Голована прислала мне волну благодарности. Уж не знаю, откуда это в ней взялось, но полежать в теплой, почти горячей воде для моей зверюги — дикий кайф. Фиг ее из ванной выгонишь, часами там валяться готова. А потом я должен сливать всю воду. И драить эту самую ванну местной смесью соды и тонкомолотого мела, чтобы отмыть. А потом еще мылом намывать. И самое главное, именно Вера пускает Герду в ванну, и именно она же заставляет меня драить оную опосля голованы. Хотя я сам пару раз видел, как обе мои красавицы сидят в одной ванной.
Вера мне тогда возражала, что голована сначала была начисто и набело вымыта с хвойным и дегтярным мылом отдельно в корыте, что сейчас зима, а не осень, и что я вообще не понимаю женскую душу. Ну да, попробуй ее пойми, она же не моя. Но впрочем, мне для моих девчонок, что бесхвостой, что хвостатой, ничего не жалко. Хотят мыться — пускай моются.
— Так. Дамы, пока hermanita бегает насчет белья, шампуня и полотенец, поговорим еще. Дамы, вероятно, вы считаете меня работорговцем, а город рабовладельцем. Учитывая, что пугать вас достаточно сложно, я просто попробую достучаться до вашего здравого смысла. Звонкий Ручей является частью достаточно сильного анклава. Но главное не это. В нашем городе относительно спокойно и безопасно. У нас собирается народ, который, хоть и сделал что-то страшное, но не стремится делать это постоянно, и хочет жить спокойно. Это самое главное — наш город вполне нормальное место. На фронтире космоса есть места намного беспокойнее и опаснее. Видимо, чтобы начать ценить нормальную жизнь, надо пройти через мясорубку юстиции.
— А вас сюда за что сослали, шериф? — Звонко выкрикнула одна из китаянок, почти без акцента.
— Дорогие барышни, учтите, тут этот воспрос из нежелательных. Мало ли за что поселенец или поселенка были сосланы. У большинства это воспоминание о страшном, о потерях и боли. Потому, если не хотите нарваться на серьезные проблемы — не спрашивайте об этом. Захочет человек, сам расскажет. Но я отвечу на твой впрос, Мэй Сунь. Я отомстил, убив пятерых. — Поглядев на посерьезневших дамочек, я оглянулся на появившуюся с парой больших корзин Грессию и Герду, тоже с корзиной в зубах, и продолжил. На Герде, кроме корзины, еще немалых пара вьюков поперек спины. И главное, молчит, паразитка, на лапу не жалуется. А мне постоянно ноет в ментале, приходится ее на руках таскать. — А сейчас вас ждет купальня. Я тут подумал — времени у нас хватает, так что можете пробыть в ней два с половиной часа, плюс час на послебанные процедуры.
Молодые женщины достаточно позитивно отметили это мое заявление, и с довольными возгласами и смешками стали просачиваться мимо меня, в узкий коридор, ведущий к купальне. По дороге я снимал с них наручники, все едино, другой дороги отсюда, кроме этого коридора, нет.
— Ну, как тебе моя речь? — брякнув немалую связку сверкающего железа на стол, и усаживаясь в старое, но удобное кресло, спросил я Майкла. Тот вольготно расположился, перекинул ноги на стол, и все время моего выступления пускал дым в потолок.
— Отличный спич! Потренируешься на этих девицах несколько раз, и можешь пробовать толкать речи на выборах шерифа. А то и мэра. — Негрилла пустил пару колец в потолок, и полюбовался на игру теней. После чего закинул свои ноги на стол, поверх связки наручников.
— Договорились! Повяжешь девиц после купания, а я пошел, тренироваться в красноречии. — И я порулил было оттоль, но повернулся. — Девки, как обсушатся и оденутся, пусть здесь посидят с полчаса, в холле. Немного остынут, нам только простуженных не хватало.
— ОК, старший. — Лениво кивнул громила, наслаждаясь сигарой. Кстати, ну не понимаю, чего они в табаке находят? Хотя, их проблемы. И повернулся к парням-волонтерам, и паре молодых возниц, которые терлись рядом, и глазели на девок. Ну да, было на что, фокус с тремя сиськами их здорово развеселил. — Парни, вас это тоже касается. Майкл, руководишь здесь сменами, один девок не принимай. Хотя, через три часа я подойду.
Неторопливо я прошел по узкому и темному коридору до большой комнаты, где поселенки жили. Простые кровати, сбитые из грубых досок, с матрасами, набитыми сеном, и подушками, набитыми пером птицы. Грубые, но теплые пледы, коврики около кроватей из войлока. Длинный стол посреди комнаты, где женщин кормили. Я уже поглядел недельное меню, нормальная кормежка. Мясо, картошка, капуста. Макароны и рыба. Каши с мясом. Компоты из сухофруктов, травяные взвары, настойка плодов шиповника. Писал явно врач-диетолог, потому что везде проставлена пищевая ценность, калорийность, количество и состав витаминов. Кого только тут не встретишь, не зря говорили в старину — от тюрьмы и от сумы не зарекайся!
Я завалился на ближайшую койку, и сосредоточился, связавшись с прибалдевшей в тепле Гердой. И вскоре смотрел ее глазами и слушал ее ушами. Обоняние я оставил, положившись на мою хвостатую подругу, она мне передаст ощущение. Вообще-то, смотреть глазами голованы сложный фокус, но я уже привык.
Веселые женские голоса, взвизги, смех. Плекс воды и громыхание жестянных тазов. Мокрое шлепанье мочалок.
В тусклом свете керосиновых ламп обнаженные женские фигуры, в различной степени намыленности. Чуть-чуть света добавляет почти севшее солнце в узкие зарешеченные оконца под потолком купальни. Но видно, и достаточно неплохо.
И наколки, наколки, наколки.
Вот трехсисястая мидификантка, на спине дракон на мотоцикле, бедро обвивает змей из стальных тросов. Екарный бабай, это же девица из той же самой банды, что и моя оторва! Надо же, встретились.
Вот китаянки, мылящие друг другу спины. Точно, триада, отделение Второго Китайского сектора. Так, там нормальных обитаемых планет нету, но есть четыре большие станции, и города-куполы на поверхности планет. Мосластые девчонки, худенькие. Ничего, откормятся.
Пар тискающих друг друга девиц, притулившихся в уголке. О, там эта шведка, которая элитная проститутка, и одна из негритянок, тоже скандинавка. Похоже, их мужики особо не интересуют. Ну, даже если они и не пожелают замуж, то в борделе работать тоже надо.
Грессия, полоскающая волосы в тазу. Отличная фигрука у сестренки. Не зря к ней сразу пятеро парней в городе клеются, а она никак не выберет.
Так. А это что за интересная штука? У Полины Морозовой под правой грудью наколка — автомат на щите. Это же наколка пехотинцев территориальных войск? Никогда бы не подумал. Нет, девица крепенькая, как боровичок, ладная и сильная, но эта уютная пухлость… мда, не суди по внешности.
Шейла с визгом опрокинула на себя полный тазик воды, и сейчас трясет головой, брызгая во все стороны. Груди ходуном ходят, завораживающее зрелище. Красивая девица, чистенькая. Накиких наколок, сильное красивое тело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
