Райли так глубоко задумался, что не заметил Танзи, едва не столкнувшись с ней на лестничной площадке третьего этажа. Она застыла на месте, словно тоже не ожидала его здесь увидеть.
— Привет! — пролепетала она спустя мгновение.
— Добрый вечер, — ответил он, успев вовремя натянуть овечью личину.
И поспешил шагнуть в сторону, пропуская даму вперёд. При этом Райли от души поблагодарил Всевышнего, что на нём довольно свободные брюки, скрывающие его истинную, возбуждённую волчью натуру. Нет, замшевые брючки надо объявить вне закона, подумал он, изо всех сил стараясь не смотреть в ту сторону. Они представляют угрозу для некоторых видов животных.
Это точно, подумал Райли, и в первую очередь мужчин И продолжил подниматься по лестнице. Но в следующее мгновение Танзи откашлялась и спросила:
— Райли, у вас не найдётся свободная минутка?
Он обернулся, но предпочёл оставить вопрос без ответа Прошла секунда, другая…
— Я… в общем…
А это уже интересно, подумал Райли, с трудом сдерживая улыбку. Интересно, с каких это пор бойкая на язычок журналистка стала вдруг заикаться? И главное, какое это имеет отношение к его особе? Почему-то ему тотчас расхотелось улыбаться.
— У вас проблемы?
— В общем-то да.
Танзи улыбнулась, издав скептический смешок. Черт, можно подумать, ему непонятно, отчего мужики добровольно бросаются под эти её отпадные шпильки.
— Миллисент попросила меня, чтобы я вместо неё посетила одно мероприятие. Один из её благотворительных фондов ежегодно присуждает стипендии. Но на сей раз тётушка в отъезде и не может сделать этого сама. Она попросила меня. Скажите, вы бы не согласились стать моим официальным сопровождающим? Встреча назначена на вечер воскресенья. Я понимаю, просьба для вас несколько неожиданная. Но тётушка сказала мне об этом в самую последнюю минуту.
И все, кому она названивала на протяжении последних пятнадцати минут, наверняка отказались, подумал Райли, ощутив, что слегка задет тем, что она обратилась к нему в последнюю очередь. Но разве не на это он рассчитывал?
Да он радоваться должен, что она вынуждена его просить. Ведь в любом случае пришлось бы отправиться туда за ней следом. Так что предложение Танзи значительно облегчает ему задачу.
— Что ж, наверное, смогу.
Как ни странно, Танзи улыбнулась, причём с явным облегчением.
— Спасибо, если бы вы знали, как я вам благодарна, — произнесла она со всей искренностью. — Я о вас почти ничего не знаю, но не могу же я, тем более в праздники, появиться там одна. Кстати, вам не кажется, что в этом времени года есть что-то особенное? Наверное, из-за омелы.
Танзи умолкла, пристально глядя на него. И на какое-то мгновение Райли показалось, будто она задумала заняться поисками ветки омелы, чтобы затем устроить ему под этой самой веткой экзамен на выносливость.
Однако не успело его либидо набрать обороты, как Танзи заговорила дальше:
— Подождите минутку. Вы ведь не женаты? Я хочу сказать, не похоже, чтобы вы были женаты, потому что Миллисент говорила, что вам придётся…
Чушь. Ей просто не с кем пойти. И хотя для обоих лучшего предлога не придумать, Райли в душе уже начал злиться на себя за то, что выбрал в качестве прикрытия дурацкую личину смиренного агнца.
— Нет-нет, все нормально.
Она наклонила голову, будто спрашивая: хорошо, а что дальше? — ведь в конце концов то, что он ей сказал, это не ответ, — но потом только пожала плечами и одарила Райли очередной довольной улыбкой. Интересно, где она им научилась? Скорее всего это результат длительных упражнений. И все равно Райли сконфуженно переминался с ноги на ногу. Заодно он покосился вниз, на свои брюки, моля Бога, чтобы и Танзи не посмотрела туда же.
