найду». По ходу развития диалога уводишь людей подальше от камер. Все рабочие моменты должны быть вне кадра. Если человек задал вопрос по работе, притворяйся, что несёшь Вадиму кофе, торопишься в бухгалтерию, убегаешь по срочному делу, и предлагай пойти с тобой, а по дороге обсудить. Любые ухищрения хороши, договорились? Уводишь от камеры и только там, в коридоре, в курилке, у Вадима в кабинете обсуждаешь. Поняла?
Настя снова молча кивнула.
– Чтобы тебе было проще работать, заранее дома напиши максимально длинный список таких поводов и предлогов, под которыми можешь уводить людей с ресепшена. Это важно. При отсутствии опыта велика вероятность, что ты где-то проколешься. И да, – он посмотрел на неё изучающим взглядом, – если проколешься, не паникуй. Главное – это спокойствие. В любой непонятной ситуации включай дуру. «Ой, а что это?» «А как это так получилось?» «Ну надо же?! Неужели так бывает?» «Как это я так?» С дур спроса нет, запомни. Да, неприятное клеймо. Но оно не жжёт, поверь.
Вадим, выпуская дым колечками, наблюдал за тем, как Настя смешно морщит носик, раздумывая нас словами Всеволода. Интересно, справится ли она? Панов вдруг посмотрел на всю эту шпионскую возню со стороны. Сидят тут два умудрённых опытом мужика и пугают одну бестолковую головушку. И ему так захотелось обнять её, защитить от всего этого ужаса. Она ведь и не догадывается о том, что может случиться, если Прутковский расколет её. Запросто закатают в асфальт, чтоб лишнего не сболтнула. Ни он, ни Сева не найдут потом её. Нужно всё же получше за неё приглядывать, мало ли. Он потом от этого чувства вины ни за что не отделается. Речь идёт о больших деньгах и ещё больших амбициях. Он не может допустить плохого исхода.
Глава XIV
К изумлению Вадима, их план работал безупречно все последующие 3 недели. По задумке Севы их главная задача была – выиграть время и заставить Дрязина и всю эту компанию начать действовать неосторожно и первыми совершить ошибку, из-за которой их можно было бы привлечь за коммерческий шпионаж или попытку влиять но ход тендера. Настя прекрасно справлялась со своей задачей. С каждый днём она всё виртуознее заговаривала зубы всем входящим и выходящим из офиса. На ресепшене часто образовывалась толпа желающих выпить кофе, и Вадим с наслаждением наблюдал за тем, как Настя распределяла сотрудников по кабинетам, заставляя их вернуться к делам. Если ей это не удавалась, она старалась подкинуть занимательную тему для разговора и следила за тем, чтобы никто не начал говорить о работе. Это не могло не сказаться на её популярности в сети – всего за неполный календарный месяц численность её блога выросла почти до пятисот тысяч, а количество зрителей стримов увеличилось до нескольких тысяч единовременно. И не удивительно – люди любят личные истории и офисные байки, такой контент обычно интригует и заставляет надолго прилипать к экрану телефона. Всё происходящее было похоже на магию, а на деле же Настя просто соблюдала инструкции Всеволода. Да и выглядеть она стала иначе. Лицо словно начало светиться, голос стал более глубоким и приятным, а движении плавными и изящными. Она быстро училась, много работала перед зеркалом и за кадром, просматривая примеры успешных блогеров и перенимая их приёмы, выражения, мелкие фишки. А ещё в тайне от всех она часто и подолгу пересматривала свои видео, пытаясь понять, что она сделал так, а что хотела бы изменить. Всего за три недели она буквально совершила квантовый скачок в своём развитии.
Лишь однажды всё пошло не так и чуть не стоило им всего. Не в меру активная и шустрая Мари заметила телефон, спрятанный за Настиным монитором, и начала задавать вопросы. По наставлению Севы, она состроила невинную физиономию и стала рассказывать заранее заготовленную историю про сюрприз для Олега. Настя, мол, хотела снять для него ролик, в котором она рассказывала, как сильно скучала по нему и считала секунды до свадьбы. По сценарию она якобы должна снимать себя каждый день, вести что-то вроде дневника, который она потом смонтирует и покажет на большом экране при всех гостях. Положение в итоге спас Вадим, неотрывно следивший за Настей в монитор. Он мгновенно материализовался на пороге с каким-то поручением для Мари и увёл её к себе в кабинет, где в атмосфере строжайшей тайны коротко рассказал о случившемся. В детали он вдаваться не стал, не упомянул и Олега-Женю. И это было единственно верным решением – Мари никогда не успокаивалась, если чего-то не понимала до конца. Она бы в итоге вывела Настю на чистую воду, завалив всё дело. Разумеется, Мари разозлилась и громким шёпотом выговорила Вадим всё, что думала. Её взбесил тот факт, что её снимали без её согласия, задавали личные вопросы, не дав ей шанса обдумать ответ. А она им доверяла!.. Немного успокоившись, Мари взяла себя в руки и даже пообещала помочь. Правда, до конца дня ходила мрачнее тучи и не говорила ни с кем – так она переживала каждую свою неудачу.
Женя ежедневно и по многу раз звонил Насте и делал вид, что радовался её успехам. Он никак не мог объяснить перемены, произошедшие в ней. «Зазвездилась, – зло думал он про себя, – решила, что теперь всё может!» То ли он ревновал её к внезапно свалившемуся на голову успеху, который он для неё и создал, то ли волновался, что больше не имел на неё прежнего влияния. То ли просто подозревал, что она отдаляется. А может, в его душе клокотало всё и сразу. Они давно не были наедине в её уютной квартирке, где он мог стать практически самим собой. Не признаваясь даже самому себе, Женя скучал по их тонкой душевной близости, по этим разговорам шёпотом в полутьме её спальни. И на самом дне, где-то в потаённой глубине души, шевелилась мысль, что он опрометчиво начал в неё влюбляться, ведь теперь она почему-то стала недосягаемой.
Женя вообще не терпел отказов, он их просто не признавал. Если та, которую он выбрал, по каким-то причинам решила, что он ей не симпатичен, Женя с маниакальным упорством добивался её расположения. Но только для того, чтобы убедиться, что ему всё это не интересно, а сама девушка не так уж и хороша. За спиной у него были сотни разбитых женских сердец и заплаканных глаз, но его это не волновало и никак не трогало. А Настя… с ней всё пошло не по плану, всё было странно и неоднозначно с самого начала. Он легко получил её, практически
