— А по виду не скажешь, — и ни капли насмешки.
Он был прав, в свои семьдесят три я выглядела двадцатилетней девчонкой, только выскочившей из военного корпуса, причем без обучения в академии. А причина тому проста: я из благородного рода, и наша продолжительность жизни, особенно глав, составляет более трехсот лет. Пока магия в нас жива, мы не стареем. Вот такая насмешка над остальными людьми. Думаю, это еще одна причина ненависти со стороны простых граждан.
— Благородный род, — пояснил сам для себя Зарза, придя к правильным выводам.
— Я принимаю твой выбор, — твердо и непоколебимо.
— Похвально для воина первой руки, но мало чести для меня, убить девчонку.
Я сейчас не поняла, он что, сам отказывался от сражения, которое затеял? С чего бы?
— Древний договор, запрещающий вредить главам высших военных родов, — пояснил противник, заметив мой недоуменный взгляд.
— Поздно, ты задел мою честь. Никто не ушел от справедливого возмездия за это. Отдам тебя другим, пострадает моя репутация.
Я не врала, свое положение терять не хотелось. Пока меня боялись, враги сидели сиднем и не показывались. Стоило дать слабину, и туда тут же ударили бы злоумышленники. Я не всесильна, чтобы удержать их всех в узде после проявления слабости.
— Берегись, демон, — хохотнули из близ растущих кустов. — Тебя настиг Лик мести.
Все зирейцы поняли, о чем говорил Дадур, один из воинов первой руки. Только демоны остались в неведении. Или не остались?
— Ты Лик мести? — меня заинтересовано оглядели с ног до головы. — У нас приказ обходить тебя стороной. Хех, жаль, не получилось.
И Зарза напал.
— Лихе, Рэддаль, — и меч послушно лег рукоятью в ладонь.
Если демон ожидал честного боя, то он ошибся. Я тут же активировала защиту рода и клинок пепельного блондина столкнулся с золотым магическим щитом.
— А ты, оказывается, к нам ближе, чем я предполагал, — отступив, выдал демон.
Щит его явно раздражал, но сделать с ним он ничего не мог, только обойти меня и напасть со спины. Подлый прием, и он бы им никогда не воспользовался. Слишком верен своим идеалам.
Зарза атаковал все агрессивнее и чаще, а вокруг нас разлетались искры от столкновения вражеской и союзной стали. Да, воины вступили в бой. Рядовые с заставы тоже.
— Не честно сражаешься, — вновь нанося удар и получая достойный отпор родовой защиты, упрекнул демон.
А мне было все равно. Все вокруг меня использовали подлые приемчики и портили мою жизнь, так почему я должна была их избегать. Я позволяла пройти одному удару, подставляла одну щеку, но взамен мстила обидчику жестоко и без соблюдения норм морали и правил боя.
— Ты усомнился в моей силе. Так чем тебя не устраивают ее проявления? В нее не верил, от нее и падешь, — грозно выкрикнула в лицо противнику.
Дар тут же подсказал, что демон припадал на левую ногу. Иногда и незначительно, но была вероятность в сорок процентов, что это старая рана, которая ныла и мешала, принося ощутимый дискомфорт. Боль также присутствовала в эмоциях демона. Я чувствовала ее через силу предка — эмпатию. Сомнений не было: нужно бить в колено.
Выставляю щит, отбиваю выпад. Меч противника испускает снопы золотых искр, пока скользит вдоль щита. Да, я повернулась боком в тот же миг, как лезвие соприкоснулось с моей защитой. Я пропустила его, а демон по инерции проскользил дальше, открывая незащищенный левый бок.
Естественно, что дезактивировать защиту и напасть я не успевала, такой удар противник его уровня с легкостью отобил бы. Но вот левое колено было как раз в зоне поражения. Замах левой ногой и резкий удар голенью по коленной чашечке, что выбил сустав в противоположную сторону.
У Зарзы уже был перелом навыворот, об этом говорила так легко выскочившая чашечка и повторные переломы.
Все, противник лежал на земле с невыносимой болью в глазах и без единой попытки двинуться. И не смог бы, боль и травма не позволили бы. Рэддаль нехотя нашел шею противника и своим положением заканчил бой. Нечестный, но справедливый.
