Переходим к обзору местных событий на пятнадцать часов тридцать минут. Мэр призывает всех жителей покинуть улицы города. Мобилизована национальная гвардия. Не пользуйтесь телефоном. Действующие линии требуются для срочных переговоров. Пользующиеся телефоном без крайней необходимости будут подвергнуты аресту.
Специальные аварийные команды работают над восстановлением электроснабжения в районах города с минимальной нагрузкой на сеть. Энергия будет подана около семнадцати часов тридцати минут. Как только будет восстановлена станция Мидуэст, начнется подача энергии в остальные районы города. Жителей города просят не включать никакие электроприборы, в том числе холодильники, телевизоры, радиоприемники, централизованные фильтровальные установки.
Джо рассмеялся:
— Выключить радио и телевизоры! Интересно, а к кому же он тогда обращается? Может, кроме нас, его никто не слышит?
— Все жители города должны оставаться в домах или перейти в фильтроубежища. Прослушайте адреса фильтроубежищ.
— Пока это нас не касается, — сказал Тейлор. — Думаю, они слишком большие оптимисты по части восстановления энергоснабжения. Будем вести себя в расчете на долговременное пребывание без помощи извне.
— Правильно, — согласился Кардуелл. — Во всяком случае, похоже, что до утра мы здесь останемся непременно. Кроме того, надо позаботиться о спальных местах. Думаю, нас не осудят, если мы притащим снизу из приемных диванные подушки.
— Совершенно верно, — поддержал Кардуелла Тейлор. — Возьмите это на себя, а я пойду посмотрю, как дела у тех, кто остался в здании. Не забудьте вернуть потом подушки на место.
— Разумеется, — улыбнулся Кардуелл, — я только об этом и думаю.
В семь часов вечера они поужинали тем, что не успело испортиться в выключенных холодильниках. Запасы в кафетерии пока не трогали.
Диктор беспрерывно повторял адреса фильтроубежищ. Но вдруг после некоторой паузы сказал:
— Внимание. Считаются вышедшими из строя семьдесят седьмое фильтроубежище на Юго-западной авеню, пятьдесят первое на бульваре Гайд-Парк, все убежища между двадцать второй и сорок седьмой улицами…
По мере того как список удлинялся, в помещении становилось все тише и тише.
Маколей взглянул на Тейлора, который сидел с каменным лицом, уставившись на недоеденный сандвич.
— Джим, мы знали, что первыми жертвами будут бедняки… — сказал он.
Тейлор явно старался держать себя в руках.
— Такое впечатление, что в первую очередь они закрывают убежища в районах бедноты.
— Мы не знаем, почему…
Тейлор взял сандвич.
— Да, мы не знаем. — Он горько улыбнулся. После некоторой паузы снова послышался голос диктора:
— В настоящее время существует уверенность, что в прибрежной части города подача электроэнергии начнется сразу после полуночи. Остальные районы получат энергию, как только будет восстановлена станция Мидуэст.
— Через каждый час они отодвигают срок на два часа, — сказал Кардуелл. — Насколько я понимаю, электричества все еще нет ни в одном районе. Впрочем, и ни в одном большом городе.
В дверях показался Джо.
— Мистер Тейлор!
Тейлор направился к двери.
— Пойдемте со мной, — кивнул он Маколею и Кардуеллу. — Может, поступили сведения от Четвертого.
Они вернулись к пульту в зале контроля. Работала связь с Белым домом. Сначала Тейлор поговорил с Вашингтоном, потом Джо соединился с Кэртлендом. Сигнал был слабым, но постоянным.
— Мак, — сказал Тейлор. — Секретарь президента спросил меня, имеем ли мы связь с местными властями. Я ответил, что нет. Он посоветовал нам не покидать здания. У них есть сведения, что в Чикаго неспокойно, хотя об этом не будет объявлено. Полицейским не поздоровилось. Правда, и бунтовщикам тоже. Кое-кто стал срывать противогазы с прохожих, а полиция открыла по ним огонь. В рядах национальной гвардии наблюдается дезертирство. У солдат семьи в пригородах, и они предпочитают заботиться о них.
— А вдруг они закрыли убежища в отместку…
— Мак, — ответил Тейлор. — Об этом я даже и думать не хочу. И тебе не советую. Если об этом думать, не остается ничего другого, как взять пистолет и идти восстанавливать справедливость. Но как разобрать, кто прав, а кто виноват? В любом случае нам следует оставаться здесь.
Из Кэртленда донесся голос Блейка.
— Фред, наши вертолеты прорвались. База Эдвардс не функционирует. Они набились в два ангара, там же много гражданских. Всю энергию из аварийной сети используют для фильтров и рефрижераторов. Продовольствия у них всего на три дня. Мы готовимся перебросить им по воздуху, что сможем. Но здесь ведь тоже целый город, который хочет выжить. Облачный покров у нас еще не сплошной, но фильтры уже необходимы. Мы лишились электроэнергии, которую получали из Денвера. Нельзя ли подключиться к секретным линиям? Мне надо посоветоваться с другими военными базами.
— Этого я взять на себя не могу, господин президент. Это уж ты решай, Фред.
— Это я уже уладил. Мы поднимаем сегодня же ночью все исправные самолеты в Эдвардсе, чтобы вывезти оттуда как можно больше людей. Но это ведь только тысяча или чуть больше. А второго рейса нам не осилить. Нет ни связи, ни видимости. Мы и так еле отыскали базу. Но ты не ответил мне на главный вопрос: игнорировать ли внешний мир?
— Понимаю. А есть какие-нибудь новости из-за границы?
— Значит, молчат? Хорошо, Фред, до связи.
Разговор закончился. Тейлор сказал:
— Я полагаю, что везде одно и то же. Все хотят выжить. Кто там?
Голос из холла повторил:
— Есть тут кто живой?
Маколей открыл дверь. За дверью стояла Бетги с большим чемоданом в руках.
— Бетти, ты что здесь делаешь?
— Мы… у нас кончились фильтры… поэтому я здесь. Мы принесли с собой консервы. Там столько мертвых… — она зарыдала.
Маколей обнял ее за плечи и подвел к креслу.
— Мак, ты помнишь Пегги Орте из машбюро?
— Конечно, Бетти, конечно. Успокойся.
— Мы шли по улице, вдруг кто-то сорвал с нее маску и убежал. Она старалась… старалась не дышать, сколько могла…
Маколей и Тейлор переглянулись.
— Ох, — Бетти подняла голову и вытерла слезы, — я так рада, что добралась до вас. Здесь есть воздух и свет. А везде совсем темно. Мы шли сюда ощупью.
— Бетти, кто "мы"?
— Нас четверо. Мы вместе снимали квартиру. Мы решили идти сюда, когда у нас кончились фильтры. Мы так боялись, что не дойдем.
Маколей приподнял чемодан.
— Ты хочешь сказать, что поднялась на сороковой этаж с этим чемоданом?
Бетти кивнула и снова заплакала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
