там дивные вещи, вроде других колец, или оружия высоких рангов?..
В общем, минута за минутой я двигался по скучному коридору мимо бесчисленных клеток, время от времени оглядывался назад, на преследующую меня бронекрысу, которая уже давно превратилась в точку. И вот коридор перестал быть скучным: внимательно осматривая стены и камеры, я понял, что в очередной клетке соломы слишком уж много. Прямо маленьким холмом лежит.
— Эй, — позвал я, и солома зашевелилась. Из-под соломы показалась черноволосая девчонка в пыльном платье. Похоже, ее выдернуло с какого-то светского раута или с посиделок с подружками.
— Big guy, help me please!
Девчонка выглядела жалко. И глядя на заплаканную мордашку, на грязные от соломенной пыли разводы на щеках я думал... Нет, не о помощи другим. Я думал как раз о том, что в случае помощи награда за прохождение будет увеличена. А еще кампания, если она достаточно большая — это буфер между тобой и монстрами. Правда, девушка смекалистая, раз догадалась зарыться в солому, и выглядит достаточно спортивно, чтобы сбежать первой... Ну и ладно, значит, пойдет в авангарде, разведчицей.
— I'll give anything for my salvation! Do you want us to have sex? Do you want me to give you system items? I have a nice belt and two rings that help wounds heal very quickly!
— Не знаю, что ты там лопочешь, но я тебя освобожу, — пробормотал я. — Ну, попробую, если у меня получится выбить прутья твоей решетки. Кто-то ведь должен отвлечь монстров, или помочь мне убежать, если подверну ногу.
Я для пробы двинул билом по железному пруту, и тот легко вышел из верхнего паза. Значит, выбить прут самостоятельно не выйдет, а помочь таким образом другим людям — без проблем.
— Wait, do you understand me? If you're willing to free me for nothing, then so be it, I'll accept help, okay?
Девчонка что-то щебетала, я выбивал прутья. Нужно будет подучить хотя бы английский. Он весьма распространен, и если попаду еще раз в миссию, где будут носители этого языка, лучше знать, о чем они разговаривают. Может, они планируют придушить меня, когда повернусь спиной, или обчистить карманы.
Три прута удалось сломать легко, а вот четвертый уже не вышло. Железо гудело от ударов, но не поддавалось.
— Лезь так, — сказал я, махнув ладонью.
Девчонка скривилась, но послушно попыталась пролезть. Не вышло.
— I can't do it! Help me! You must help!
— Что ж, я сделал все, что смог, — с легким сожалением сказал я, и пошел дальше по коридору: вдалеке уже раздавалось громыхание металлической крысы. Спустя половину минуты девчонка догнала меня, возмущаясь на своем языке.
— Кул! — показал я большой палец. — А теперь: гоу. Гоу!
И жестами объяснил, что она теперь идет первая. Девчонка тихо возмущалась, бросалась всякими "ашхол" и "щит", но послушно брела впереди.
Вторым человеком, которого мы спасли, стал старик. Седого, жилистого дядьку мы обнаружили спустя десяток-другой камер. И мужик успел отличиться: рядом с его клеткой валялось тело антропоморфной химеры со стрелой, торчащей из глазницы. А вот рядом с монстром лежало копье.
Дядька встретил нас, держа стрелу на оттянутой тетиве, и я сразу подался назад. Но мужик не стрелял, и щебет скачущей возле клетки девчонки его успокоил: когда я выглянул во второй раз, мужик уже держал стрелу в левой руке, а лук — в правой.
Я, как мог, объяснил, что выпущу его. Потом немного поразмахивал билом, ломая прутья и подошел к валяющемуся оружию.
Копье
Ранг: F
Дряной наконечник из меди и потрескавшееся древко. Сколько ударов выдержит древко, сколько — наконечник, и что сломается раньше?
Урон: физический, 8-10
— Копье я возьму, — сразу сказал я, игнорируя возмущенные реплики на... кажется, на испанском. Старик возмущенно размахивал луком, указывал пальцем на копье в моих руках, но ограничивался словами, не угрожал и не пытался положить стрелу на тетиву. Шли наравне, я специально замедлялся, не запуская старикана за спину, чтобы не соблазнять возможностью обменять на одну-единственную стрелу "утреннюю звезду" и копье. Рукоять первого, кстати, я за пояс заткнул, и теперь шипастый железный шар при каждом шаге бил меня по бедру. Неудобно, но кто думает об удобствах на миссии в темнице? Лучше так, чем отдать оружие девчонке. Махнет не так, и буду до конца жизни фальцетом петь.
Коридор закончился спустя сотню метров. Направо и налево уходили другие ответвления. Дорожка из кровавых следов вела налево, коридор, уходящий направо, изгибался, и что там, в конце, было непонятно.
— Лефт, — уронил я, показывая направление, но старик покачал головой.
— Right! — сказала девчонка.
— Окей. Значит, расходимся, — пожал я плечами, и сделал пару шагов в выбранном направлении, внимательно наблюдая за стариком. Дернется — мне хватит скорости, чтобы подшагнуть и вогнать наконечник копья в кадык человека... Черт, меня сюда точно социализироваться послали?
— Fuckin' shit... — выругалась девчонка, и оба пошли вслед за мной. Впрочем, я сразу переставил их в прежнем порядке.
Коридор был коротким: метров тридцать, и вел вверх, прочь из надоевшей темницы.
Первое, что бросилось в глаза, когда я вышел наружу — мрачное чёрное здание. Обычная каменная коробка, при взгляде на которую становилось жутко. Меня прям до мурашек пробирало, да и в животе поселилось неприятное ощущение, будто я проглотил ледяную глыбу. Не знаю, от чего именно возникал такой эффект: может, от тени, которая как погребальный саван укутала собою каменное здание, а может, в этом виноваты ступени из человеческих черепов, из которых состояла тропинка, ведущая к зданию. А может, от кровавых следов, которые вели из темницы к двери здания по этим самым черепам.
В любом случае, идти туда не хотелось. Но я не мог не заглянуть хотя бы одним глазком в здание. Возможно, там никого нет и посреди помещения стоит портал, ведущий прочь из это локации?
— Герл! Гоу! Гоу туда!
На этот раз девчонка наотрез отказалась куда-то идти. Нервно отмахивалась, показывала мне скрещенные руки и даже села на пожухлую траву, всем видом показывая, что с места она не сдвинется.
Поэтому, скрепя сердце, я сам направился к зданию. Предупреждать, чтобы остальные замерли и не шагали следом, не потребовалось: они сами не горели желанием.
Героем я себя не считал, поэтому не вынес дверь ударом ноги, а приник к окну с краешку,
