Читаем без скачивания Шелковые путы - Зара Деверо

Еще только подходя к коттеджу, Мария услышала, как кто-то играет там на пианино. Даже не имея музыкального образования, она сообразила, что играет мастер: аккорды, которые он брал, звучали яростно, мощно, страстно. Так мог играть лишь человек, испытавший и любовь, и разочарование, и боль, и страдание. Мария никогда не слышала такой музыки, она привыкла к популярным мелодиям и року. Завороженная непривычными звуками, она остановилась возле двери черного хода и стала слушать, машинально обтирая подошвы ботинок о железную решетку. Наконец она спохватилась и отперла дверь. На нее пахнуло теплом и ароматом свежесмолотого кофе. Музыка продолжала звучать. Мария захлопнула дверь и, привалившись спиной к косяку, тяжело вздохнула, представив, какой объем работы ей предстоит выполнить: убраться на кухне и в ванной, навести чистоту в комнатах, проверить, не нужно ли пополнить запасы продуктов. Нынешний клиент требовал особого внимания, так как был знаменитостью в музыкальном мире. Правда, он исполнял классическую музыку, в которой Мария не разбиралась. Однако его фотографии мелькали в газетах и журналах, а однажды она даже видела его на телеэкране. Кевлин не переносил классическую музыку — немедленно переключал телевизор на другой канал.

Они с Кевлином увлекались поп — и рок-музыкой, следили по сообщениям средств массовой информации за частной жизнью своих кумиров, собирали вырезки из журналов с информацией о них. Особую радость им доставляли случайные встречи с ними в пансионате, куда многие знаменитости в последнее время приезжали расслабиться. Встречи с нынешним постояльцем коттеджа Мария ждала с душевным трепетом. Он произвел на нее колоссальное впечатление.

Даже за то непродолжительное время, которое она смотрела на него, сидя на диванчике перед телевизором, Мария почувствовала мощнейший прилив вожделения. Трусики ее промокли и прилипли к телу прежде, чем Кевлин выхватил у нее пульт и нажал кнопку другой программы. Внешность Гая Вентуры потрясла Марию. От него исходила необыкновенная мужская сила и притягательность, не сравнимая с обаятельностью ее нетерпеливого юного любовника. В нем было нечто первозданное, дикое и неукротимое.

И теперь, снимая ботинки и надевая мокасины, Мария испытывала необычайное волнение. В клиторе у нее возникла пульсация. Она осторожно пошла на звуки чарующей музыки, в гостиную, где стоял большой черный рояль «Стейнвей». На стенах мелькали отблески языков пламени в камине. За окнами медленно кружились снежинки. Сладко пахло смолой, тихо потрескивали поленья. По спине у нее побежали мурашки, промежность увлажнилась, дыхание участилось.

Он сидел к ней спиной, грива его черных волос разметалась по могучим плечам, обтянутым бархатным жилетом, надетым поверх белоснежной рубахи. Его руки то взлетали над клавишами, то обрушивались на них с яростной силой. Ее присутствие в комнате, однако, не осталось им не замеченным. Он грозно воскликнул:

— Ты кто такая? Что тебе нужно?

Мария подпрыгнула от звука его сильного голоса с иностранным акцентом и пролепетала, готовая отдаться ему сейчас же:

— Я пришла здесь прибраться, сэр!

Музыкант сжал кулаки и, положив руки на колени, обернулся. Мужественная красота его лица поразила Марию. Она раскрыла рот от изумления. Ее бросило в пот, словно от укуса змеи или удара копьем, наконечник которого смазан ядом кураре. Ей, конечно, нравился Кевлин, но она все еще мечтала о рыцаре на белом коне. И вот он явился в облике Гая Вентуры.

Музыкант улыбнулся и понимающе прищурился.

— Не волнуйся, малышка, я на тебя не сержусь, — пророкотал он. — Я достаточно попрактиковался сегодня.

Его рокочущий голос таинственным образом заставил вибрировать ее клитор. Все замелькало у нее перед глазами, Гай Вентура резко встал со стула, и Мария ахнула. Это был самый высокий из всех мужчин, которых она знала. У него были широкие плечи, узкая талия и сильные руки. Музыкант пригвоздил ее к месту своими гипнотизирующими глазами. Возбужденный игрой, он нуждался в разрядке, выбросе лишней энергии. И лучше всего было выплеснуть ее вместе со спермой. Несомненно, Мария была готова отдаться ему хоть на крышке рояля. Можно было, конечно, вызвать Ингу, тоже всегда готовую оказать ему сексуальную услугу либо предоставить в его распоряжение подругу. Но член у него уже встал при виде хорошенькой сельской простушки, такой молоденькой, свеженькой и пухленькой, с розовыми щечками, карими глазками и светлыми волосами. Ее округлые бедра и полные, спелые груди сулили наслаждение. Всем своим обликом она напоминала ему гувернанток, с которыми он забавлялся в юности у себя дома, в Восточной Европе, когда родители уезжали на гастроли, — отец Гая был известным дирижером, а мать — оперной певицей. Сексу его обучили похотливые гувернантки. Эти хохотушки-потаскушки и лишили его невинности, но они же и познакомили его с разнообразными позами и способами получения удовольствия. К четырнадцати годам Гай уже чувствовал себя бывалым мужчиной.

