– Да все Элспет со своим… Дьявол, куда девалась девчонка? – Келлам крутанулся в седле всем телом. – Элспет! – Он поскакал к братьям.
Дункан огляделся вокруг. Его взгляд вдруг упал на лошадь, почти наполовину скрытую в высокой траве. Чья же это? И где седок?
– Вот черт! – вырвалось у него. Да это ж наверняка лошадь Элспет! Здесь такое творится, а девочка спешилась. Бог весть что с ней могло случиться! Ни рядом с лошадью, ни где-нибудь поблизости Дункан, сколько ни всматривался, не увидел распростертого на земле тела. А значит, решил он, нужно искать дальше – вокруг подножия холма, в низине, да хоть у черта на рогах!
Откуда-то снизу до него неожиданно донесся отчаянный крик. Круто развернув коня, Дункан скакал по склону, пока не понял, что дальше верхом не проедет, уж слишком крут спуск. Он спешился, забросил поводья на ближайший куст и ринулся вперед.
Пронзительный, жалобный крик повторился. Прищурившись, Дункан обшаривал взглядом окрестности. Ничего. Никакой видимой угрозы. Ни Макдональдов, ни волков… лишь вода, поблескивающая в лунном свете…
– Господи! – в ужасе выдохнул он. – Малышка попала в болото! – Он приложил ладони ко рту, окликнул ее братьев – гулкое эхо прокатилось по холмам – и, сбросив плащ, камзол, рубашку, устремился вперед.
Уже через несколько секунд под ногами зачавкала торфяная жижа, и Дункан замедлил бег. Здесь нужно было соблюдать осторожность. Кроме местных жителей, вряд ли кто-нибудь даже при дневном свете нашел бы тропинку через эти смертельно опасные болота. Дункан же в темноте вовсе не отличал островки твердой почвы от топкого месива.
– Элспет! – окликнул он. – Элспет!
– Я здесь, – раздался в ответ чуть дрожащий тонкий голос. А перед Дунканом простиралось лишь маслянистое море, испещренное чуть более светлыми островками мха.
Но тут вдруг над неподвижной поверхностью болота поднялась и сразу же упала черная бесформенная тень, и тишину огласил жалобный, стонущий звук. Бедняжка! У Дункана стиснуло болью сердце. Да она сама на себя не похожа от страха!
В два судорожных движения он стянул сапоги, швырнул их вверх на склон, поближе к остальной одежде, и босиком, в одних узких штанах, шагнул в болото. Мерзкая холодная каша моментально поднялась к коленям. От отвращения Дункан закусил губу, но худшее, как оказалось, было еще впереди. С каждым его шагом зловонная жижа поднималась все выше, всосала бедра, талию, добралась до груди… Дункан упорно прокладывал путь дальше, к Элспет.
– Не двигайся, – предупредил он девушку. Она кивнула. Серебристое облако волос и чуть бледнеющее в лунном свете лицо – вот и все, что не вобрала в себя трясина.
Еще один осторожный шаг. И еще один. Дункан ступал на цыпочках, кончиками пальцев нащупывая в глубине торфяного месива твердую почву. Элспет была совсем близко. Дункан подался вперед.
Чуть раньше – а кажется, будто прошла вечность, – он летел за этой девушкой через стремительные воды горной реки. И точно так же протягивал ей руку…
– Обойдемся без видений, – поддразнил ее Дункан, – и умоляю – без кинжалов! Обещаешь? А то я брошу тебя на произвол судьбы.
В призрачном полумраке ему почудилась улыбка Элспет.
– Ладно, законник, – согласилась она. – Никаких видений и кинжалов.
Из темноты протянулась тонкая, вся в грязи рука. И тут же раздался трогательный, тоскливый стон, перевернувший душу Дункана.
– Не бойся, малышка, – бормотал он, сжимая пальцы вокруг ее запястья, – не бойся. Здесь не очень глубоко, ты не утонешь.
Ее негромкий смех прошелестел по бархату мхов, растаял в зарослях вереска. Дункан, накрепко сплетя пальцы Элспет со своими, медленно потянул девушку за собой сквозь трясину. «Чему она радуется?» – гадал он, делая первые шаги к твердой земле. Что-то холодное и мокрое ткнулось ему в грудь. Вздрогнув от неожиданности, Дункан подхватил дрожащее, до неузнаваемости грязное создание.
– Ягненок? – Он удивленно заморгал.
– Точно. Бедняжка запутался в колючих кустах. Ну я и решила забрать его. А он по дороге вывернулся, напугал скот…
– И ты, конечно, побежала за ним, залезла по шею в болото и чуть не погибла вместе с ним… Угадал?
Свободной рукой Дункан прижал найденыша к груди.
Элспет кивнула.
– Что ж. Теперь давай в путь. – Он потянул за собой девушку. – Нужно выбираться отсюда, поскорее возвращаться в Гленран. Ты со своим ягненком и громогласными братьями наделали столько шума, что и мертвый проснется.
– Ш-ш-ш! Никогда не произноси таких слов! Даже в шутку! – шикнула на него Элспет.
Напуганное и продрогшее создание в руках Дункана издало едва слышный писк.
Элспет вдруг остановилась как вкопанная.
– А как ты вообще здесь очутился, законник? Хотя, – она усмехнулась, – я должна этому только радоваться. Спасибо, Макрей. – Поскользнувшись, Элспет схватилась за его плечо холодными пальцами.
Дункан опустил на нее глаза. Черная тина облепила плечи и грудь девушки, растеклась по тонкой шейке, пропитала волосы. Рука Дункана, сжимающая ее локоть, дрогнула. Ему вдруг отчаянно захотелось привлечь это хрупкое, но бесстрашное создание к себе… Но он лишь усмехнулся и пожал плечами.
– Уж больно тонкие стены в Гленране.
– О-о… – только и выдохнула Элспет.
Они наконец выбрались на берег – ни дать ни взять парочка чудищ, что, по поверьям, обитают в шотландских водах. Эван и Келлам, бросившись вперед, тут же подхватили сестру. «Лучше б забрали ягненка», – с кислой миной подумал Дункан. Жалкий дрожащий малыш монотонно блеял.
Все пятеро быстро поднялись по склону холма. Пока Дункан собирал разбросанную в траве одежду, Кеннет подхватил его лошадь под уздцы и подвел к хозяину.
Уже на самой вершине Дункан передал ягненка Эвану, а потом протянул Элспет свою рубаху – стереть налипшую на руки и плечи торфяную жижу. Поеживаясь от ночного ветерка, сам он просто накинул плащ, а камзол и сапоги перебросил через седло.
Взглянув на девушку, Дункан обхватил ее обеими руками за талию, подсадил на свою лошадь, мигом оказался позади нее и завернул в свой плотный широкий плащ.
– Но я же тоже на лошади! – воспротивилась Элспет.
– Знаю. Представь, каково тебе будет на ветру в насквозь промокшей одежде. Не переживай. О твоей лошади позаботятся братья. Эван, – окликнул он, – давай-ка сюда это несчастье. Вот оно, твое болотное сокровище, малышка.
Элспет тут же набросила край плаща на своего чумазого найденыша.
– Та-ак, – с насмешливой угрозой протянул Дункан. – Я думал, ты мне должна только рубаху. Теперь, полагаю, и шерстяной плащ за тобой, Элспет Фрейзер.
– Добрая шотландская накидка куда лучше, чем этот уродливый балахон, – парировала она.