— Если вам нечего надеть, не волнуйтесь, — поспешила добавить она, неправильно истолковав озабоченное выражение его лица. — Модельерша, которая едет сюда по просьбе Миллисент, позаботится и о вас. — Не успела она договорить, как на лестнице раздался режущий уши удар гонга. — Ага, вот и она. — Танзи скользнула мимо него вниз по ступеням. — Я звякну вам, как только наступит ваша очередь. Спасибо, Райли.
Он остался стоять один, тупо устремив взгляд на ступеньки лестницы. «Звякну вам»? Это надо же! Наверное, наследственное. Выходит, не одна только Миллисент привыкла решать все на бегу. Негромко выругавшись, Райли отправился к себе.
* * *
«Лейкерс» отыграли к шести часам, а он ещё даже не включил компьютер. В следующее мгновение его привёл в сознание телефонный звонок.
— Отлично!
Райли почти позабыл о том, какое увлекательное приключение ожидает его сегодня вечером. Почти из той же оперы, что и визит к зубному врачу. На третий звонок он поднял трубку.
— Райли? Мы готовы.
Что, впрочем, не самое главное. Готов ли он? Вот в чём вопрос.
— Камера пыток в одной из гостевых комнат на втором этаже, — сухо добавила Танзи, словно угадав его мысли. — Сами увидите, как только до неё дойдёте.
И хотя в данный момент Райли был готов оказаться где угодно, он всё-таки положил трубку с улыбкой.
Однако стоило ему оказаться в этой самой камере пыток, как не прошло и пяти минут, как он понял, что одной деликатной проблемы не избежать. Вряд ли ему удастся убедить Танзи в своей овечьей сущности, как только разденется перед модельершей для снятия мерки.
На его счастье, проблема разрешилась сама собой, потому что, как только Райли вошёл, Кларисса выставила Танзи из примерочной. Он с удовлетворением отметил, что по лицу модельерши скользнуло лёгкое удивление, однако тотчас позабыл о нём, стоило мадам Клариссе взяться за дело.
Это была подтянутая особа, чей рост даже на каблуках едва достигал пяти футов. Светло-пепельные волосы обрамляли ухоженное — так и хотелось сказать «наманикюренное» — лицо. Мадам Клариссе можно было дать от сорока пяти до шестидесяти. По-видимому, это было не совсем то лицо, с которым она появилась на свет, однако, будучи наделена средствами, а может, тщеславием, или тем и другим, она могла позволить себе замедлить разрушительное действие времени, не превратившись при этом в карикатуру на самое себя. По национальности мадам Кларисса была француженкой. Правда, несмотря на тщательно культивируемый акцент, Райли сильно сомневался, что она с детства говорила по-французски. А ещё она была напрочь лишена такого качества, как скромность.
Райли поморщился, стараясь не вздрогнуть, когда ловким движением Кларисса сантиметровой лентой измерила паховый шов. Кстати, она размахивала этим своим орудием труда примерно так же, как укротитель хищников — хлыстом. Нет, уж лучше быть львом.
— Ваши брюки. — Она негромко цокнула языком, вешая сантиметр себе на шею, и выпрямилась. — Как я понимаю, вы их купили в отделе готового платья? — Кларисса сделала рукой плавный жест. — Ваша фигура отлично подходит для двубортного пиджака. И все равно я попросила бы вас раздеться, чтобы снять мерку. Ноги у вас длинные и стройные, — продолжала щебетать мадам Кларисса, — Вам вполне подошла бы одна складка плюс карманы в швах, чтобы не портить силуэт. — Она ещё раз окинула его с ног до головы критическим взглядом и покачала головой. — И зачем вы только носите такие костюмы? Думаю, мадам Харрингтон платит вам прилично, так что вы могли бы позволить себе одеваться по мерке.
