заставляйте меня лишний раз вспоминать о Вашем существовании. Когда нам понадобится грубая сила и способность пробивать стены головой — я Вас свистну.
— Если Вы не против,— едко заметил Грейвз,— я напомню, что закончил одну из лучших школ магии, так что в мое образование входит куда больше, чем двадцать боевых заклинаний.
— Конечно, мистер Грейвз. Но будь Ваше образование исключительно подходящим для нашей миссии, мы бы с Вами уже подали друг другу руки и разъехались по домам.
— Желаете обвинить меня в чем-то?— с напором поинтересовался юноша.
— Ни в коем случае,— мотнул головой Трелони.
По заснеженным аллеям, притоптанным ногами прогуливающихся, Грейвз и Трелони вышли к замерзшему пруду. Лед немного искрил от магии, так что можно было догадаться, что к созданию идеально ровного катка приложили руку волшебники. По сверкающей поверхности курсировал водоворот москвичей: меховые шапки, цветастые платки, мерцающие лезвия коньков, разговоры и смех. На мосту над прудом стояли пятеро музыкантов, раскрасневшихся от мороза и дешевого портвейна, бутылка с которым ходила по кругу, как святыня в этот морозный день. Чем больше музыканты пили, тем лучше им было видно, что никто их не слушает, поэтому постепенно они позволяли себе безбожно фальшивить.
Вокруг катка толпились люди: торговцы с горячим чаем и плюшками, лоточники размахивали варежками, а чуть подальше строили снежные крепости и играли в снежки. Грейвз как раз хотел съязвить что-то Трелони, когда ему в ухо залепили снежком. Юноша вскинулся, по-собачьи тряхнул головой и принялся озираться по сторонам; малолетние бандиты скучковались возле моста и выжидающе смотрели на Грейвза. В их глазах не было страха, какой, казалось бы, принято испытывать перед взрослыми: независимо от реакции Персиваля, малолетки готовы были сорваться со своих мест и с громким хохотом броситься врассыпную. При виде этих раскрасневшихся рожиц, Грейвз беззлобно усмехнулся и вслепую бросил ответный снежок. Он надеялся, что на этом все и закончится, не захотят же дети ввязаться в снежную битву с малознакомым взрослым человеком. Так он думал, пока ему в спину не попали еще три снежка. Дети бодрым смехом зазывали Персиваль к себе — юноша же старался не обращать на это внимания. Трелони едко усмехнулся.
— Почему бы Вам не принять вызов, Грейвз?— поинтересовался он, наклоняя голову так, что пущенный кем-то снежок пролетел в нескольких миллиметрах от его аристократического носа.
— У нас здесь дело,— напомнил американец.
— Естественно. Но пока я не вижу никого из княжеской семьи.
— Может, стоит их поискать?— на возрастающей интонации спросил Грейвз, невольно начиная подозревать Трелони в глупости.
— Зачем делать самому то, что за тебя могут сделать другие?— расплылся в улыбке мужчина.— У тех детей наверняка ушки на макушке, они уж точно найдут, кого нужно. Займитесь этим, а я возьму на себя каток,— произнес британец и, незаметно наколдовав себе коньки, спустился на лед.
Грейвз закатил глаза и, когда очередной снежок попал ему за шиворот, не глядя бросил ответный снаряд. Дети весело рассмеялось и принялись расстреливать Персиваля, тут же рядом с ним выросло несколько малолетних защитников, и таким манером — стенка на стенку — они принялись бомбардировать друг друга целыми охапками снега. Юноша быстро согрелся, и вскоре сам вошел в такой раж, что не заметил, как выдохлись другие дети. Их его бодрость вдохновляла, но все чаще вместо атак ребятишки предпочитали прятаться за щекастого пошатывавшегося трубача. Музыканты протестовали и гневно заявляли о своем нейтралитете в этой снежной битве, но если бы их кто-нибудь слушал! Вскоре фальшивые повизгивания труб притихли — снежки залепили почти все музыкальные инструменты. Оркестр от этого не расстроился. Под предлогом «промыть трубы» весь состав ушел в ближайший кабак, полностью оставив мост под театр боевых действий.
Спустя несколько минут обороны моста, Грейвз решил, что можно перейти и к переговорам. Для убедительности такого предложения, он начинил последний снежок маленьким, совершенно безвредным заклинанием, и бросил его в высокого подростка с всклокоченными рыжими волосами. Снежок ударил парня в грудь, потом срикошетил в сторону и попал в плечо его низкорослому полноватому товарищу, затем описал финт и должен был ударить вражеского предводителя в затылок, но вместо этого совершил мертвую петлю и оказался в руках светловолосого юноши в гвардейском мундире. Молодой человек хлопнул в ладоши и на глазах Грейвза снежок с заклятием снитча рассыпался. Гвардеец хитро улыбнулся и покачал головой. Стоявшая рядом с ним девушка повторила этот жест. Было что-то в ее льдистых синих глазах настолько чарующее, что Персиваль сам не понял почему и зачем направился к этой парочке.
Молодой человек был высокого роста, выше Персиваля, обладал вытянутым лицом с тонкими чертами, темными вьющимися волосами и светло синими, как небо в ясный день, глазами. Этот человек был улыбчив, хотя, судя по выражению глаз, улыбаться он больше привык своим мыслям, чем чьим-то шуткам. В девушке рядом с гвардейцем Персиваль узнал волшебницу из Канцелярии, знакомую Паши, за которой гордый выпускник Когтеврана припустил возле кабинета Калинцева. Грейвз учтиво кивнул в знак приветствия.
— Вообще-то, колдовство в присутствии магглов карается по закону,— с важным видом произнес молодой человек, английским он владел почти безупречно.— Особенно, если оно наносит им вред.
— Это выдержка из свода законов мирового магического сообщества,— ответил Персиваль.— Эти законы еще не приняты на территории Российской Империи.
— Здесь свои законы,— ответила девушка и, нахмурившись, обернулась к юноше.— Не смущай бедного туриста, Алексей.
— Я просто предупредил,— возразил молодой человек.
— Вы правильно поступили, благодарю,— кивнул ему американец.— Персиваль Грейвз, к Вашим услугам,— сказал он и протянул руку.
— Алексей Аргутинский,— юный князь тепло ответил на рукопожатие.— Это моя старшая сестра — Дарья.
— Я видел Вас накануне, мисс,— улыбнулся Грейвз, поднося руку княжны к губам. Девушка склонила голову, глядя на Персиваля своими синими, с хитрецой, глазами.
— Что ж, и я о Вас наслышана, мистер Грейвз. Наш общий друг много говорил о Вас,— улыбнулась она.— Вот уж не могла подумать, что мы встретимся так скоро.
— И правда,— согласился молодой человек. Сознательность требовала тотчас же вести юных князя и княжну к Трелони, но самолюбие Грейвза взяло верх. Заручиться их поддержкой он может и сам, ведь именно этого от него ждали в МАКУСА. А Трелони и так слишком высокого мнения о себе.
— Позволите составить Вам компанию?— поинтересовался молодой человек. Брат с сестрой переглянулись. Дарья схватила своего брата под локоть и утвердительно кивнула Грейвзу. Веселая улыбка освещала
