Гарри в удивлении бросил взгляд на стол. Рука Элис сжала его ладонь.
– Как бы то ни было, ты оставался. Это самое главное. Не важно, нравилось тебе это или нет, но ты брал на себя ответственность. Вместо того чтобы сокрушаться, ты должен гордиться собой. У каждого из нас существуют периоды, когда все складывается не так, как нам того хотелось.
– Семейные узы. Много лет назад я решил, что это не для меня. Меня никогда не покидала мысль: когда Сьюзи станет настолько взрослой, что сможет сама о себе позаботиться, я обрету долгожданную свободу. Никто больше не посмеет меня удерживать, связывать и ограничивать. Единственный человек, о ко тором я беспокоюсь, – я сам.
Гарри без особого желания взял с тарелки несколько ломтиков картошки. Элис молча наблюдала за ним.
– А как у тебя?
– Меня никогда не связывали подобные отношения в семье.
Самое забавное, она всегда об этом мечтала. Хотелось быть нужной своей семье, даже в какой-то степени незаменимой. Правда, она никогда не думала об обратной стороне ответственности, которую ощутил на себе Гарри. Да к тому же у нее не было ни брата, ни сестры. По крайней мере, ни с кем не приходилось сидеть.
– Моя семья… – Элис замолчала, подбирая нужные слова. На губах застыла недосказанная фраза. – В общем, они очень независимые. Я редко с ними вижусь.
– Они живут в Лондоне?
– Нет. Отец обитает в Кенте, а мама – на южном побережье.
– Они разошлись?
– Да, когда мне было тринадцать. – Она печально улыбнулась. – Я все еще вижу их вместе. У них все сложилось не так, как у твоих родителей.
Элис переходила от одного к другому, словно какая-то вещь. Чувствовала себя никому не нужной. Ей казалось, каждый хотел скорее избавиться от нее, а не взять к себе.
– Мне правда очень жаль, – искренне проговорил он.
Элис покачала головой.
– Это лишнее. Много воды утекло с тех пор, да и закончилось все довольно быстро. Родители не любили раздувать трагедии. Отец ушел сразу, как только появились первые трудности, мама, казалось, была этому только рада. Меня не устраивал такой порядок вещей. Когда тебе тринадцать, ты хочешь, чтобы они сошлись и попробовали снова. Однако на деле это не привело бы ни к чему хорошему. Никто не был бы счастлив.
– А сейчас они счастливы?
Элис тут же подумала о матери, любительнице коротких романов, и Алехандро, парне двадцати с небольшим лет, ее новым увлечении. Поскольку она жила далеко от матери, ей не приходилось знакомиться с вереницей неприятнейших мужчин, которые, казалось, совершенно не подходили маме. В этом она уважала отца, не понимая, однако, почему он не захотел наладить отношений с ней и мамой. Элис широко улыбнулась.
– Моя мама – свободная душа. Кажется, вполне счастлива. Отец быстро себе кого-то нашел, снова женился и обзавелся еще одним ребенком. Дочерью. – Элис даже бровью не повела, произнося последнее слово. Она не подросток, чтобы чувствовать, что кто-то занял твое место в сердце родителя. Став взрослой, она считала подобные мысли детским лепетом и построила свою жизнь по такому принципу, что уважение и расположение нужно завоевать, над отношениями долго и упорно работать, ничего не приходит даром.
Гарри сдержал порыв сочувствия, за что Элис была ему безмерно благодарна.
– Даже после всего этого ты еще хочешь обзавестись семьей.
Элис расплылась в улыбке.
– Совершенно верно. По крайней мере, постараюсь не допустить ошибок родителей.
Безумное желание связать себя с любимым человеком на всю жизнь и стать полноправным членом семьи никогда не покидало девушку.
– Конечно, в том и состоит прелесть мимолетных романов, что вы не доходите до крайней точки, – ответил Гарри, – просто не успеваете друг друга возненавидеть или обмануть.
– Но рано или поздно захочется чего-то большего, чем короткий роман.
– Даже не знаю, что ответить. Меня все устраивает. – Гарри поднял стакан. – За мимолетные увлечения!
Они чокнулись, на губах Элис заиграла победная улыбка. Гарри потянулся к ней свободной рукой и обхватил ее пальцы. В ответ на его прикосновение пульс девушки застучал сильнее.
Оказалось, под маской ловеласа скрывалась не такая уж поверхностная личность. Как она могла винить его за несерьезное отношение к девушкам, если у него было такое детство? Очевидно, у него пропало желание брать на себя ответственность за другого человека. Пришел его черед немного пожить для себя.
Закончив трапезу, Гарри заплатил за обед. Только тогда в голове Элис промелькнула мысль, что она ни разу не вспомнила про свой список. Главным условием эксперимента было то, что она ни в коем случае не должна довериться ему. Впервые допустила мысль, что Гарри мог бы ей понравиться. Конечно, она считала его привлекательным, впрочем, как и любая другая женщина на ее месте. Кто бы мог подумать, что между ними окажется столько общего. Она всегда считала, что их разделяет пропасть. Нравилось, как он к ней относился, к тому же теперь она ему сочувствовала, как никто другой, зная, каково это – страдать от проблем в семье, когда ты подросток.
Элис старалась не обращать внимания на мелкую дрожь по спине, которую вызвало прикосновение Гарри к ее талии, когда он помогал ей сесть в машину, и сконцентрировалась на эксперименте. Хотела держать все под контролем. Она могла смириться с тем, чтобы испытывать симпатию к Гарри, но чтобы влюбиться в него – это уже чересчур.
К тому моменту, когда Гарри остановил машину около ее дома, нервное возбуждение овладело девушкой с новой силой. И снова те же симптомы: бабочки в животе, учащенное сердцебиение и вопрос, который ни на секунду не переставал ее мучить, – поцелует ее Гарри или нет.
Конечно, бдительность после откровенного разговора с ним о детстве слегка притупилась, однако она не настолько потеряла голову, чтобы строить иллюзии относительно его характера. Гарри оставался прожженным игроком, и не важно, по какой причине стал таким.
До воспаленного сознания Элис тут же дошло, что Гарри выключил двигатель, повернулся и заглянул в ее глаза. Сердце девушки замерло на мгновение и застучало с бешеной скоростью. Она инстинктивно облизнула губы. Сколько времени прошло с тех пор, как она целовалась последний раз? Три года? Больше? Элис задумалась, можно ли разучиться целоваться или это как с ездой на велосипеде и плаванием? Если научился, то на всю жизнь?
– Спасибо за ланч, – проговорила она, поскольку он настоял на том, чтобы оплатить счет, несмотря на ее протесты. Интересно, изменит ли он свое отношение к ней после того, как затащит в постель.
Элис тряхнула головой, отбрасывая эту мысль.
Гарри самодовольно улыбнулся:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
