Читаем без скачивания Мама для сирот (СИ) - Павлова Зарина

— Знамо дело, — старушка покивала. — Но за дешево отдать не могу.

— Понимаю, — я улыбнулась. — У вас была тяжелая работа. Подстричь и выткать нить. Двадцать медяков?

Удивительно, но старушка испугалась моей цены и попросила только пятнадцать. А я была рада хотя бы такой скидке. Поэтому сгребла все, чтобы было у нее на шкуре. И мы с Сашкой, нагруженные по самый нос, направились домой. Мне осталось только сделать спицы или крючок. А лучше и то и другое. Я, конечно, не врала на счет одежды для детей. Но я все еще надеялась, что мои навыки вязания помогут мне заработать немного денег.

Глава девятая. «Гроза».

По приходу в дом, оказалось, что третья комната на втором этаже практически разобрана. Разумеется, благодаря домовому. Ева уже домывала пол, когда мы с Сашкой ворвались с покупками в дом.

Во время ужина на улице начался дождь. Мы с детьми расставили ведра и тазик в тех местах, где капало сильнее всего. Но тар было слишком мало. Завтра придется убирать набежавшие лужи. Надо думать о починке дома в первую очередь. Значит, сходить к Марье, узнать, может кто-то из мужиков собирается в лес. Или хотя бы в город с лошадью и телегой. Без телеги туда соваться будет глупостью. Хотя бы потому, что я собираюсь везти с собой платье и продать его. Хм. Надо будет оглядеть его. Возможно, там есть драгоценные камни, которые можно снять и продать отдельно.

Спать ложились на втором этаже. Мальчиков я уложила в медкабинете. Я укрыла их одеялами, которые тут были! Наконец-то! Нормальные одеяла. Хоть дети мерзнуть не будут. После чего погладила каждого по голове и пожелала спокойной ночи. Напомнила, если им что-нибудь понадобиться, чтобы смело будили меня.

Девочки вместе со мной расположились в комнате персонала. Да, это комната, по словам Сашки, принадлежала работающим тут людям. Только медсестра спала в своем же кабинете. Ну и отлично. Благодаря этому у нас теперь были хорошие кровати.

— Скорее ложимся спать, — сказала я, входя в комнату.

Ева укладывала уже засыпавшую Соню в кровать. Варя уже дремала на нашем с ней месте. Она вообще была очень спокойным ребенком. Никогда не капризничала, ела все, что ей предлагали, и не закатывала истерик. Только не разговаривала толком. Изредка издавала какие-то звуки. Я искренне надеялась, что это пройдет. Ни логопеда, ни психолога в этом месте я найти не смогла бы. А сама я даже не знала, как работать с такими детьми. Мой опыт был основан на детях постарше. Возврата Сашки, Егора и Евы.

— Спокойной ночи, Надя, — сказала Ева, ложась в кровать.

Я подошла к девочке, поцеловала ее в лоб и укутала в одеяло. Щеки Евы вспыхнули, но она не возразила. Меня тоже смутил этот порыв, но я не подала виду. Лишь погладила малышку по мягким волосам и пошла к своей кровати.

Варя, прижавшись к стене, сладко посапывала. Я укрыла нас одеялом, обняла ее и закрыла глаза.

Справлюсь ли я теми обязанностями, что навалила себе на плечи? Смогу ли я сделать так, чтобы эти дети стали счастливы? Имею ли я право на то, чтобы указывать детям, как правильно жить? Я даже не из этого мира.

Все эти вопросы моментально вылетели из головы, когда крошечная ручка Вари взяла меня за палец. Я улыбнулась и погрузилась в сон.

***

Но спать до утра, мне было не суждено. Я проснулась от грома, сотрясшего наш небольшой домик. Вздрогнув, я открыла глаза. Варя все еще сладко спала, отвернувшись от меня к стене. Я села на кровати и огляделась. Ева тоже спокойно спала. А вот Соня, укутавшись в одеяло, сильно дрожала. Боялась грозы?

— Кузьма, присмотри за Варей, — тихо сказала я, вставая с кровати.

Я никогда не видела, чтобы Соня боялась. Она всегда улыбалась и радовалась каждой мелочи. Почему-то я была уверена, что от сверкания молнии и раскатов грома она придет в восторг. Но, видимо, ошиблась. Я слишком плохо знала этого ребенка.

