Как только джевека выполнила свою работу она ушла. А Риша тем временем подготовила присланый хасаном наряд, который состоял из нижней и короткой шелковой рубашки — энтари, не слишком широких шаровар, потом платье елек* с цветочными узорами, вышитое золотом. На талию — широкий ремень, украшеный золотом и рубинами.
Выходя из гарема, женщины обычно прикрывали себя ферадже*. Ферадже Иргиз было обшито на рукавах и по вороту мехом белой лисицы, что водились в северных лесах. На голову надевался юсуфи* украшенный по центру золотым эргетом* увенчанный большим рубином.
Золотой и пурпурно-красный. Вот какими оказались цвета хасана Альморавидского царства.
Иргиз посмотрела на свое отражение и то, что отражалось ей нравилось. Ее косы уложили короной и скрыли под юсуфи. Глаза подвели сурьмой, теперь они приобрели лукавый загадочный блеск. А на голову легла вуаль, так как ее ферадже был без капюшона.
— Последний штрих. — Произнесла Айша и поднесла на серебряном подносе маленький фиал из горного хрусталя. Масло мальвы и все того же гибискуса, щедро сдобренное амброй*. — Это тоже дар хасана, моя госпожа. — Добавила она передава хрупкий, с виду, флакон Рише.
Риша точным движение нанесла масло за уши и на запястья, отдавая флакон сестре.
— С чего вдруг такая щедрость? — Иргиз обратилась к Рише. Как оказалось, девчонка была не промах и очень многое подмечала и умела слышать и видеть то, что другие упускали. Послали же ей Силы Природы такое чудо!
— Хасан был сегодня непростительнт груб с госпожой. — Потупилась Риша. — Он пытается загладить вину.
— Откуда на этот раз информация? — Иргиз даже не удивилась осведомленности девчонки.
— Дворцовый портной и казначей шептались между собой обсуждая что выбор дорогих и значимых подарков не спроста. И потом о случае в зале собраний уже известно всем тем, кому позволено об этом узнать. Думаю с вами захотят говорить диваны*. — Повинилась служанка еще ниже опуская голову.
— Подслушивала? — Спросила аршаи даже не собираясь журить девушку. Ей это было даже на руку. Знать, кто и что говорит в этом замке. Ей здесь еще жить и жить.
Риша кивнула. Следом в покои без стука вошла госпожа Бенгу.
— Моя госпожа, — учтиво поклонилась она. Вот тут Игриз удивилась, а с чего вдруг такая перемена? Только недавно Бенгу была не так уж и учтива с ней, что даже не соизволила просвятить во все правила гарема. — Господин ждет вас моя хатун*, стоит поторопиться. Не стоит гневать хасана. — Добавила она видя замешательство ревийки.
Неужели одна ночь способствовала зачатию и стольким переменам? Думала Бенгу, рассмаривая степнячку из под ресниц опущенных глаз. Сейчас она не имела права даже голову поднимать в ее присутствии. А девка хороша, с достоинством истинной хасинты прияла щедрые дары хасана. Ох, беда не за горами. Севарра не простит степнячке такое возвышение. И эта хитрая лисица — Юлита тоже. Она не знала о чем думал хасан дразня черных скорпионов в закрытой банке.
Как же Бенгу ошибалась в тот момент.
Арман встретил Иргиз в одной из зал замка.
— Мой повелитель, склонилась Иргиз в почтенном поклоне приветствуя хасана.
— Ты прекрасно выглядишь Иргиз. — Ровно отозвался Арман подавая руку склонившейся девушке.
Взяла. И даже не вздрогнула. Может он ошибался на ее счет? Может дело тут в чем-то другом?
— Чем же я удостоилась такой чести, мой повелитель? — Иргиз рискнула задать мучвыший ее вопрос и указала ладонью на наряд.
— Ты не позволила совершить мне братоубийство. Не позволила убить беременную женщину и навлечь на Альморавидское царство гнев северного княжества. Мы не вытянем войну с ледяными стражами, ослабленные после битвы с тварями из разлома.
