Сашу посидеть со спящей Леной, смело вышла во двор и открыла калитку. Нечисть не может ступить на освещенную землю, даже притронуться не может. Старая карга валялась в пыли, руки по локоть были обожжены и покрыты волдырями. Она начала сыпать угрозами и проклятиями, а я продолжила шептать свои молитвы и отчанно верить в них.
Ее тело выгиналось в конвульсиях, тряслось и металось лихорадочно по земле. Тогда эта тварь перешла к извинениям, умоляла простить ее, обещала несметные горы богатства. А я ее и спросила: — «А ты мою дочь пощадила? За что ты так с нами? Что мы тебе сделали плохого?».
Она просто рассмеялась. Час полнолуния приближался и ее чары затуманивать разум росли. Она пыталась воздействовать на меня и выманить из защитного контура.
Я с трудом подавила в себе желание выйти на улицу и продолжила молиться за всех нас. Как только ее не корежило и не ломало, пока она не затихла. Я не решилась выйти и проверить, жива ли она. Пошла уложила Сашу и просидела с Леной до утра.
После пробуждения Лена стала совсем другой. Она перестала веселиться и смеяться, ей больше не хотелось моей ласки и объятий, она отталкивала меня, словно я чужая, стала как колючка.
Как я плакала! Я схватила книгу и перечитала над ней все молитвы, которые только смогла найти, выливала ей переполох, умывала святой водой, но это не убрало все последствия. Она снова начала радоваться, иногда обнимать меня, но все это кратковременно. Ее опять охватывала грусть и она сидела в задумчивости, не понимая, что с ней не так.
Утром пришел ваш дед Саша с работы и сказал, что около дома старой карги столпилось чуть ли не все село. Это он, конечно, преувеличил. Около последнего в улице дома переминалось с десяток мужчин. Я поведала им, что произошло и кем является наша соседка.
Мужчины обнаружили эту вражину у наших ворот. Она так и провалялась там всю ночь, обессиленная и высохшая, будто мумия. Ее принесли домой и уложили на кровать.
Умирала она страшно. Тело уже не способно жить, а душа уйти не может. Ее крики иногда разносило эхо над лесом. Тогда я вычитала в книге, что — если душа ведьмы не может самостоятельно покинуть тело — надо прорубить потолок.
Мигом нашли пару мужиков посмелее и отправили к ведьме. Она умерла сразу же, как только было сделано отверстие в крыше, — вздохнула бабуля. — Вот так я впервые столкнулась с нечистой силой. А тебе сказала не приезжать, потому что в прошлом месяце снова был повален крест на въезде и стали пропадать соседские кошки в округе, — пояснила нам.
— Жесть! Бабуль, натерпелась ты! — Леха сжал бабушкину руку, пытаясь подбодрить.
— А что случилось во второй раз? — тихо спросила я, накидывая плед себе на плечи. От ее рассказа мороз побежал по коже, и я никак не могла согреться.
— Дальше было еще хуже, — помрачнела баба Тоня.
17.2. Ведьма — любовница
— После случившегося, я всерьез занялась знахарством и целительством по мелочи. Собирала полезные травы, варила отвары и настойки от болезней, выливала переполох детям, которые беспокойно спят, делала массаж спины и могла вправить плечо или устранить растяжение связок. Я тогда на все село прослыла известным костоправом. Поэтому я ничуть не удивилась, когда ко мне на целебный массаж стала приходить молодая женщина.
Жили мы уже здесь, в этом доме. После смерти старой карги, мы продали тот домик в лесу и выкупили земельный участок, на котором сами с нуля построили дом. Еще какое — то время я перестраховывалась и освящала двор и дом. Но все плохое со временем забывается. Я больше не ставила на дом защиту и не обновляла ее. Я даже подумать не могла, что через столько лет могу столкнуться с новой бедой.
Саше тогда было двадцать два года, а Лене — двадцать четыре. Женщина, приходящая ко мне, недалеко ушла от них по возрасту. Ей было около тридцати на вид и она была не только миловидной, но и общительной.
Она приходила почти каждый день на массаж, жалуясь на позвоночник, и я старалась сделать все возможное, чтобы помочь ближнему. Не ожидая подвоха, мы с ней подружились, и с детьми она быстро нашла общий язык. Как оказалось, не только с детьми…
Я стала замечать, что ваш дед зачастил ходить к ней домой. Поначалу он ссылался на починку холодильника, потом — на покосившийся от времени забор. Мол, живет соседка одна, сиротинушкой, мужских рук в хозяйстве не хватает. Почему бы не помочь хорошему человеку?!
Вашему деду тогда было уже шестьдесят и наши отношения были чисто платонического характера, построенные на уважении. Я даже представить не могла, что в такие преклонные годы ему будет хотеться женского тепла. Он даже не намекал никогда. Однажды вечером я пошла к Анге, так ее звали, занести пирожков и увидела, как они обнимаются у нее во дворе.
Дверь была не до конца прикрыта, так что я имела возможность понаблюдать за этой картиной. Потом Анга, громко смеясь, затащила его в дом и вскоре послышались его стоны.
Я стояла как оплеванная. Не помню даже, как добрела домой. Но немного все переосмыслив, решила простить его. В наши годы уже нет места для постельных подвигов, так что пока может — пусть наслаждается, раз я не могу ему в этом помочь.
Отцом ваш дед всегда был примерным и мужем любящим и заботливым. Так что я решила на измену закрыть глаза и сделать вид, будто ничего не знаю и частых отлучек не замечаю.
Одного я не учла: их встреча происходила в вечер перед полнолунием, как раз когда ведьмы собираются с силами и могут вредить людям и подчинять их волю. На этот раз мои вещие сны запоздали.
Прийдя домой, расцеловала детей и отправилась спать, чтобы ревностные мысли не отравляли мою душу. Я погрузилась в сон, но вместо привычного сновидения показались расплывчатые силуэты. Они становились четче по мере приближения к ним. Я поняла, что подобное со мной уже случалось.
Это был второй по счету вещий сон, а значит — надо быть внимательнее к деталям, чтобы ничего не пропустить. Больше я не допущу такой ошибки!
Я увидела улыбающегося Сашу. Он показывал монеты мне и Лене. Мы жили небогато, поэтому эти деньги просто не могли быть нашими. Но откуда тогда он их взял? На работе ему столько не платили, а воровать мой сын
