местах, сравнивали работу в министерствах и на конкретных предприятиях, выявляли свои слабые места, потом предлагали ряд исправительных мер, чтобы догнать передовиков. Когда выступило шесть докладчиков, время приблизилось к перерыву. Губернатор Чу Цинлянь уже собрался отпустить всех передохнуть, как дверь распахнулась. Ко всеобщему удивлению в зал вошел один из главных руководителей страны. за ним, источая яркий свет, проехало несколько телекамер. Он никого заранее не предупреждал, что может появиться на секционном заседании, и для всех это стало сюрпризом. От удивления все впали в ступор. Но уже через секунду зал разразился громкими аплодисментами. с довольным, цветущим видом руководитель поприветствовал делегатов, после чего сделал жест, призывающий прекратить рукоплескания:

— Я только что был на заседании одной из секций, решил навестить и вас.

Зал снова взорвался аплодисментами.

Руководитель стремительно направился в центр зала и уселся в кресло рядом с губернатором Чу Цинлянем. Освежаясь горячим полотенцем, предложенном девушкой из обслуживающего персонала, он обратился к Чу Цинляню:

— Цинлянь, продолжайте, на чем остановились, а я послушаю ваши дельные предложения.

Затем он сказал собравшимся:

— Давайте договоримся так: сегодня у меня с собой только уши, без языка, поэтому я буду только слушать.

Чу Цинлянь засмеялся. Остальные его поддержали. Поскольку к ним пришел руководитель, то перерыва делать не стали, а сразу продолжили заседание. Приход важного гостя снова заставил изменить ход заседания, и оно стало проводиться по изначально запланированному сценарию. Таким образом, вроде как пригодились заранее назначенные докладчики. Можно сказать, что заседание началось заново. Секретарь поднес руководителю рабочую папку, из нее тот достал блокнот, в котором фиксировал выступления докладчиков. Сами докладчики тоже повытаскивали свои записи. Ведь несмотря на то, что они уже давно подготовили свои хвалебные речи, теперь эмоциональная атмосфера была уже не та, что при выступлении в свободной форме. Некоторые, дойдя до половины своего выступления, наконец отрывались от конспекта и начинали докладывать о положении дел на местах, в конкретном министерстве либо на предприятии. Руководитель проявлял к таким выступлениям гораздо больший интерес, чем просто к хвалебным речам. Время от времени он кивал головой и что-то записывал в свой блокнот. Чу Цинлянь, заметив повышенный интерес руководителя, не прерывал таких докладчиков. Наконец, когда все выступили, Чу Цинлянь сказал, обращаясь к руководителю:

— А сейчас мы будем рады выслушать Ваши указания.

На нескольких камерах вспыхнули прожектора. Зал снова взорвался громкими аплодисментами. Руководитель улыбнулся:

— Цинлянь, мы ведь сразу условились, что я сегодня выступать не буду.

Рукоплескания в зале усилились. Руководитель снова улыбнулся:

— Похоже, вы меня загнали в угол.

Присутствующие засмеялись. Руководитель расправил плечи и заговорил. Теперь уже настал черед делегатов конспектировать услышанное. Сначала в своей речи руководитель коснулся «Отчета правительства о проделанной работе». Он одобрил все доклады, в которых затрагивались успехи и промахи за прошедший год, грядущие планы. Он убежденно призывал к необходимости сосредоточить все свои усилия на такой центральной задаче, как развитие экономики, продвигать экономические реформы, последовательно осуществлять политические реформы, совершенствовать руководство со стороны партии, укреплять демократию и правовые институты, усиливать сплоченность, максимально оптимизировать все способы работы, повышать инициативу, вырабатывать привычку экстренного реагирования, добиваться обильного урожая как на ниве материальной культуры социализма, так и на ниве духовной культуры. Покончив с этим, он последовал примеру некоторых из докладчиков и, оставив в стороне «Отчет правительства», повел разговор на отвлеченные темы. Сперва он остановился на вопросах международного положения. Начав с Северной Америки и Европы, он подошел к Южной Америке и Африке. на Африке он задержался подольше, поскольку только что ездил туда с визитом. Затем он перешел к Азии. Таким образом, поговорив о делах международных, он снова вернулся к Китаю и стал обрисовывать истинное положение дел в сегодняшней национальной экономике. От городов он перешел к деревням, от промышленности — к сельскому хозяйству, коснулся сферы услуг, потом сферы высоких технологий… Вроде бы он говорил обо всем просто так, но на самом деле не просто так. в большом зале был слышен только его голос да шуршание ручек тех, кто делал записи. при такой тишине, доведись упасть иголке, всякий бы услышал. Закончив выступление, руководитель сказал: