Человек в скафандре и голое, если не считать подсохшую корку слизи, существо заметили друг друга почти одновременно и несколько секунд ошарашено пялились друг на друга.
- Арх?! - Сказало существо.
- Зомби?! - Потрясенно воскликнул человек.
* * *
"Борк, капрал Борк" - всплыло из глубин памяти имя. Его имя. Или чужое? Возможно, но, несомненно, знакомое, почти родное, так что пусть будет "Борк". Это умозаключение придало ему сил, дало тот якорь, за который смог зацепиться разум, чтобы "выплыть" из тьмы неосознанных воспоминаний желаний и чувств, в которую раньше он был погружён.
"Капрал" - напомнила ему память. Звание. Воинское. Война... Архи - всплыло новое воспоминание, по интенсивности связанных с ним чувств оно превосходило всё ранее испытанное. В нем былстрах, сила, воля, боль, смерть,... враг. Ненависть. Это чувство наполнило все его тело, пробуждая и побуждая к действию. "Нельзя бездействовать, когда враг у порога" - всплыли слова старой агитки.
Первым делом - разобраться в ситуации. Мудрые слова, сказанные сержантом... Сержантом. Борк, а возможно и не он, но будем для определенности называть его так, обратился к своим органам чувств.
Слух. Практически бесполезен. Полное безмолвие, лишь тени звука на краю зоны восприятия.Обоняние. Не дает информации в жидкой среде, но и это уже что-то.
Осязание. Связан и упакован, как буйный пациент психиатрической лечебницы, однако, "веревки" не кажутся сверхпрочными, их предназначение - не давать человеку случайно выпасть, а не удерживать от побега.
Больше всего информации дали зрение и вкус. Тошнотворно - приторный вкус застойного болота и мягкие очертания окружающих предметов в давно привыкших к полумраку глазах.
Можно долго рассказывать, как Борк вначале вылезал из "кокона", потом "отсоединял" от себя множество канатов-присосок. К его чести, он практически сразу догадался, что вынимать толстую и страшно неудобную трубку, идущую ему в рот, было бы крайне неосмотрительно. Дышать под водой он не умел.
Выбравшись же на поверхность, почувствовал себя как грешник, покидающий чистилище, "отбывший" все свои грехи. Вот только открывшаяся ему картина рай не напоминала, вообще ничего не напоминала. В памяти воскресали картины городов, космических станций и кораблей, на которых он раньше побывал, но ничего даже отдаленно похожего он не смог найти. Это было... пугающе.
Но не стоять же на одном месте? Следовало убедиться, что вблизи нет непосредственной опасности, прежде чем планировать дальнейшие действия. Неприятной неожиданностью стали его собственные конечности, которые будто бы забыли, как правильно двигаться, так и норовя подогнуться при каждом шаге.
Осознание, что странного вида поросших мхом валун, который он выбрал за очередной "ориентир", на самом деле является скафандром, да к тому же не просто скафандром, а содержащем внутри врага всех людей - арха, было подобно вспышке сверхновой для неокрепшего сознания Борка. Первую секунду он пребывал в прострации, не понимая, как следует поступить. Будь у него в руках штурмовой комплекс, он бы знал что нужно делать, а так... Пришлось импровизировать.
Противник сопротивлялся отчаянно (во всяком случае, ему так казалось), но успех сопутствует упорным и, в конце концов, Борк изловчился так вывернуть конечности арха, что ветхий от времени пластик скафандра, а так же псевдохитин панциря, не выдержали и лопнули с неприятным хрустом.
И как раз в этот момент триумфа перед Борком появилась человеческая фигура, одетая в скафандр, мельчайшие особенности которого говорили, что его носитель - офицер. Эти особенности настолько отпечатывались в сознании каждого солдата, что даже сейчас Борк не имел проблем с идентификацией.
Нужный порядок действий всплыл у него в сознании. Первым делом доклад.
- Арх... - Прохрипел Борк - это был максимум его возможностей на текущий момент.
Дальше следовало приблизиться к офицеру и встать по стойке "смирно", ожидая приказов.
* * *
"Зомби" приближался медленной покачивающейся походкой, что-то нечленораздельно хрипя, и Иван сделал то, что на его месте сделал бы каждый - как только "зомби" приблизился, ему на встречу устремился закованный в броню кулак. Мощи этого удара, усиленного сервоприводами скафандра позавидовал бы и Майк Тайсон в лучшие годы. Хук справа не только лишил противника чувств, но и сломал ему челюсть в четырех местах.
В отличие от "киношных зомби", тот не показал чудес выносливости, рухнув на землю как куль с мукой.Ситуация опять перешла из эмоциональной в рациональную сферу. Другими словами, Иван судорожно пытался понять, что же это только что было? Он внимательней присмотрелся к "зомби" и, конечно, тут же его узнал. Трудно не узнать человека, которого совсем недавно собирал буквально по кусочкам, восстанавливая скелет, который только что опять немного... испортился.
Вот только поняв, что произошло, понять "как это вообще стало возможно" оказалось намного труднее. Человек, раздавленный гравитационным оружием и полвека пролежавший в открытом космосе в виде промороженного тела.Из которого Иван с трудом смог извлечь даже один неповрежденный набор хромосом. Ткани которого были разморожены и полностью заменены заново выращенными методом замещающей регенерации, используемой в Содружестве для лечения обширных повреждений...После такого он должен был стать абсолютным "овощем" без проблеска мысли, однако по какой-то причине этого не произошло.Очень, очень странно.
Изучение феномена заняло почти трое суток. Всё это время Иван держал неожиданного пассажира в состоянии медикаментозного сна, заодно "подлатав" ему челюсть. Теперь Иван имел настолько полное представление о случившемся, насколько это вообще было возможно. Дело оказалось в нейросети. В отличие от "нежных" человеческих тканей она могла выдерживать большие механические нагрузки, переносить жар, холод и вакуум, сохраняя работоспособность.
Люди в Содружестве так привыкли к тем возможностям, что дает нейросеть, что тот факт, что она помимо прочего ещё и значительно повышает интеллект пользователя, считается само собой разумеющимся. Мало кто задумывается, каким способом это реализуется. А знать это стоило, тогда многие избежали бы проблем, связанных с заменой старых нейросетей на более совершенные образцы. Эта операция проходила очень сложно. Немногие клиники вообще брались за подобные случаи, так как со временем нейростеть так сильно встраивалась в разум человека, что буквально становилась его неотделимой частью. Чтобы заменить такую нейросеть требовалось очень сложное исследование и предварительная настройка новой сети, чтобы она не только смогла без последствий для разума заменить старую, но и не потеряла при этом свои новые возможности.
В случае же с "зомби" вышло следующее: десантник установил себе продвинутую нейросеть, которая со временем перехватила часть функций головного мозга. Потом он погиб. Когда "тело" было разморожено, а поврежденные ткани заменены на живые, нейросеть стала пытаться восстановить "носителя" в том виде, в котором он был до ранения, "прописывая" в чистый мозг сохранившиеся куски памяти. И это у неё частично получилось. Во всяком случае, двигательные рефлексы были восстановлены в значительной мере. Что с остальными воспоминаниями можно было узнать, лишь расспросив десантника, параллельно изучая активность его мозга. Но это, в общем-то, было Ивану не очень интересно, так как ничем не могло помочь в текущей ситуации.
Неожиданное "отключение" нейросети десантника от системы не сильно сказалось на её производительности, так как Иван первоначально заложил небольшой "запас". Просто теперь другие... модули включались в работу чуть чаще, чем раньше. И, к большому облегчению Ивана, они пока не порывались пойти "погулять". Проблемой стало лишь непонимание, что же теперь делать с "Зомби"?
Самым простым и логичным решением было бы просто засунуть десантника обратно в "бассейн", закрепив его там понадежнее, чтобы снова не вылез, но было в этом что-то... нехорошее. Человек старался, карабкался, даже вступил в схватку за свою жизнь... с мёртвым архом, а тут "на тебе", обратно в "яму". Иван еще раз посмотрел на операционную камеру, где находился подопытный, почесал в затылке, хмыкнул.
Да пусть пока здесь полежит, поспит... годик, авось потом пригодится, решил он, наконец.
* * *
Юркая фигурка, кажущаяся крошечной на фоне громады погрузочно-разгрузочного терминала, быстрой тенью проскочила открытое пространство, и схоронилась за выступом у стены. Датчик движения в последний момент успел её засечь. Из замаскированного под потолком люка показался раструб боевого лазера, закрепленного на подвижной турели. Для занятия боевого положения турели было достаточно трех секунд и "фигурка" сделала всё возможное, чтобы успеть скрыться из поля видимости до открытия огня.
