В 1924 году Черчилль неожиданно для себя стал канцлером казначейства. На новом посту, не имея ни малейших финансовых знаний, он оказался управляем своим другом Монтегю Норманом, а тот был близок советнику Банка Англии сэру Генри Стракошу. Стракош был выходцем из моравских евреев, сделал состояние на золотых приисках Южной Африки и естественно был близким другом лорда Ротшильда. Выполненная решением Черчилля привязка финансовой системы Англии к золотому стандарту привела к дефляции, экономическому спаду, массовой безработице и всеобщей забастовке 1926 года [52][48], после чего «сделавший свое дело мавр» был списан в политически утиль. Как вспоминал посол в Великобритании И. Майский: «К тому моменту, когда мы встретились с Черчиллем в доме Ванситартов, он уже пять лет не занимал никаких министерских должностей, формально оставаясь лишь обыкновенным депутатом парламента. Забегая несколько вперед, скажу, что на этом «низком уровне» Черчилль пребывал до самого начала Второй мировой войны. Правящая консервативная партия явно не хотела пускать его к вершинам власти. В чем было дело?» [26].
Дело было в том, что после расторжения контракта с Evening Standard в феврале 1938 года Черчилль обнаружил у себя массу неоплаченных налогов и 18000 фунтов долга, в результате чего пришлось выставить на продажу приобретенное в 1921 году поместье Чартвелл. Хлопотать за Черчилля взялся основатель обновленной версии Financial Times Брэнден Брэкен, в результате на сцене появился новый «советник» Черчилля Генри Стракош, который оплатил 18162 фунта для сохранения собственности на Чартвелл, предоставил Черчиллю безвозвратный «заем» в размере 150000 фунтов стерлингов, и взялся далее оплачивать его долги в течение трех лет [8][48][62]. 22 июля 1936 года Черчилль присутствовал на ужине, где нефтяной магнат Роберт Коэн (Robert Cohen) предложил организовать фонд, начавшийся с 50000 фунтов стерлингов, для использования будущего премьер-министра против Германии. Так стартовала группа The Focus [41], зарегистрированная в Лондоне по адресу Флит-стрит (Fleet-street) № 54, и в которой не последнюю роль играл банкирский дом Ротшильдов. Помимо Стракоша к решению финансовых проблем Черчилля подключились другие члены группы вроде кинопродюсера Александра Корда [63][54]. Как пишет Питер Пэдфилд: «Совет был организован евреями совместно с профсоюзами для борьбы против нацизма. Основную финансовую поддержку оказывали британские евреи, главными источниками разведывательных данных служили еврейские банковские связи и немецкие евреи… Бивербрук, вероятно, не ошибся, когда в 1938 году писал, что в Британии против сближения с Германией работали, по меньше мере, 20000 немецких евреев» [8]. Роберт Коэн начинал трудовую карьеру в компании Shell Company, соединив основанную Маркусом Самуэлем (Marcus Samuel) компанию с Royal Dutch Oil Company. Семейство Самуэлей родственно семейству Монтефиори [42][43][44], а последние, в свою очередь, Ротшильдам. Поэтому неудивительно, что большую часть трудового пути Роберт Коэн посвятил африканским компаниям, близким к золотодобыче [42] [45].
Уже после смерти Черчилля в Англии появилась традиция изображать бульдогов с человеческим лицом и неизменной сигарой в зубах, так называемый «Черчилль во плоти» [56], а в то время короткий поводок на прообраз «сражающегося под ковром бульдога» накинул лорд Натаниэль Майер Виктор Ротшильд. Официально преподаватель Кембриджа и председатель Британского сельскохозяйственного научно-исследовательского совета, он также координатор научной работы Royal Dutch Shell, спонсорские транши для NSDAP которой составляли миллионы гульденов. Имея не последнее отношение к английской разведке, Виктор Ротшильд заведовал секретной лабораторией химического и биологического оружия, одновременно, что самое примечательное, отвечая за проверку еды нового премьер-министра [57], что однозначно добавляло Черчиллю сговорчивости [48]. Виктор Ротшильд изначально курировал довоенную команду Черчилля, боровшуюся «против курса умиротворения» [8]. «Старый сионист» Черчилль также состоял в контакте с советником Рузвельта Бернардом Барухом, которого во время своей поездки в США в 1929 году он посетил, прежде чем отправиться в Белый дом [48]. Существует мнение, что именно Барух посредством британского «визави» лорда Бивербрука вернул Черчилля в большую политику [55]. Во время Первой мировой Бивербрук заведовал Бюро печати, входящим в структуру отдела пропаганды [90].