— Сонечка, — тихо сказала я, присаживаясь на край кровати, протягивая руку и нежно касаясь напряженной спины под одеялом. — Все хорошо, солнце. Это всего лишь гром. Он пройдет.

Девочка выглянула из-под одеяла и посмотрела на меня глазами, в которых стояли невыплаканные слезы. Я вздохнула, подхватила малышу вместе с одеялом, посадила на колени и прижала к себе.

— Все хорошо, — шептала я, поглаживая девочку по спине. — Я с тобой. Ничего страшно не случится, пока я рядом.

Снова раздался раскатистый треск и гул над головами. Соня прижалась ко мне и задрожала сильнее. Несмотря на то, что она очень боялась, слезы так и не скатились из ее глаз. Соня не плакала. Даже когда ей было страшно или больно. Я внезапно поняла, что никогда не видела и не слышала от нее негативных эмоций.

— Все хорошо... — снова повторила я, не переставая гладить худую, дрожащую спину ребенка.

Я еще столько не знала об этих детях. В погоне за лучшей жизнью для них, я почему-то толком и не обратила внимания на самих детей. Чем они живут? Чего хотят? Почему ведут себя так? Столько вопросов оставалось без ответов. Но я должна была терпеливо ждать и наблюдать. Дети сами все расскажут. Когда будут готовы.

Я не знала, сколько прошло времени, пока дождь не стих. Постепенно Соня начала успокаиваться. Я прижимала ее к себе, пока она сама не отодвинулась и не заглянула мне в глаза.

— Тетенька... — тихий, хриплый шепот разнесся по комнате.

Соня почему-то отказывалась называть меня по имени. Я не возражала. Возможно, так Соня пыталась управлять ситуацией, в которой от нее ничего не зависело. Или, как говорила Машка, когда воспитывала дочь — так дети пытаются узнать границы дозволенного.

— Что такое, милая? — тихо ответила я, не отрывая взгляда от блестящих глазок.

— А ты можешь спать сегодня со мной?

Я бросила взгляд на свою кровать. Варя спокойно спала. Рядом сидел Кузьма и, кажется, тоже дремал. Ребенок был в надежных руках.

— Да, конечно, — я улыбнулась, уложила малышку на кровать и сама легла рядом.

Соня доверчиво прижалась ко мне. Я обняла девочку в ответ и закрыла глаза. Мне очень хотелось верить в то, что моя поддержка поможет Соне выражать все свои эмоции. Чтобы она не только улыбалась, но и плакала, и злилась, и грустила. Чтобы малышка поняла — тут ее примут любой.

— Тетенька... — раздался сонный голосок.

— Что такое? — я погладила девочку по волосам.

— А ты теперь всегда будешь с нами?

— Я постараюсь. Спи, милая, — я снова погладила Соню по спине.

Девочка улыбнулась и сквозь сон пробормотала что-то неразборчивое. Я лишь смогла услышать «чит... ма...». Улыбнувшись, я обняла Соню и закрыла глаза. Сон пришел не сразу, но вскоре я уснула, вслушиваясь в умиротворяющую тишину за окном.

***

Утро началось рано. Меня разбудило пение птиц. Я открыла глаза и подумала о том, что стариковские привычки дают о себе знать. А, возможно, это Надя из этого мира была жаворонком.

Соня спала рядом. Варя тоже не просыпалась. И Ева, свернувшись калачиком, спала на своем месте. Я встала с кровати, потянулась и посмотрела в окно. Капли на травинках и листьях сверкали под лучами утреннего солнца. Погода обещала быть жаркой.

Перед тем как спуститься на первый этаж, я заглянула к мальчикам, поправила с ним сползшее одеяло и отправилась умываться. Сегодня у меня тоже было много дел. Например, приготовить завтрак, сходить к Марье, выстругать из дерева спицы и крючки, подготовиться к визиту в город и в лес. Что будет первым, я пока не решила. Если повозка в город найдется быстро, то первым пунктом будут закупки. Если нет, то лес.

На завтрак было решено сварить уху. Быстро, просто и вкусно. Лепешки еще остались. На обед думаю испечь пироги с рыбой. Муки, конечно, уже не много. Но возможно удастся купить ее сегодня. Или сразу готового хлеба.

Как только по дому начал разносится вкусный запах, дети повыскакивали со своих кроватей. Они дружно скатились по лестнице и были отправлены умываться.

После сытного и плотного завтрака, мы собрали совещание. Нужно было определиться, чем заняться дальше.