странное.
— Но разница между положением наших кланов, эм… — осторожно начал я, но Лада меня перебила:
— Абсолютно плевать. Я готова стать вашей женой. Прямо сейчас.
Нет, Лада сегодня совсем была на себя не похожа. Он очень сильно изменилась после инцидента с побегом Малого, её как будто подменили.
Раньше она так не разговаривала, да и взгляд стал совсем другим. Её черные большие глаза горели какой-то неотмирной яростью. Да и её телохранитель Громовищин глядел на меня, как будто со злорадством.
Очередная ловушка?
Может и так.
Но вот, скажите честно — вы бы отказались от предложения жениться на принцессе? Ну вот и я нет.
— Согласен, — кивнул я, — Принимаю ваше предложение, моя госпожа. На колени передо мной, так уж и быть, можете не вставать, и кольцо в коробочке мне не протягивать. Только где мы поженимся-то?
— Назад гляньте, барон, — весело хохотнула принцесса.
Я обернулся. Сначала я не въехал, о чем толкует Лада, но потом мой взгляд упал на золотые купола, возвышавшиеся в сотне метров от меня над Екатерининским дворцом, в здании которого и располагался Лицей.
— Это еще одна церковь? — удивленно спросил Шаманов, — А зачем тут, собственно, столько церквей-то?
— Затем, что церковь, где эта дура Головина сейчас венчается с братом Нагибина — это лицейская церковь, она для лицеистов и горожан, — объяснила Лада, — А церковь, на которую ты пялишься, Акалу, при Екатерине Второй была дворцовой, её можно было посещать только членам Императорской семьи и дворцовым слугам. Но сейчас она тоже открыта для всех.
— Так, ладно, — я быстро оценил диспозицию, пока удача не утекла у меня из рук, — Нам нужны поручители.
— Громовищин будет вашим, Таня — моим, — доложила принцесса, уже все продумавшая, — Нам кольца нужны, вот что.
— Аристарх, там в Лицейском переулке вроде была ювелирная лавка… — припомнил я, — Не сгоняете кабанчиком? Купите сами дешевые. Я вам все компенсирую.
— Да говно вопрос, — кивнул Аристарх Кабаневич и тут же исчез в голубоватой вспышке.
* * *
Церковь Воскресения Христова оказалось гораздо пафоснее и богаче Знаменской, в которой сейчас венчался мой братец.
Её зал был таким высоким, что при взгляде наверх кружилась голова. На потолке располагалась громадная роспись, изображавшая Вознесение Господне, стены были выкрашены в ярко-синий, а позолоченной лепнины здесь было столько, как будто это была сокровищница, а не храм.
Иконы здесь все были в золотых окладах, а написаны были в западном стиле, так что скорее напоминали картины из музея.
Когда мы вошли, циклопический зал церкви был совершенно пуст, поп появился лишь через минуту.
Местный батюшка тоже был солидней своего коллеги из Знаменской — этот был толст, бородат и очень высок.
— Мы желаем обвенчаться, Ваше Преподобие, — тут же перешел я к делу.
— Не венчаю, — отрезал поп, — В Знаменскую идите. В этой церкви традиционно венчают только Багатур-Булановых, царский клан. Точнее, венчали когда-то, когда Императоры жили в этом дворце.
— Выйдите все, — неожиданно потребовала принцесса, обратившись к Тане, Шаманову и Громовищину, — На пару минут.
— Зачем? — удивилась Таня.
— Делайте, как она говорит, — попросил я, уже поняв, к чему принцесса клонит.
Все ушли, теперь в церкви остались только я, принцесса и поп.
— Я хочу исповедаться, — заявила принцесса.
— Эм… — батюшка напрягся, явно поняв, что в его храм зашли крайне мутные личности с непонятными намерениями.
— Мы вам заплатим за этот обряд, — я тут же протянул попу две сторублевые ассигнации.
— Ладно, но быстрее, — назидательно заметил батюшка, пряча деньги.
— Я согрешила, Ваше Преподобие, — тут же приступила к исповеди принцесса, — Я лгала. Я представлялась графиней дю Нор, но я не она. На самом деле я Арладаар Багатур-Буланова, принцесса.
Поп удивленно уставился на девушку.
Лада активировала свою ауру, вокруг неё заметалось золото, такое же чистое и яркое, как то, что украшало лепнину на стенах церкви.
Девушка кастанула на священника заклинание, но уже через секунду развеяла его, потом стремительно погасила ауру.
Поп пару раз хлопнул глазами, потом почесал бороду и быстро кивнул:
— Верю. Но вы же в курсе, что вас ищут, Ваше Высочество…
— В курсе, — перебила Лада, — И это была исповедь, Ваше Преподобие.
— А, ну да… — священник быстро прочитал положенную разрешительную молитву.
— Вообще это сейчас было не особо разумно… — вмешался я, но принцесса меня перебила:
— Тайна исповеди, барон. Его Преподобие никому ничего не скажет.
— Это так, — подтвердил священник.
Вообще в моем родном мире я бы вряд ли стал полагаться на честность попа, но здесь нравы в этом смысле, видимо, были другими.
В церковь тем временем вернулись Таня, Шаманов и Громовищин, вместе с ними вошел Аристарх Кабаневич, притащивший кольца.
Поп, уже сориентировавшийся в ситуации, тут же закрыл церковные двери изнутри на тяжелый засов.
— Стальные, — продемонстрировал мне Кабаневич кольца, — Тридцать рублей. Пришлось повозиться, чтобы их купить. Там в Лицейском переулке кто-то ювелирку ограбил, так что мне пришлось телепортироваться в другую. А ту, которую ограбили, кстати, крышует наш клан. Так что, я надеюсь, вы не обидитесь, барон…
— Не обижусь, — заверил я Кабаневича, — Идите, дела клана прежде всего. Судя по всему, никому из Кабаневичей сегодня просто не судьба побывать на моей свадьбе. А деньги за кольца я вам верну позже. Боюсь, что последние сутки я так часто доставал бумажник, что теперь в нем пусто. Кстати, с этим же не будет проблем, Ваше Преподобие?
— Я бы все равно не взял денег за венчание с Багатур-Булановой, — чинно ответил батюшка.
Аристарх Кабаневич телепортировался. Для него закрытые на засов двери церкви, понятное дело, никакой преградой не были.
— Давайте, отец, по сокращенному обряду, — нетерпеливо потребовала принцесса.
У этого батюшки идея венчать по сокращенному обряду никакого протеста не вызвала, зато возникла другая проблема:
— А как я в метрике-то зафиксирую, Ваше Высочество…
— Запишешь меня, как графиню дю Нор, — принцесса указала на розу ветров на шевроне собственного мундира, —