«Весной 1939 года тайный эмиссар Рузвельта, верховный судья Феликс Франкфуртер – человек, близкий к Американскому еврейскому комитету, каковой, в свою очередь, стоял за спиной «Фокуса», – нанес визит в Лондон. Вскоре после его отъезда из британской столицы Черчилль повел шумную пропагандистскую кампанию. На авансцену британской политики вытолкнули теперь партию войны, жаждавшую помериться с Гитлером силами на поле боя».
Гвидо Джакомо Препарата, «Гитлер, Inc.»
Ротшильды теряли свои позиции в Европе, а Черчилль представлял собой партию нового мирового пожара для пересдачи карт истории. В начале 1939 года он писал Бернарду Баруху: «Война начнется очень скоро. Вы будете командовать парадом отсюда» [48]. Задачей Черчилля было отвести удар от английских Ротшильдов, для чего, как докладывал в 1938 году посол Дирксен: «Черчилль со своими сторонниками видит самую легкую возможность свалить Чемберлена и самому стать у власти…».
«За последние месяцы наблюдалась небывалая доныне, лихорадочная, отличающаяся последовательностью деятельность трех основных движущих сил – еврейства, Коммунистического Интернационала и националистических групп в отдельных странах, – направленная на уничтожение Германии путем развязывания войны против нее со стороны мировой коалиции до того, как она сумеет восстановить свое положение в качестве мировой державы; эти силы давно не действовали с такой последовательностью и лихорадочностью, как в последние месяцы» [24]
Из донесения посла Германии в Великобритании Г. Дирксена в МИД Германии, 10 июня 1938 г.Заняв пост премьер-министра, 22 мая 1940 года Черчилль отдал приказ об аресте и заключении под стражу без суда и следствия члена правого крыла парламента Арчибальда Моля Ремсея и лидера Британского союза фашистов, сэра Освальда Мосли. Через три дня был уволен основатель внутренней службы безопасности MI-5, сэр Вернон Келл, после чего усилиями заместителя директора MI-5 Гая Лидделла в службе контрразведки появилась «кембриджская пятерка». Де Курси, один из редакторов Review of World Affairs писал о них: «Этих блестящих молодых людей Ротшильд видел в Кембридже, каждый из них имел ту или иную слабость, и он не преминул использовать ее в своих интересах, полагая, что они проберутся в более высокие сферы». «Пятерку» Кима Филби связывают с появившемся в начале XIX века «Обществом апостолов», которое Пэдфилд охарактеризовал как «противопоставившее свою мораль общественной», а английский поэт Альфред Теннисон назвал «тайным обществом взаимного восхищения». Двое из них, уже упомянутый Энтони Блант, якобы агент советской разведки, однако почему-то не передавший ей данные о переписке английской королевской четы с Гитлером, и Гай Берджесс, которого Виктор Ротшильд устроил главой отдела диверсий «D» (Destruction) английской разведки, во время войны проживали в доме банкира [8][86]. Сотрудничество Ротшильдов с СССР через пятерку Кима Филби иногда объясняют «увлечением коммунистическими идеями» [57], но, вероятно, что реальная причина кроется в том, что Ротшильды видели в СССР сильного союзника, которого можно было использовать и поэтому важно иметь с ним неформальные связи с целью сбора информации и влияния на отношения между СССР и другими странами, прежде всего США.
Также Черчилль отправил в отставку министра информации Джона Рейта, директора и идеолога общественной британской компании ВВС, на которой Рейт не позволял появляться Черчиллю предыдущие десять лет. Достаточно привести запись из дневника Рейта, сделанную в 1939 году после аннексии Чехословакии: «Гитлер поражает своей великолепной эффективностью», – чтобы понять, что он, кроме того, был из другого лагеря [46] [47].
Теперь новый премьер-министр позаботился о том, что бы место министра информации в правительстве досталось тому, кто прежде хлопотал о его финансовом состоянии – Брендану Брэкену (Brendan Bracken), под чьим начальством трудился Джордж Оруэлл. Неизвестно вдохновило ли писателя реальное место работы на создание образа «министерства правды» из известного романа «1984» [58], однако военный корреспондент, работавший в составе командования «союзников» Д. Краминов утверждает, что распространяемое Черчиллем подначивание, что в грядущей войне «будет чудом, если Россия удержится шесть недель» новому премьер-министру «было передано его интимным другом Бренданом Брэкеном».
