ему, как любителю древностей, три тетради, полученные им от монаха Вениамина и выписанные из старой книги, с которою Вениамин сам ехал к Татищеву, но умер дорогою. В тетрадях написано, что Нестор худо знал происшествия новогородские, гораздо лучше известные Иоакиму; что Славен, внук Иафетов, по сказанию сего епископа, основал город Славянск в России; что после господствовал там князь Вандал, коего родственниками были князья Гардорик и Гуни-гар, завоеватели многих стран; что сыновья Вандаловы назывались Из-бор, Столпосвят и Владимир, женатый на Адвинде; что от Владимира произошёл Буривой, отец Гостомысла, который изгнал варягов из России и построил Выборг; что Рюрик ему внук, Ольга Прекрасна также родственница; что Святослав мучил христиан; что св. Владимир крестился не в Херсоне, а в Болгарии; что его сыновья, Борис и Глеб, родились от царевны Анны, не греческой (изъясняет Татищев), а болгарской» и проч. См. его Российской) истории т. I, стр. 29–51. (Н. М. Карамзин цитирует 1-ю книгу труда «История Российская с самых древнейших времён, неусыпными трудами чрез тридцать лет собранная и описанная покойным… Васильем Никитичем Татищевым» (М., 1768). — Ред.)
Сию шутку многие приняли за истину и начали с важностию говорить о летописце Иоакиме. Но слова Татищева: «Вениамин монах токмо для закрытия вымышлен» (стр. 42) доказывают, что здесь дело идёт о вымыслах. Басня о князе Словене, Изборе и проч. давно известна (см. нашей Истории т. I, примеч. 70 и 91). Другие мнимые Иоакимовы сказания явно принадлежат к той же категории….
Татищев сомневался в истине Нестерова повествования и хотел исправить мнимую его ошибку, говоря: «Cue ко изъяснению древности и Нестерова тёмного сказания много служит, доколе полнейшая тех времён история сыскаться может» (см. Татищ. Росс, истории т. I, стр. 51). Повторяю, что он не мыслил обманывать: это затейливая, хотя и неудачная догадка.»
Смысл прост и не затейлив. Татищев трудяга и патриот, но из-за не владения материалом на придумывал небылиц и сказок, которые читать интересно, но не более как выдумки, и для солидности прилепили выдержки из Карамзина Н.М.
А, что же сам Татищев В.Н. по данному вопросу:
«Между такими неведомыми Нестору и забвенными историками есть Иоаким, первый епископ новгородский, о котором хотя нигде, чтоб он историю писал, не упоминается, но это не дивно, ибо видим других многих: Нифонта новгородского и пр., в гл. 6 показанных. Сия же, которую я при окончании труда моего получил, думается, совершенно более древнего писателя, нежели Нестор, как сведущего в греческом языке, так в истории искушённого.»
Как видим, сам Татищев объясняет, почему он придал такое внимание «Иоакимовой летописи» всё просто он считал её более древней и более достоверной. И далее он это подтверждает, первая фраза ничего не меняет, на мой взгляд, она обращена к церковной и властной цензуре, тот, кто читал описание крещения Новгорода от Иоакима, меня поймёт.
«Хотя нечто и баснословное по тогдашнему обычаю внесено, по обстоятельствам крещения новгородцев, точно показывает о себе, что есть Иоаким епископ, н. 39. Он приехал в Русь с другими епископами в 991-м, гл. 48, и определён в Новгород, умер в 1030-м. Другое обстоятельство, что хотя так много разных манускриптов древних я имел, как в гл. 7 показано, однако ж многих в них обстоятельств, положенных в прологах и польских историях, не нахожу, а здесь почти точно как там или яснее тех положены. Следственно, оные сочинители не иначе, как из этой истории брали, н. 3, 6, 27, 29, 34, 36 и пр., что далее будет показано»
Оказывается, не нужно было ничего Татищеву придумывать и измышлять у него было достаточно древних манускриптов, которые он изучал и сопоставлял, и сделал вывод, который и коробит некоторых писателей предисловий.
А вывод очень интересен:
«О пришествии же славян на Дунай, нашествии на них волотов и римлян, пришествии угров и аваров в Паннонию и пр., что за много сот лет прежде Нестора делалось, его сказание с греческими, римскими и венгерскими историки согласуется, а в ином у Нестора и обстоятельнее; и потому, несомненно, прежде Нестора и задолго писатели были. Иоаким новгородский был задолго до Нестора, но история его при Несторе и после него, из-за неуказания его имени, осталась безызвестна, однако ж весьма несомненно, что оная у польских была, потому что многие древние русские дела, у Нестора не упоминаемые, у оных и северных находятся и в новгородских к Несторовым прибавлены не иначе, как из Иоакимовой. И тем самым достоверно видим, что прежде Иоакима и Нестора историописатели были и книги ими были оставлены, да оные погибли или ещё есть, где-то хранятся, да нам неизвестны»
Даже самому принципиальному и образованному историку понятно, Татищев на основании изучения письменных источников древнерусской культуры ещё 300 лет назад указал, что были писатели и были книги не только до Нестора, но и до Иоакима. Но вот беда они все исчезли. Возникает вопрос, а как такое могло случиться. Ответ напрашивается сам собой, так же как это случилось с Александрийской библиотекой и сотнями других библиотек и рукописей по всему миру. Мог ли об этом открыто заявить Татищев В.Н. в своё время, да конечно нет, а мог ли он указать на источник, информации который был видимо церковнослужителем, который ему тайно передавал уцелевшие первоисточники, нет, и он сам в примечании говорит об этом:
«ПРИМЕЧАНИЯ
1. Вениамин монах только для сокрытия вымышлен.»
А, что же наш писатель, в предисловии, «здесь дело идёт о вымыслах» какие цели преследует, видимо теперь понятно. Конечно если на каждого «писателя» интернета обращать внимание, то и жизни не хватит. Но ведь Татищев и Карамзин ответить ему не могут, а он на своём сайте без согласия разместил его труды и вдобавок оболгал.
Так как автора в этом предисловии не указано я отношу это в указанный ниже адрес:
«Создатели проекта Historic.Ru Злыгостев Алексей Должность: администратор и идеолог проекта Historic.Ru»
Подвергается жёсткой критике и замалчиванию другой спорный памятник древнерусской письменности и искусства «Влесова книга» (ВК) или дощечки Изенбека. Одни учёные считают её подлинным памятником древнеславянской письменности другие наоборот фальсификацией.
Так Козлов В.П. в статье "Дощечки Изенбека", или Умершая "Жар-птица" не оставляет камня на камне по поводу подлинности ВК, но меня заинтересовал тот факт, как проводилась экспертиза ВК.
Во — первых самого первоисточника никто не видел и не пытался увидеть(!).
Во — вторых текст который был подвергнут экспертизе заведомо был известен как фальсифицированный, о чём в своей статье сообщает сам Козлов В.П:
«Из всего этого вытекает неизбежный
