патрона. Вщёлкнула его на место.
— Я тебя спрашиваю! — повысил голос Ёжик. — Ты покинула боевой пост! Поставила под удар…
— Пошёл ты, Ёжик, — вспомнив пришедшего на помощь пулемётчика, сквозь зубы процедила Кали, не оборачиваясь.
— Сегодня же вылетишь с треском! — окончательно побагровел Ёжик и ушёл, добавив напоследок. — Без оплаты и с волчьим билетом!
«Ой, боюсь, боюсь», — хотела съязвить Кали, но ей было слишком лень.
Настроение стремительно портилось. Поведение Ёжика было слишком самоубийственным. Это не было похоже ни на горе от потери друга, ни на личную к ней антипатию. Да взять хотя бы то, что за время боя с элитником Ёжик ни разу не высунулся в свой люк, хотя тоже был снайпером. Неужели не видел, что его позиция была единственной, из которой можно было отработать по элитнику из винтовки. Он ведь и сам снайпер, должен на автопилоте оценивать подобные возможности и использовать их. Что-то тут не чисто — чем дольше Кали размышляла над странностями своего временного командира, тем сильнее была в этом уверена.
Ровно через пятнадцать минут караван снова тронулся в путь.
На этот раз на ночь остановились посреди заросшего ромашками поля. Кали выстояла очередь за ИРП и порцией живуна и ушла есть на свой пост. Там её и нашёл всё еще пышущий злостью Ёжик.
— Колобку я уже всё доложил, так что сойдёшь в ближайшем стабе, — сквозь зубы бросил он. — До этого все обязанности остаются за тобой. Твоя смена сегодня с трёх до пяти. Всё понятно?
— Что-то ещё? — холодно поинтересовалась Кали.
— С тебя и этого хватит, — бросил Ёжик.
Блондинка проводила его взглядом. Ёжик что-то задумал. Никаких доказательств этого у Кали не было, но чуйка била тревогу. Что ж, похоже, ей предстоит тяжёлая ночь. Надо бы лечь пораньше от греха подальше.
Доев входящую в ИРП банку тушёнки, она облизала ложку и улеглась на пенку. В отличие от предыдущих ночей, сон, пусть и беспокойный, пришёл сразу.
Ровно в три часа её толкнули в плечо.
— Твой черёд, — прошептал ей незнакомый рейдер в беретке.
Кали подскочила, протёрла глаза. Потянулась к «Волге», привычно проверила патроны. Рейдер подмигнул ей и направился к лестнице в задней части кунга. Кали водгрузила винтовку на мешок с песком и села, скрестив ноги. Небо на востоке уже начало светлеть, было зябко и промозгло. Тихо и немного тревожно шуршал квёлыми ромашками ветер, из кабины «Камаза» доносился богатырский храп водителя. Ёжик не появлялся, но это было и к лучшему — хоть мешать не будет своими бесценными указаниями.
Очень хотелось спать. Или кофе. Но блондинка старательно гнала от себя эти желания. Она слишком долго была стронгом и к своим обязанностям относилась максимально ответственно.
Это её и спасло.
«Камаз» стоял во внешнем кольце. Грузовики с товаром и «Урал», на котором ехал Колобок, расположились в центре, но расстояние между ними оставалось достаточно большим. Кали в основном смотрела наружу, но иногда оборачивалась и обводила взглядом и лагерь — просто на всякий случай.
В один из таких осмотров ей почудилось движение. Бесшумно переместившись к противоположному краю своего поста вместе с винтовкой, Кали приникла к прицелу. Она обладала идеальным зрением. Более того, был у неë и ещë один Дар, благодаря которому в темноте она видела примерно как в сумерках. Но даже с ним ей трудно было разглядеть того, кто перемещался среди грузовиков. Но это, без сомнения, был именно человек, а не заражённый — он крался, замирал, услышав даже небольшой шорох, временами заползал под днища грузовиков и что-то там делал. Траектория и характер движения однозначно вызывали подозрения — на поведение часового совсем не похоже!
Кали потянулась к рации и замерла. Лагерь находится в поле, обзор вокруг великолепный. Ни подъехать, ни подойти незамеченным невозможно, а значит, этот человек — из своих. Если он действительно что-то задумал, то, включив рацию, она его спугнёт, но в следующий раз он, вполне возможно, доведёт своё дело до конца. Может, поохотиться на него самостоятельно? Нет, придётся покинуть пост, а это недопустимо. Ёжик её за такое с потрохами сожрёт, как пить дать.
Хотя ей так и так в ближайшем стабе сходить, так что терять нечего. Но пост оставлять всё равно не хочется.
Подняв винтовку стволом вверх, Кали опустила рычажок предохранителя и потянула спусковой крючок.
16. Прошлое. Смак
От серых убежать не получится, как бы нелепо не выглядел их способ передвижения. Пусть их бег больше всего походил на череду повторяющихся коротких и длинных прыжков, но самый медленный из них оставил бы чемпиона мира по спринтерскому бегу далеко позади, так как двигался как минимум раза в два быстрей.
Сердце стиснули холодные пальцы страха. Если бы не дело, которым я был занят, то скорей всего я забился бы в угол и трясся там, как последний трус. От этого останавливало только одно — без своевременно набитых магазинов Кали больше не сможет вести огонь. А она стреляла как заведённая — методично, хладнокровно и без эмоций.
На финальном этапе боя, когда дело дошло до рукопашной вокруг машин, принадлежавших отряду «Джокеров», я снова взялся за автомат и принялся стрелять уже более хладнокровно. Не такие эти гуманоиды и страшные, как я посчитал изначально, когда они только выскочили из воздуха, словно черти из табакерки. Оставалось только молиться, чтобы наша позиция не была раскрыта. Если обнаружат, от стаи этих серых гуманоидов нам не уйти, что наглядно было показано на примере всего нашего отряда. А так, у нас оставался шанс выжить.
Я расстрелял одиночными всю обойму без видимого результата. Самая здоровенная и шустрая кровожадная тварь с копьём поймала с десяток только моих попаданий. Это сбило её с шага. Гуманоид зашатался, его повело, он споткнулся и растянулся на земле. Я внутренне возликовал. Никакие они не бессмертные! Можно и с ними сладить!
Да и размеры не такие уж гигантские, всего-то метров двух или чуть выше. Пожалуй, если натянуть на страхолюдную морду балаклаву, а на плечи накинуть длинное пальто, то можно даже с крепким высоким человеком спутать. В темноте… Издалека… Главное, чтобы замаскированный пришелец не пробовал ходить. Иначе весь камуфляж насмарку, такую странную походку срисует даже человек со зрением в минус шесть.
Вместе с хладнокровием вернулась и наблюдательность. Теперь я мог внимательно разглядеть этих тварей. Тела их то ли от природы имеют такой окрас, то ли это специально нанесённая камуфляжная раскраска, но факт в том, что тёмно-серая расцветка местами перетекала в угольно-чёрные пятна, позволявшие идеально сливаться с окружающим инопланетным пейзажем. Морды у серых тоже страшные. Если бы мне дали задание изобразить демона, я бы, не задумываясь,
