— Не называй его так, — тихо проговорила она, пряча лицо в колени. Зика испугалась, что её просьба рассердит его, но Аккес молчал, пока она не подняла, в конце концов, голову и не посмотрела на него. Он стоял у воды и ухмылялся, глядя на неё.
— Ну вот, твоё первое желание.
— Но я не хочу уходить, — вдруг испугалась Зика. — Я не хочу, чтобы Лекамир отпускал меня. Я сама хочу и дальше заботиться о нём, и быть рядом, и помогать, и… Хочу, чтобы он улыбался мне и трепал по голове, когда у него хорошее настроение. Чтобы хмурился и спрашивал совета, когда что-то не так. — Она вдруг мечтательно улыбнулась. — Чтобы он и дальше запрещал мне убираться в замке и смеялся, когда я показываю ему язык.
Она опять спрятала лицо, пытаясь скрыть пылающие щёки.
— Он тебе нравится, да? Этот твой рыцарь, — вдруг спросил Аккес, внимательно за ней наблюдая.
— Конечно. Кому он может не нравиться? Он всегда хорошо ко мне относился. Всегда защищал и помогал. Он очень хороший и добрый. Я даже не против, если он возьмёт себе жену… ну то есть… нет, я не буду против, только бы он не прогонял меня. Я всегда хочу быть рядом с ним. Я буду не против…
Она опять вся сжалась, обняв крепче колени и направив невидящий взгляд куда-то вдаль.
— А сама? — вдруг спросил Аккес.
— Что? — удивилась девушка.
— Сама бы хотела стать его женой?
— Я? Нет… я…. я не могу… Я ведь… — Зика вдруг замолчала и вздохнула. — Я для него названая сестра. Он не относится так ко мне. Он даже не думает обо мне… так. Но я не против, честно.
Она начала опять что-то лепетать, но вдруг увидела, как Аккес буквально в шаге от неё присел на корточки и сосредоточенно посмотрел ей прямо в глаза.
— Ну?.. Хочешь? — требовательно спросил он.
Зика от неожиданности сначала испуганно замерла, но лицо его не выражало ни агрессии, ни враждебности. Его можно было бы описать даже как доброжелательное, что немало её удивило. Ведь она слышала много плохого о нём. Кровожадный монстр, безжалостный убийца, варвар, пожирающий своих врагов, и многое другое. Но сколько она его знала, ничего подобного не замечала. Может, все пересуды лгут?
— Я… — Она опять почувствовала, как краснеет, и тихо, еле слышно, проговорила: — Наверно.
И тут, к ещё большему своему удивлению, заметила, как он слегка улыбнулся.
— Не самый лучший выбор, но для начала неплохо, — сказал он. — Но советую ещё подумать об этом. В том числе и об остальных вещах, которых ты действительно хочешь.
Смущённо прикусив губу, она невольно тоже улыбнулась.
Аккес, глядя на её заплаканное лицо и робкую улыбку, почувствовал, как внутри словно поселилось облако. Его окутала такая лёгкость и радость, что он с трудом сдерживался, дабы не рассмеяться. Пусть в этой жизни он для неё лишь странный незнакомец, о котором она слышала далеко не самое лучшее, но Аккес был рад видеть её улыбающейся. И он очень хотел, чтобы Зика была счастливой и получала только то, что хочет.
— И больше не слушай тех, чьё мнение не имеет для тебя никакого значения, — сказал он, вставая и отходя обратно к камню.
— Не буду, — смущённо ответила Зика. Внутри неё всё затрепетало от одной мысли о том, что она не обязана слушаться Миину. Лекамир ведь правда её тут не оставит, даже если ему предложат несколько девушек. Она ведь, пусть и по-своему, тоже дорога ему. А значит, никто здесь не может больше ею распоряжаться.
Девушка почувствовала себя так, словно с неё сняли тяжёлые цепи, которые она таскала все эти годы, считая их просто украшением. От радости ей хотелось вскочить и начать танцевать.
— Зика! Зи-ика! — послышался голос Рианы.
— Я тут! — Зика вскочила, поворачиваясь в сторону, откуда слышался голос. И с удивлением заметила, что Аккес, подхватив свои вещи, скрылся в тени деревьев. Она не успела подумать о причине такого поступка, как увидела жрицу.
Риана спускалась к реке, беспокойно оглядываясь по сторонам. Она была одета только в рубаху и штаны, зато волосы были красиво переплетены и украшены цветами вместе с разноцветными ленточками. Девушки поселения явно подоставали из закромов самое лучшее, что у них было. Зика невольно залюбовалась — настолько красива Риана была сейчас.
— О, Богиня! — вскрикнула жрица, глянув на девушку. Несмотря на то, что солнце село, всё же она вполне могла в лунном свете рассмотреть лицо Зики. Подойдя ближе, она провела пальчиками по её заплаканным щекам. — Что случилось? Ты плакала?
— Да. — Зика шмыгнула носом.
— Кто тебя обидел? Ты только скажи, я ему нос разобью.
Зика захихикала.
— Разве жрицам положено бить других людей?
— Положено, если очень хочется… Ладно-ладно, не положено, — Риана насупилась, — но вот словесно отчитать я могу так, что он от стыда сгорит. — Она с беспокойством посмотрела на Зику. — Милая, с тобой точно всё в порядке?
— Да, — кивнула девушка. — Теперь да.
— Это хорошо. А сейчас, если ты не против, я заберу тебя с собой. Я совершенно не понимаю, что все они лопочут и чего хотят. Просто напасть какая-то. Что такое? — Риана остановилась, заметив, что Зика с задумчивым видом стоит на месте. Потом огляделась вокруг и тихо продолжила: — Если у тебя ещё дела… то не страшно, можешь прийти попозже.
— Нет, всё хорошо. Я просто подумала о том, что я хочу.
— Да? — Риана улыбнулась. — И что же ты хочешь?
— Я хочу послушать, о чём будут болтать все эти девчонки! — Зика рассмеялась и пошла за жрицей.
— Ну, тогда тебе предоставляется великолепная возможность так и сделать. Потому что я точно больше не выдержу. Если подобное щебетание и значит быть женственной, то, честно, я лучше пойду и дальше сражаться, на радость Многоликому.
Зика опять рассмеялась.
— Нет-нет, не обязательно быть такой.
— Ну, слава Богине, — с наигранным облегчением сказала Риана.
И девушки бодро пошли куда-то в поселение.
Аккес же стоял в тени, прислонившись спиной к стволу дерева, скрестив на груди руки, и провожал их взглядом. Он впервые на миг задумался о том, чтобы не убивать жрицу. Но лишь на миг…
Она по-прежнему раздражала его. Её изучающий взгляд и непонятная улыбка выводили его из себя. Его просто трясло каждый раз, когда он видел её. И хуже всего то, что из-за этого он опять мог потерять контроль…
Отвернувшись, Аккес хмуро посмотрел на реку. Пусть она и нравится многим, пусть все привязались к ней, но если он не справится со своей проблемой, всем им будет только хуже… а главная причина его проблем — это она.
Если бы только она держалась от него подальше.
Келина неторопливо прогуливалась по зеленеющему саду. Лето выдалось на удивление тёплым, а распускающиеся цветы дарили приятный аромат.
