по расширившимся глазам можно было понять, что она ощутила, насколько я рад её видеть, и нагнувшись крепко поцеловал. Секунд двадцать мы жадно всасывали друг друга, но затем Яна оторвалась от меня. Но лишь для того, чтобы толчком в грудь заставить вернуться в туалет и захлопнуть дверь. Места для двоих внутри было не много, однако у меня имелись кое какие идеи как даже здесь можно устроиться с комфортом. И я собирался проверить каждую.
Глава 8
— Значит так. — Сергей словно командир перед войском важно вышагивал перед строем пионеров и комсомольцев, выстроившихся на перроне Ярославского вокзала. — Мы прибыли в город-герой Москву, столицу нашей родины, Советского Союза! Здесь нас ждёт пересадка на поезд, идущий в Симферополь. Однако отправляется он только вечером, в двадцать два тридцать с Казанского вокзала. Это недалеко. Но так как нам крупно повезло, и мы прибыли сюда утром, я предлагаю не тратить целый день на ожидание, а организовать экскурсию по интересным местам столицы. Например, сходить в Третьяковскую галерею или Государственный исторический музей. Кто согласен?
Все поддержали вожатого радостными криками, а я незаметно скривился. Ну да, игры в демократию. Зачем заставлять толпу неуправляемых малолеток ехать в какое-то скучное место, а музей штука такая, до него нужно дорасти, когда можно дать видимость выбора и они сами, с радостью туда отправятся. Потому что это их выбор. Молодец Серёга, уважаю! Сразу видно, что старшим сержантом был.
— Отлично! — вожатый обрадовался, будто это сами дети предложили, — Тогда план такой! Сейчас организованно выдвигаемся на Казанский вокзал, тут недалеко, пешком дойдём. Затем оставляем вещи в камере хранения. Затем садимся на автобус и едем на экскурсию. Там пообедаем, погуляем и вернёмся как раз к отправлению. Всё понятно? Тогда берём вещи, старшие, помогайте младшим и организованно, слышите, организованно, выдвигаемся.
Я подхватил свою сумку, кофр, а также пару чемоданов самых мелких пионеров, которые точно не дотащили бы их сами. Ну а мне не сложно, так почему не помочь. Остальные думали так же, вообще у советских людей общественная взаимовыручка была на самом высоком уровне. Сами то они этого не замечали, а вот мне, как гостю из другого мира это бросалось в глаза. Простейший пример, кто-то упал, или случилось какое-то ЧП, привлёкшее внимание прохожих.
У нас там большинство зевак вместо помощи достали бы телефоны и принялись бы стримить во все социальные сети, стремясь к дешёвой популярности. А вот здесь люди не стесняются оказывать помощь. Если кто-то дерётся — разнимут, потерял сознание — окажут первую помощь, организуют прохожих, вызовут милицию, скорую, если дело срочно — тормознут первую же машину, чтобы отвезти пострадавшего в больницу. И что самое интересное, мало кто отказывается. Это просто не принято. Люди просто не понимают, как это пройти мимо.
В какой-то мере я считал это наивностью, чем и пользовались разные аферисты и мошенники, но при этом такое отношение мне импонировало гораздо больше, чем равнодушие. И кстати, как бы это не выглядело, но во многом, в таком поведении была заслуга пионерии и комсомола с прививаемыми ими ценностями. Взаимовыручка, помощь старшим, предпочтение общественного личному. Пожалуй, только с последним я мог бы поспорить. Доля здорового цинизма и критического мышления никому ещё не вредила, но опять же, именно доля, а не предельный эгоизм, когда кроме себя больше никого человеком не считаешь. Попробуй у нас заставь школьников тащить чьи-то сумки. Такого наслушаешься. А тут вон быстренько организовались, подхватили и поволокли.
Казанский вокзал сам по себе выглядел как музей. Эдакий замок в миниатюре или какой-нибудь собор. Высокий шпиль башни, лепнина, башенка с часами. Юные сибиряки с открытыми ртами глазели на это чудо архитектуры. Оно понятно, у нас город по сравнению с Москвой, да и большинством западных городов ещё молодой, я бы сказал даже юный. Всего сто лет минуло, да и то, если посмотреть на фотографии, чего там было в начале двадцатого века то слёзы на глаза наворачиваются. Последующий бурный рост тоже не способствовал архитектурным излишествам. Город-завод, город-институт, здесь всё было заточено на функциональность. Два, три здания роли не играли и в итоге даже жители Новосибирска привыкли что он серый, невзрачный, угрюмый и суровый, почти как Челябинск. У нас даже вокзал был в виде паровоза, чего уж там говорить! И увидев необычное, яркое, словно вышедшее из глубины веков здание они замерли, словно джунгарские хомячки, попавшие в свет фар. Я и сам засмотрелся, хоть бывать в Москве мне доводилось и в прошлой жизни, и в этой.
— Ребята, не спим, — к чести Сергея, он дал время налюбоваться и лишь потом поторопил подопечных. — Давайте быстрее, а то на автобус не успеем. Я договорился с райкомом, нам выделили транспорт, но только на ограниченное время.
Я хмыкнул, но промолчал. В талантах Сергея как воспитателя и организатора я не сомневался, но вот в то, что он мог достать автобус за какой-то час как, мы приехали просто не верил. Скорее всего подсуетился Сикорский, не желающая выпускать меня и дочку из виду. И в целом я подобный подход одобрял, но… у меня на сегодняшний день были другие планы. Так что как только мы сдали багаж в камеру хранения я поймал вожатого и оттянул его в тихий уголок.
— Серёг, отпусти меня до вечера, — я постарался сделать глаза максимально похожими на кота из Шрека. — Пожалуйста. Даю честное комсомольское слово к отбытию буду как штык и ни в какие приключения не попаду.
— Семён, скажи честно, ты охренел? — если бы люди могли поджигать взглядом я бы уже горел. — Ты понимаешь, что я за тебя головой отвечаю? Думаешь откуда у нас автобус?
— Ну честно говоря да, охренел, — я грустно кивнул, соглашаясь. — Но серьёзно, музей? Да я со скуки там подохну. И это будет на твоей совести. А так я прошвырнусь по делам и к вечеру как штык буду на вокзале ждать вас. Телефон у меня включен и заряжен, повербанк под завязку, со связи не пропаду. Если что — прыгну в такси и через полчаса буду тут.
— Куда конкретно ты собрался? — вожатый хоть и был в ярости, но мог вести конструктивный диалог, за что я его стал уважать ещё больше. — Просто прошвырнуться я тебя и в обычный день бы не отпустил.
— Хотел заехать в Берёзку, у меня есть чеки на покупку импорта, — признался я, — и пройтись по Арбату, присмотреть какие-нибудь значки или чего-то такого. В Артеке же иностранцев будет много. Надо произвести хорошее впечатление. А я
