Анализируя процесс относительной необходимости, Гегель указывает на три момента: 1) условие, 2) предмет, 3) деятельность. Деятельность выступает как заключительное звено в процессе превращения реальной возможности в действительность. Будучи идеалистом, Гегель признавал лишь один вид деятельности, а именно духовно-теоретическую деятельность. В силу этого философ не мог преодолеть созерцательности старого материализма. По существу у него имеется лишь одна реальная возможность — многообразие борющихся реальных возможностей исключается. Отсюда следует общеизвестный вывод: то, что действительно, разумно.
Оборотной стороной внутреннего является внешняя сторона действительности, случайность. В рамках идеалистического мировоззрения Гегель дал чрезвычайно глубокое толкование диалектики необходимости и случайности, рассматривая случайное «как нечто такое, что может быть и может также и не быть, которое может быть таким, а также и другим, чье бытие или небытие, бытие такого или другого рода имеет свое основание не в нем самом, а в другом» (8, I, стр. 243).
Далее Гегель рассматривал категорию субстанции, каузальности и взаимодействия. В трактовке причинности Гегель продолжал традиции рационализма, поскольку понимал причинную связь как аналогическое отношение. Вместе с тем у него намечен отход от этой традиции. Гегель совершенно справедливо указывал на необходимость различать причину и повод. Но он явно заблуждался, когда полагал, что явления органической и общественной жизни не могут быть подведены под каузальную связь и должны трактоваться с позиций телеологии. Вопреки этим ложным положениям философ в конкретных исследованиях прибегает часто к категории причинности.
В категории взаимодействия Гегель фиксировал свое понимание мира как такого, где «все связано со всем». Вместе с тем он указывал и на ограниченность принципа взаимодействия.
Учение о сущности завершается анализом категории свободы.
Философ не противопоставляет свободу необходимости. «Слепа необходимость лишь постольку, — говорит он, — поскольку она не постигается в понятии…» (8, I, стр. 248). Свобода, по Гегелю, возникает на путях осознания необходимости. Поскольку философ игнорирует материальную практику и революционную борьбу, то его трактовка свободы не выходит за пределы сознания, т. е. является созерцательной.
Путь к понятию лежит, по Гегелю, через свободу. До сих пор мы находились в сфере объективных отношений. Теперь мы вступаем в область субъективного.
в) Понятие
Понятие, согласно Гегелю, не есть простая форма мышления и результат абстрагирующей деятельности рассудка. Понятие есть абсолютная творческая мощь, порождающая все наличное, конкретные предметы. «…Понятие есть начало всякой жизни и, следовательно, вместе с тем всецело конкретно» (8, I, стр. 264).
Идеалистическую мистификацию, лежащую в основе гегелевской логики, в частности учения о понятии, раскрыл Маркс. Спекулятивный философ, отмечает Маркс, из многочисленных действительных явлений образует общее понятие и объявляет его субстанцией, т. е. первоосновой (например, субстанцией яблок, миндаля, груши является «плод»). Это понятие, с точки зрения Гегеля, имеет истинное, абсолютное бытие, между тем как конкретные явления — лишь видимое, несущественное. Истинным бытием обладает «плод», а не яблоки, груши, миндаль. Чтобы перейти от абстрактного представления «плод» к действительным разнообразным плодам, спекулятивный философ объявляет «плод вообще», субстанцию не мертвой, лишенной различий, покоящейся сущностью, а живой, подвижной, себя внутри себя различающей.
Таким образом, растворив все материальное бытие в общем понятии, Гегель превращает абстракцию в творческое духовное начало, порождающее все многоразличие конкретного, материального бытия. Тайна «спекулятивной конструкции» заключается в том, что понятие как форма мышления отрывается от мыслящего субъекта, от человека и от человечества, гипостазируется и объявляется основой всякого содержания и его источником.
Понятие по отношению к бытию и сущности выступает как их истина. Поступательное движение понятия больше уже не является переходом в нечто другое, как это наблюдалось в разделе о бытии, оно не есть и отражение в чем-то другом, как это было в учении о сущности, а представляет собой развитие, посредством которого возникает лишь то, что уже имеется в себе. Развитие понятия аналогично развитию растения. Подобно тому как в семени идеально уже существуют корень, стебли, листья данного растения, так и в понятии в процессе развития ничего не полагается нового по содержанию, а лишь происходит изменение формы.
Учение о понятии делится на: 1) учение о субъективном или формальном понятии (здесь Гегель рассматривает также суждение и умозаключение); 2) учение об объективности; 3) учение об идее, о субъекте-объекте, единстве понятия и объективности, абсолютной истине.
В первом разделе Гегель разбирает те вопросы, которые обычно рассматривались в традиционной формальной логике.
Моментами развития понятия, по Гегелю, являются: всеобщее, особенное, единичное. В полном согласии с духом объективного идеализма Гегель считает всеобщее творческим, исходным началом. Всеобщее понятие, по его мнению, не есть результат обобщения, оно существует самостоятельно и продуцирует особенное и единичное понятия путем саморазличения, обособления видовых отличий и т. д. Гегель, таким образом, ставит на голову действительный процесс познания, который начинается с познания единичного и идет к обобщению на разных уровнях.
Гегель рассматривает понятие только со стороны содержания, игнорируя его формальные признаки. Попытка Гегеля рассмотреть понятия по содержанию представляет огромный интерес для диалектической логики. Здесь глубоко ставится вопрос о конкретности как органическом единстве всеобщего, особенного и единичного в его развитии от всеобщего к единичному, от абстрактного к конкретному. В. И. Ленин, отмечая, что выведение особенного и единичного понятий из всеобщего понятия в высшей степени абстрактно и темно, писал, что для Гегеля здесь главное наметить переходы этих понятий. «…При известных условиях, — писал В. И. Ленин, — всеобщее есть отдельное, отдельное есть всеобщее. Не только (1) связь, и связь неразрывная, всех понятий и суждений, но (2) переходы одного в другое, и не только переходы, но и (3) тождество противоположностей — вот что для Гегеля главное» (3, 29, стр. 159).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
