Супруг лежал на диване и пил текилу.
– Ты перешел на более крепкие напитки?
– Да, ты была просто восхитительна! Классно! Это твой первый шаг к примирению. Я просто в восторге, дорогая. Давно ты не была такой страстной.
Я подошла к окну.
– Спасибо, милый. Это было здорово! Смотри, на часах двадцать минут одиннадцатого, а народ гуляет.
На стоянке я быстро отыскала машину Славика. Сердце учащенно забилось. Она смотрела мордой прямо на окна. Интересно, как они следят за окнами? Все сразу? А вдруг в тот момент, когда я буду мигать светом, они отвернутся и проморгают мой сигнал?! Надо было предупредить их, чтобы не отвлекались, а смотрели за окнами по очереди, а то глаза устают, сама знаю.
В то, что я смогу дать мужу бокал с клофелином, верилось все меньше и меньше.
– Ты не против, если мы еще выпьем немного вина, дорогой? Сейчас принесу из бара. – Я постаралась мило улыбнуться.
– Нет, больше не хочу, и так всего намешал. Голова раскалывается. Пойду лягу, завтра рано вставать. Тем более я еще не готов пить из твоих рук. Дай мне время, и я заново начну верить тебе.
– Как это – не хочешь?! – Я была в шоке. – Давай тогда пить из твоих рук.
– Нет, я сказал – не хочу. Все, я пошел спать. – И он отправился в спальню.
– Подожди, Юра, ты не против, если я посижу в гостиной, посмотрю телевизор. Мне совсем не хочется спать.
– Смотри. Сегодня ты мне больше не понадобишься. Я достаточно удовлетворен. Можешь же, когда захочешь! – С этими словами он удалился.
Я осталась одна. Налила полный бокал текилы и выпила до дна. Затем подошла к окну – машина стояла на прежнем месте.
Не захотел пить из моих рук! Как это я не предусмотрела такой момент?! Сев в кресло, я включила телевизор.
Меня знобило. Холодно. Почему так холодно? Странно, на улице двадцать градусов тепла. Скорее всего, это нервы. Проклятые нервы, совершенно не хотят меня слушаться! Я зашла в свою комнату. Надела футболку, джинсы. Сверху накинула ночной халат. Если все сорвется и мне придется бежать, то хотя бы будет в чем. Не побегу же я в халате. Бежать, а куда бежать?! Он меня из-под земли достанет.
Ровно через полчаса я вновь осушила бокал текилы и почувствовала, что пьяна. Захотелось упасть на диван и отключиться. Хорошенькое дельце! Наняла киллеров приговорить мужа, а сама напилась и проспала. С трудом встав с дивана, направилась к комоду. Вытащила оттуда пару бигудей и накрутила на челку. Все должно быть по-домашнему, чтобы никаких подозрений.
Затем взяла железную пепельницу и направилась в комнату мужа. Перед дверью закурила сигарету. Зашла в комнату, включила свет. Муж лежал на боку с закрытыми глазами. Тогда мне пришлось взять пепельницу и кинуть ее на паркет. Получилось довольно громко. Он открыл глаза и уставился на меня.
– Извини, дорогой. Сегодня днем забыла в твоей комнате свежую газету. Чертовски хочется ее почитать. Пепельницу уронила, прости. Я исчезаю. Спи, милый.
Не сказав мне ни слова, он закрыл глаза. Я подняла пепельницу, сунула под мышку газету и вышла из комнаты.
Или сейчас, или никогда! Пора начинать. Если я чуть-чуть потяну, то не смогу это сделать. Пока он в спальне.
Свернулся калачиком, шейку вытянул, как петушок. Такой беззащитный! Хоть сама бери топорик и переруби эту шейку. И все! Конец всем мучениям.
Глава 6
Я зашла в гостиную и в течение минуты старательно мигала светом. «Девятка» Славика помигала мне в ответ.
Машина тронулась с места и направилась во двор. На цыпочках я подошла к спальне супруга. Прислушалась – тихо. Спит мальчик, устал. Больше ты никогда не проснешься, сукин сын!
В замке входной двери послышалась вошкотня. Боже мой, ну что так долго-то! Прошла еще пара минут, но дверь по-прежнему не открывалась. Что за чертовщина. Я направилась в коридор. Сердце вот-вот вылетит из груди.
Конечно, как они попадут, если этот идиот закрылся на большую задвижку с внутренней стороны! Но ведь она так громко клацает, что будет слышно на всю квартиру. Терять уже нечего! Все давным-давно потеряно – честь, гордость, достоинство, самолюбие. Ничего не осталось!!!
Я повисла на задвижке, но она не двигалась с места.
Да что же это такое! Мы никогда на нее не закрывались!
Подстраховался! Я еще раз собрала всю силу, которая у меня была, и надавила на задвижку. Она нехотя поддалась, заскрежетала по внутреннему желобку, а затем с диким грохотом продвинулась до упора. Наверное, проснулся весь дом! Уж его-то я точно разбудила! Сейчас выскочит в коридор и начнет голосить на весь подъезд!
Отрыв дверь, я увидела три перепуганные морды. От их вида мне стало совсем плохо. Кажется, я теряю сознание. А где же пушка? Может, они ее позже достанут? Не могут же они по подъезду с пушкой ходить, вдруг из соседей кто выйдет. Времени-то всего ничего. Половина двенадцатого. Зато Славик держал в руках странную кувалду, аккуратно обмотанную бинтом, предназначение которой я поняла не сразу. У мужика в руках были нарезанные ленты скотча. Резко отодвинув меня, со словами «с богом» киллеры направились в квартиру. Я прикрыла входную дверь, но на замки не закрыла. Быстрым движением скинула ночной халат, бигуди, оставшись в футболке и джинсах. Это на случай побега. Дыхание становилось тяжелым. Мне не хватало воздуха. Хотелось заорать что есть мочи, но я даже не смогла открыть рта. Что происходит в спальне?! Бежать или остаться?!
Я напрягла слух и услышала стоны. Побежала к спальне. Вдруг до моих ушей донеслась фраза, вернее крик: «Что за херня?!» Конечно же, это прокричал он. Из щели было видно, что в спальне горит свет. Почему он так громко стонет, почему они его не убивают? Что там творится, в конце концов? Меня трясло. Вдруг дверь спальни открылась, и я увидела маленького. Его лицо, руки, одежда – все было забрызгано кровью.
– Янка, ты умеешь в шприц лекарство набирать? На пока, набери. Я сейчас приду. – Протянув мне шприц с ампулой, он опять скрылся в спальне.
Господи, что же это творится такое! Я взяла шприц и попыталась попасть иголкой в ампулу. Но руки совершенно меня не слушались. После нескольких попыток ампула выскользнула из рук и разбилась. Шприц полетел следом.
Почему я вообще должна что-либо набирать?! Когда, наконец, все это закончится?! Стоны становились все сильнее и сильнее, временами они переходили в храп. Господи, да они сейчас весь дом разбудят. Соседи вызовут милицию.
Дверь спальни снова открылась, и передо мной предстал маленький.
– Ну что, набрала? Где шприц? Давай быстрее!
– Какой, к черту, шприц?! Я разбила его. Что там творится?! – От страха лицо мое перекосилось.
– Я как чувствовал, что одна доза закосячится. Хорошо, что взял еще один шприц, – сказал он и быстро набрал лекарство. – Все нормально. Живучий попался, гад! Сейчас я ему наркотик вколю, и он ничего не будет чувствовать, тащиться начнет. Ты ему что, клофелин не подмешала?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