— Так вот почему, меня буквально сжигала из нутри магия, пока я не напоила ею Арду. — Задумчиво произнесла Иргиз. — Значит это ребенок очень важен для равновесия. — Добавила она переступая порог дорого убранного молебенного зала щедро украшенного цветочными гирляндами и благовониями. А Арман решил узнать про равновесие чуть позже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Как объяснила Бенгу, ведшая ее к хасану, начало свадьбы начиналось с торжественного вознесения молитв за счастье и здоровье молодых. Потом шел черед передачи подарков невесте и жениху. Причём это все проихсодило в отдельных помещениях, куда разведут после молебня мододых. А уже потом празничное застолье и проведение молодых на первую ночь.
Все взоры писутствующих тут же обратились на вошедших, стоило им переступить порог залы. И тут же по зале пролетел легкий шорох удивленных голосов, а Иргиз окатило волной удивления, сменившегося ненавистью, замешанной на обиде и призрении. Она украдкой оглядела зал, но так и не смогла понять, кто же так сильнь ее возненавидел, что эти эманации она даже успела ощутить.
Арман провел ее на положенное ему в центре залы и напротив алтаря, устлонное шелковыми подушками и шерстяными коврами.
***
Норида вздрогнула, когда отворились двустворчатые двери молебного зала и в них вошел хасан, а рядом с ним… ревийка?
Зал загудел удивленным шепотом. Как? Не может быть? Неужели хасан сделал свой выбор? Шептались гости. И их шепот долетал до Нориды. Заставляя кривить губы в безсильной злобе.
Норида еще раз недобро взглянула на ревийку, провожая тварь, которая украла у нее хасана, взглядом полным ненависти. Это она, Норида, должна была быть сейчас на ее месте и в этой одежде! Это ее Амир должен был одаривать таким ласковым взглядом и бережно держать за руку помогая устроиться на подушках! Вот же хитрая кобра! Ну ничего, даже если она и выйдет замуж, то это не надолго. И тогда ни кто не сможет остановить свободную вдову, которая вознамерилась стать хасинтой.
Юлита гадюклй шипела, призывая на голову негодяйки все кары небесные. Вызывая при этом у окружающих негодование. Слишком уж громко она выражала свои эмоции.
Севарра же оказалась куда сдержаннее и только проводила задумчиввм взглядом степнячку. Мысленно прикидывая варианты, какими можно было бы устранить соперницу. Уж плести интриги она умеет. А так как, взлетая высоко — больно падать, то она с удовольствием устроит этой мерзкой и хитрой лисице такое падение. Главное суметь подобраться к ней поближе. А там и нож в спину всадить не долго.
***
Молебен прошёл тихо, брачующиеся обменялись кольцами соединенные между собой красной нитью, означающей новую жизнь. Затем по взмаху, не прекращающего возносить благодарственные молитвы, жреца произнесли обручальные клятвы, после чего нить, соединяющая кольца распалась на двое, сама. Это означало, что их брак принят богами и официальная часть состоялась. Каждый из новобрачных должен сохранить свою нить до рождения первенца, если мальчик родиться — нить повяжет отец и до его совершеннолетия нить стает мощьнейшим оберегом. Если девочка — мать проделает то же самое. Что-то похожее была даже у ширату.
Подружки невесты подхватили и увели притихшую девушку укрытую полупрозрачным пологом.
Жениха увели в противоположную дверь. И зал распался на две части, которые людским потоком, просачивались в двери куда увели молодых.
Ариман остановил Иргиз, ухватив поднявшуюся девушку за запястье и молча протянул ей резную шкатулку, из рога нарвала. Иргиз так же молча поблагодарила кивнув в ответ. Бенгу шла за ней тенью. Не положено хатун следовать в одиночестве.
***
Норида возседала на троне из подушек и с благодарной улыбкой принимала подарки. Но стоило ей уидеть степнячку, как все ее благодушие слетело.
Иргиз подошла к новобрачной и с поклоном протянула шкатулку, Норида не мешкая схватила мерзавку за запястье и с силой сжала, будто пыталсь его раздавить.
— Не думай, что так легко отделаешься, степная гиена. — Зашипела она на скривившуюся Иргиз. — Ты взяла то, что тебе не принадлежит. Не думай, что хасан по собственной воле воспылал к тебе страстью. Не твоя то заслуга. И я это так не оставлю. Я хочу чтобы ты знала, подлая степная гиена, что в любой день и час тебя может настичь смерть. Бойся меня ревийка!
