часа путницы брели по центральным улицам, постепенно приближаясь к королевскому дворцу и его двору: огромный особняк из белого и бежевого камня с четырьмя крылами (северное, южное, западное, восточное), пятью башнями с острой крышей, на концах которой сверкал золотом символ Всесоздателя: четыре башни по бокам и пятая посередине – королевские покои. Такой же огромный двор при дворце состоял из сада и сквера, а также из домов советников короля и их семей, псарни, конюшни, и т.д. Вся территория дворца ограждалась высоким резным металлическим забором, через который можно было полюбоваться на королевские владения. Но рядом с огромными дверьми в дворец стояли стражники, пристально наблюдающие за всем происходящим вокруг.
– Там так красиво, – мечтательно вздохнула Фитта, когда девушки ушли от дворца.
Нейсиль хмыкнула. Сколько же денег вложено в эту красоту? Наверняка в столице и за её пределами много бедных людей, не имеющих возможностей устроиться на хорошую работу и жить в достатке. А правительство тратит деньги на никому ненужный сад, по которому редко гуляет королевская семья…
Неожиданно, полуфальмийка спрыгнула с лошади и мгновенно прильнула к прутьям забора. Из распахнувшихся дверей стремительно вышел средних лет черноволосый мужчина в тёмно-синей мантии. Его пальцы рук были украшены множеством перстней, а на голове поблёскивал золотой обруч, от которого отходили вверх острые, как иглы, концы. Он был явно зол и направлялся прямиком к выходу с территории дворца. Взгляд мужчины наткнулся на Нейсиль, с интересом рассматривающую его.
За мужчиной выбежали старушка в очень пышном гадко-розовом платье и высокая нескладная девушка с золотистыми волосами, развивающимися на ветру. Они звали его жалобными голосами:
– Папенька, стой!
– Ваше Величество!
– «Ваше Величество, значит…Неужели…?», – осознанным вихрем пронеслась в голове у Нейсиль мысль, когда мужчина отпер забор-ворота и толкнул калитку, но Нейсиль продолжала стоять рядом, не давая мужчине выйти.
– Прочь с дороги, грязная оборванка! – рявкнул он, с гневом сверля взглядом полуфальмийку.
Нейсиль дёрнула бровью, продолжая стоять на том же месте и смотреть ему в глаза. Она прищурила глаза:
– Осторожно, Ваше Величество.
Король непонимающе и с удивлением нахмурился:
– Да как ты смеешь, глупая девчонка? Не понимаешь, кто перед тобой?! Я велю тебя казнить, дрянь! Чего тебе надо?!
– «Лишь запомнить твоё лицо», – мысленно ответила Нейсиль.
Она отошла в сторону, быстро залезла на лошадь и галопом умчалась за ближайший дом. Неужели это и впрямь был сам король?
– Нейс, подожди! – крикнула сзади Фитта, мчащаяся на коне за подругой.
Нейсиль сбавила темп и остановилась, подняв глаза на неё.
Фальмийка остановилась рядом и зашипела:
– Какого черта ты творишь?! Это был король! Почему ты не убежала? Нейсиль, ты надерзила королю!
Нейсиль подняла одну бровь:
– Надерзила? Кто кому ещё надерзил, Фи.
– Да ты что, не понимаешь, что это был король? – возмутилась Фитта, выпучив глаза.
– И что? Мне теперь бояться и убегать от этого «король»? Он нагрубил мне. Я и это запомню, – спокойно сказала полуфальмийка, сложив руки на груди.
– Нейс, ты же не думаешь…? О, нет! Нет, нет и нет! Пойдём-ка, ты явно не в себе. Нейсиль, ради меня, не лезь больше врагу под ноги! Всё, закрыли тему…!
Видимо, Фитта очень испугалась. Она боится короля? Нейсиль лишь пожала плечами.
Если мне повезёт встретиться с ним лицом к лицу, я его убью, – вспомнила она собственные слова.
Девушки двинулись дальше в город, на другую его половину. Чем дальше уходили они от дворца, тем обычнее казались улицы. Такие же простые дома, такие же простые люди. Но отличие столицы от других городов – больше культурных сооружений и чинно гуляющих господ. Девушкам то и дело шли на встречу богато одетые люди, чаще всего деловые партнёры, что-то буйно обсуждающие и вечно спорящие. О их состоянии можно было судить по одежде: каждый богатый мужчина носил чёрные выглаженные брюки и блестящие туфли на маленьком каблучке, а верх состоял из рубахи и, как правило, жилета, полосатого по моде. На руках у пожилых или просто зрелых мужчин были чаще всего чёрные перчатки, что подчеркивало их чистоплотность и ухоженность; молодые люди предпочитали светлые перчатки. А женщины носили платья с ажурными рукавами и рюшами на длинном подоле – юбки были вовсе не пышными, ведь уже пять лет пышная юбка считается прошлым веком. Пышные юбки носят только пожилые женщины, не признающие новой моды. Также платье украшалось широким поясом, завязывающимся аккуратным бантиком на левом боку или на спине. Также и представительницы прекрасного пола носят перчатки от белого и до светло-коричневого цвета. Чёрные, тёмно-синие или тёмно-коричневые перчатки считаются дурным тоном для молодой женщины. Перчатки подобных цветов опять же позволялось носить только дамам почтенного возраста. На ногах у женщин красовались неброские туфли-сапожки без каблука вовсе: в Варнире считается, что низкая девушка является идеалом красоты. А волосы на голове женщины предпочитают укладывать аккуратными кудрями с помощью горячих камней или заплетать тугие причёски, поддерживаемые лаком. Но одеваться по моде могли лишь богатые люди, а обычные прохожие одевались весьма просто по варнирским нормам: у мужчины – широкие удобные штаны или брюки тёмных цветов и обычная рубаха с длинными рукавами; на ногах обычные ботинки тёмных цветов. Также мужчины предпочитали носить длинные плащи с глубокими карманами. А женщины носили обычные платья, но последние несколько лет стало удобным носить широкую рубаху с жёстким воротом, а поверх неё на талии длинную юбку. Такой повседневный наряд часто завершал обтягивающий короткий жилет-корсет. Обувь же была простой, такой как деревянные, но чаще кожаные башмачки тоже без каблука. Причёска могла быть любой: главное, чтобы не мешала работе. Рабочим людям не позволялось носить белые перчатки вообще, так как статные люди могли принять белые перчатки на крестьянах за неуважение в свою сторону. Находились и смелые девушки, решавшие надеть штаны. Таких особ либо избегают или наказывают, но в основном просто принимают за женщин лёгкого поведения. На Нейсиль не обращали особого внимания, ведь её можно было принять за парня. А тем более, если девушка в штанах и с оружием, то считается опасным связываться с ней, ведь она может оказаться дочерью или женой криминального человека. В последнее время в городах Варнира стало и впрямь неспокойно. После того, как король уехал в Крептию на полгода по политическим делам, в стране начало быстро расти беззаконие. Таким образом, по возвращению короля даже в столице развелось много преступников, а особенно воров. Все эти факты рассказывала Фитта Нейсиль по пути, а та внимательно слушала.
– Хочешь, пройдём дальше по той улице? В самом её конце я когда-то жила.
