– Что, черт возьми, здесь происходит?
Элис вздрогнула от неожиданности, над ними склонилась Тилли в клоунском костюме.
– Глядя на вас, можно подумать, что у вас полный порядок, – проговорила она, приподнимая бутафорскую бровь. – Хотя нет, стоило оставить ребенка, чтобы за вами присматривал.
Гарри вытирал лицо от краски, пока Элис переодевалась. Десять минут спустя девушка вынырнула из дома, одетая в джинсы и розовую футболку. Тилли со стайкой послушных детишек, выстроившихся позади нее, помахала рукой, когда они выходили из сада.
– Ты видел? – воскликнула Элис. – Ума не приложу, как ей это удается.
– Зато с нами было веселее. – Он приобнял ее за плечи.
Элис даже не шелохнулась, чтобы убрать его руку. Может быть, час в параллельной реальности того стоил.
– Ланч? – спросил он.
Элис кивнула и улыбнулась. Они отправились в паб, украшенный в традиционном стиле. Обосновавшись за уютным столиком внизу, заказали багеты и одну на двоих картошку фри.
Гарри ловил себя на мысли, что его взгляд то и дело останавливался на ее лице. Она сняла блестящую резинку, теперь ее волосы мягкими волнами спускались на плечи. От образа феи осталось несколько пятнышек блеска на нижней губе, которая так и манила ее поцеловать. В его голове застыл образ смеющейся Элис, лежащей с ним рядом на траве. Эта веселая, непосредственная, полная энергии девушка не имела ничего общего с чопорной высокомерной женщиной из офиса.
Вплоть до последнего времени он не осознавал, что все это время шел по накатанной колее, его жизнь с бесконечными мимолетными увлечениями без всяких обязательств стала поверхностной.
Если он и к Элис применит свой принцип «чем больше, тем лучше», потерпит фиаско, поэтому придется для разнообразия шаг за шагом подбираться к ней, чтобы, наконец, сломить ее защиту. Ему нравилось, что она отдавалась делу на сто процентов. Даже выполняя просьбу подруги, не довольствовалась джинсами и футболкой, а разыскала сказочный костюм. А с каким воодушевлением бросилась в игру!
Чем бы она ни занималась, отдавалась делу без остатка. Гарри подумал с замиранием сердца о том, каким окажется мерзавцем, если все-таки затащит ее в постель.
– И как я справился? – неожиданно спросил он.
– О чем ты?
– Это было своего рода наказание за вчера? Я говорю о безумной вечеринке и банде маленьких шалопаев.
– Уж кто и наказан, так это я. Эти дети окружили меня со всех сторон.
– И у тебя даже не екнуло сердце?
– Что?
– Ну, а как же биологические часы и все такое?
В ее памяти было свежо воспоминание о том, как она разрыдалась в офисе на прошлой неделе. Элис покачала головой.
– Нет. Хотя, учитывая сегодняшнее происшествие, мне, видимо, придется походить на курсы будущих родителей.
Гарри улыбнулся:
– Как сказать. Мне казалось, у нас получилась чумовая команда.
– Это точно. Ты сыграл на моих недостатках.
– Глупости. Просто, раз уж ты взяла на себя роль плохого полицейского, мне пришлось играть хорошего. Работа в команде. Надо этому учиться с самого детства, тогда все пойдет хорошо.
– Надеюсь, однажды ты остепенишься и обзаведешься семьей, наконец, встретишь правильную женщину. Конечно, если не бросишь ее сразу после того, как узнаешь ее имя. Можно сказать, обратный отсчет наступит сразу после того, как ты заговоришь с ней.
Гарри повертел в руках стакан.
– Даже не подумаю.
Элис откинулась на спинку стула и сощурилась, словно хотела заглянуть в недра его души.
– Не понимаю твоего отвращения к детям. Особенно когда ты так естественно себя с ними ведешь. Глядя на тебя, никогда не подумаешь, что ты терпеть их не можешь.
– С чужими детьми все по-другому. Ты можешь в любой момент уйти.
– Можно подумать, у тебя где-то есть незаконнорожденный ребенок, которого ты старательно прячешь. – В голосе Элис прозвучали шутливые нотки, однако лицо оставалось серьезным.
– Не говори ерунды. – Он заметил обиду в ее глазах. Между ними установилась незримая связь, которую он боялся разрушить. Надо рассказать еще немного о себе, чтобы укрепить ее. – Скажем так, я прекрасно представляю, что значит нянчиться с ребенком. Даже знаю, как управляться с трудным подростком. – Элис выжидающе посмотрела на него. Он пожал плечами. – У меня есть младшая сестра. Я заботился о ней, когда она была маленькая.
Гарри не имел привычки рассказывать о своей семье. Он научился жить в Лондоне не завязывая ни с кем доверительных отношений, так чтобы не пришлось рассказывать о своем прошлом. Даже вдаваться в воспоминания в присутствии другого человека для него было в новинку.
– Такое ощущение, что во фразу «заботился о ней» ты вложил гораздо больше смысла, чем обычно вкладывает брат по отношению к младшей сестре. А как же твои родители? Где они были все это время?
Появилась официантка с их заказом. Он подождал, пока она не уйдет, прежде чем продолжить.
– Отец бросил нас, когда Сьюзи была еще малышкой. Мне в то время было четырнадцать.
Элис отрезала хлеба и положила себе на тарелку немного картошки.
– А что с мамой?
Гарри понравилось, что она смотрит на еду, а не буравит его дотошным взглядом, и смело продолжил:
– Она, конечно, тоже участвовала в воспитании дочери. Правда, отчасти. – После стольких лет обиды на мать у него просто язык не поворачивался сказать о ней что-нибудь хорошее. – Мать страдала резкими перепадами настроения. Тяжелые периоды, когда она доходила до того, что не могла встать с кровати, сменялись временами, когда она становилась душой любой вечеринки и пропадала из дому. Бывало, даже на несколько дней.
Элис сочувственно посмотрела на него.
– Да уж, нестабильное поведение плохо сказывается на маленьком ребенке. У нее проблемы со здоровьем?
– Оглядываясь назад, думаю, да. Хотя, вероятно, можно было бы держать под контролем свои выходки. Но она бы никогда не признала, что у нее проблема, и уж тем более не стала обращаться к врачу. В итоге отец кого-то себе нашел и исчез.
– А ты?
– Сьюзи на десять лет младше меня. В общем, получилось так, что я полностью взял на себя заботу о ней. Водил в школу, забирал обратно, готовил еду. Следил, чтобы она не оставалась дома одна.
Элис тепло посмотрела на него.
– Да ты лучший старший брат, которого только можно пожелать.
– Нет. – Он на мгновение взглянул на потолок, чувствуя укол вины; будь у него выбор, он бы повел себя по-другому. – Прошу, не говори так, словно на тебя это произвело впечатление. Случалось, я был зол на Сьюзи и обвинял ее в том, что она постоянно в чем-то нуждалась. Особенно когда мне было около девятнадцати, а ей примерно восемь. С ней тогда было особенно трудно, она превратилась в жутко упрямую девчонку. Мне приходилось сидеть дома с ней, а самому хотелось гулять с друзьями. Я терпеть не мог такие моменты. Так что даже не говори о моем бескорыстии. Это не так. Отец быстренько смотался. Иногда я жалею, что не поступил так же.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