— Убей, — прошипел демон, выплевывая кровь из прокушенных губ и щек, что на миг заглушали другую, более сильную боль.
— Я доказала свою силу. Ты признал ее. Твоя смерть мне не нужна. Орива, Рэддаль.
Родовое оружие вернулось в сосуд. Звон стали стих. В живых из демонов остался один Зарза.
Я не пытала его и не мучала. Ему даже залечили переломы. Я просто каждый день приходила к демону в просторную камеру со всеми минимальными удобствами и молча проводила в его компании час. По истечении времени, которое сама себе установила, я поднималась и уходила, чтобы на следующий день вернуться вновь.
Он молчал полгода. За это время маги поняли, что защита на предмете была драконьей, и демоны не стали, или не смогли, ее вскрыть. Мы могли, но не снимали. Пугала такая мощная защита. А еще некоторые маги пришли к выводу, что, возможно, печать защищает не предмет от окружающих, а нас от него. Вот поэтому я терпеливо продолжила гипнотизировать Зарзу, а он стену. Но в один из вечеров все изменилось. Это был мой последний визит к стойкому воину, девятому из дюжины сильнейших в империи Сальши.
— Мы смогли добраться до вашей вещи, — спокойно начала разговор я, впервые за полгода. — Или лучше сказать до имущества ящеров?
Демон поднял взгляд, и в нем я увидела борьбу. Два желания: сохранить тайну и предостеречь меня.
— Сальши все равно не получит то, что вы выкрали, — я склонилась над сидящим демоном. Следующие слова я сказала ему прямо в лицо. — Но и Рон никогда не узнает, где их реликвия.
На слове "реликвия" блондин вздрогнул.
— Так я права, это реликвия, — я обрадовалась собственной проницательности.
— Артефакт, — хрипло проговорил, тут же закашлявшись, заключенный. Все же он шесть месяцев молчал.
— Какой? — окрыленная успехом, не замедлила продолжить допрос.
— Артефакт истины, и вам лучше его никогда не вскрывать. Если узнают драконы, начнется охота. Кровавая и без каких-либо правил, — тут Зарза поднял на меня карие глаза, с явными мешками под ними, и ехидно закончил. —Но ведь ты любишь нарушать правила и драться, используя трюки.
Упрек был справедливым, но не задел меня.
— Тебя переведут в Индигор на постоянку. Камеру выбью поприличней. Все же ты сотрудничал, — и я вышла из камеры временного заключения, так и не обернувшись на существо, приговоренное мной к пожизненному заключению.
Больше я не видела демона, как и не слышала о нем. Истину так и не вскрыли, решив спрятать, пока не станет известно, для чего она, и как ее использовать. И я спрятала.
Стремительный Ватир! А ведь Зарза был прав, за артефактом пришли и впутали во все это именно меня.
На этой светлой мысли я закашлялась, так как ненароком глотнула воды. И как за размышлениями мне удалось задремать в ванной?
Стук в дверь номера был приглушенным, так как шел через два помещения, прежде чем достигнуть ванной.
— Кого там еще принесло?
1. Ирдин да, ур баке дара тора ликарэ - Напомни мне, что убивать ее нужно медленно.2. Бакен – убью.
Глава 4 Часть 2
Мне не хотелось вылезать из теплой воды, но в дверь продолжали настойчиво стучать, и, кажется, даже пинать ее. Если оставить все, как есть, была велика вероятность, что мне просто вынесут входные двери, выставляя на обозрение всю мою комнату. Спать в таких условиях не хотелось, поэтому я накинула на голое тело длинную плотную сорочку и поспешила открыть настырным нахалам.
Стоило мне только повернуть ключ в замке, как дверь открыли с той стороны. Да так резко, что по комнате пошел сквозняк, жутко неприятный для моего разгоряченного ванной тела. Отталкивая с пути опешившую меня, внутрь ворвался Дин и, сметая все на своем пути, бросился в уборную.
— С дороги! — это все, что я успела расслышать, прежде чем дверь в маленькую комнату с удобствами закрылась.