— Как тебя зовут? — спросил он и погладил ее по щеке.

— Мария! — воскликнула она и, схватив его за запястье, стала жадно сосать палец.

Музыкант задрожал всем своим могучим телом и посмотрел на нее, словно орел на цыпленка. Высокий, с широкой волосатой грудью и в бархатном жилете, он походил на романтического поэта. Мария положила ладонь ему на грудь и стала расстегивать кожаный ремень его брюк, под которым неистовствовал дракон. Ткань столь плотно облегала его бедра, что вытянувшийся чуть ли не до колена фаллос оттопыривал ее головкой. Гай тоже не терял времени даром: он порывисто сжал ее полные тугие груди. Она сладострастно застонала. Он задрал ее свитер и впился в соски жадным взглядом, облизывая языком пухлые, чувственные губы.

Его курчавые цыганские волосы и привлекательное лицо привели ее в трепет. Но больше всего ей льстило, что он образован, талантлив и пользуется славой, затмевающей популярность всех звезд эстрады и кино. Мария знала лишь один способ выражения своего восхищения таким мужчиной.

Она встала перед ним на колени и, прижавшись лицом к ширинке, начала покусывать пенис через ткань и щупать мошонку. Он сжал пальцами ее плечи и громко задышал. Мария была в джинсах, они врезались ей в промежность и надавили швом на клитор так, что она едва не кончила. Рот ее заполнился слюной от вожделения, она зажмурилась, представляя, как сожмет этот колоссальный член в кулаке и начнет его сосать.

Она запрокинула голову и взглянула на Гая. Он молча ждал, как она поступит дальше, но пальцы, вцепившиеся в ее плечи, выдавали его волнение. Мария расстегнула пуговицу у него на талии и молнию на ширинке. Показались курчавые темные волосы на лобке, а затем выскочил, словно на пружине, его пенис, большой, красный и сердитый. Мария любовно погладила своего нового знакомого и, раскрыв рот, поглотила его. Головка уперлась ей в гортань. Мария сжала ствол пениса губами и принялась его сосать, словно помпа, легонько касаясь пальчиками мошонки. Крупные яички были тяжелыми, их переполняло семя. Гай закричал, и клитор Марии завибрировал. Она зажмурилась и стала облизывать пенис, как эскимо. Дыхание музыканта участилось, он начал работать торсом, судорожно толкая член ей в рот. Он делал это все быстрее и быстрее и вот наконец выплеснул густую горячую сперму.

Мария поперхнулась этим нектаром и стала жадно глотать его, изнемогая от желания сжать член стенками влагалища, почувствовать упругость головки шейкой матки. Он наклонился к ней, чмокнул в губы и, облизнувшись, велел ей раздеться.

Она не стала заставлять его упрашивать себя и быстро скинула джинсы. Он легко поднял ее на руках и насадил на фаллос, наполненный неукротимой мужской силой и стоящий под прямым углом. Марии показалось, что промежность вот-вот лопнет от его напора. Но пенис поместился во влагалище целиком.

Слезы радости брызнули у нее из глаз. Фаллос был настолько толст, что входил в ее лоно с трудом, но от этого она не испытывала дискомфорта. Сам факт того, что именно ее предпочел усадить на свой член известный музыкант и потрясающий мужчина, приводил Марию в неописуемый восторг. И она щедро орошала его чудесный инструмент своими соками и скакала на нем так резво, что вскоре Гай пришел в экстаз.

Самозабвенно ерзая на коленях у всемирно известного пианиста, Мария чувствовала себя совершенно счастливой. Пусть Кевлин трахает в задницу Дженис Кент и развлекает Ингу Стедсон. Зато она оседлала Гая Вентуру. Теперь все встало на свои места, справедливость восторжествовала. Мария больше не мучилась ревностью. Она раз за разом кончала.

Глава 6

В подземелье было темно, душно и страшно. Гудели трубы отопительной системы замка, вибрировали стены и потолки винных погребов, чуланов, кладовых и темниц, куда заточили, по их желанию, некоторых клиентов, любящих острые ощущения.