– С кузнецом забавно получилось. – оценил Аргилай. – Ты с самого начала знал, что его нет в кузне.
– Догадывался. – пробубнил Совенок. Парень все так же был погружен в себя и вяло реагировал на вопросы.
– Похоже, Щедрый Пит пользуется большим уважением в Жадинах. – Лаи попытался развить разговор, который все больше смахивал на разговор с самим собой. – Твой хозяин большая шишка?
– Он мне не хозяин! – вспыхну Совенок. Собеседник явно затронул больную тему. Но мальчик-слуга быстро остыл и к немалому удивлению юноши сам задал вопрос. – А куда вы едете?
– На море, к родственникам. – расплывчато, но честно ответил Аргилай, которого происшествие с Чистогоном научило не доверяться малознакомым людям.
– А в нашем селе надолго?
– Не знаю, – пожал плечами Лаи. – Но задерживаться не планировали. Девушкам поможем и в путь.
Совенок кивнул, что-то уясняя для себя. Оставшийся путь спутники проделали в привычном молчании.
Когда впереди показался приземистый бревенчатый домик с земляной крышей, Аргилай смачно выругался. Здесь тоже стояла очередь. Вернее, сидела. Пятеро крепких бритоголовых парней расположились на грядках небольшого огородика, прямо перед дверью избушки.
– Кто крайний? – спросил Аргилай, памятуя ценные наставления бабки со сковородой.
– А никто. – ответил парень с косым шрамом на лбу. Он с усмешкой посмотрел на своих бритоголовых собратьев. – Верно парни?
Те, посмеивались, закивали в ответ.
Но Лаи вынес ценный урок из случая с кузнецом. Потому юноша не стал сразу ломиться в закрытую дверь домика ведьмы, а очереди вопрос.
– Ведьма дома?
– Дома, – ответили ему. – Где ж еще, нахрен, быть.
Юноша с благодарностью кивну и решительно подошел к двери. Вежливо, но настойчиво постучал. Никакого ответа. Постучал еще раз. Опять ничего, кроме смешков за спиной. Тогда Лаи дернул за ручку. Безуспешно – дверь оказалась заперта.
– Ведьма точно дома? – повернувшись к бритоголовым, уточнил Аргилай.
– Я те свистуля, шо ли, – с наигранной враждебностью ответил парень со шрамом. – Дома она. Стучи, давай.
Юноша кивнул, повернулся обратно к двери и в очередной раз постучал.
– Уважаемая ведьма, – громко позвал он. – Нам срочно требуется Ваша помощь. Это вопрос жизни и смерти!
– Пусть эти уйдут. – прозвучал приглушенный ответ из-за двери.
Лаи растерянно почесал в затылке и опять повернулся. Вообще ему переставала нравиться эта игра в юлу. Все крутится и крутится, то к двери, то к очереди.
– Хочет, чтобы вы ушли. – извиняющимся тоном сообщил он.
– А хрен мы уйдем! – с вызовом отозвался все тот же парень со шрамом. Он явно являлся главным в этой компании любителей стрижек «под колено». – Ведьма монет должна. – сообщил он. – У Глюка хвороба случилась – икал не переставая, спасу найти не могли. А эта коза с нас за снадобье содрала втридорога. Только ни хрена не помогло.
– Врет, – раздалось из-за двери. – Помогло!
– Да какой нахрен помогло! – возмущенно закричал парень со шрамом и даже встал с грядки. – С нужника третий день не встает, икнуть боится.
– А нечего с самогоном мешать. – отозвалась ведьма. – Я говорила.
– Закройся нахрен! – взвился парень. – Сюда иди! Сидит она там.
– Ребят, – робко попросил Аргилай. – А может, вы на время оставите ее в покое? Например, Глюка проведаете? Нам очень нужна помощь ведьмы.
Главарь бритоголовых нахмурился и вразвалочку подошел к Аргилаю. Угрожающе придвинулся и навис над ним.
– Думаешь если из города приехал, то самый нахрен умный?
Его окликнули с грядок:
– Эй, Зубочистка, остынь. Пусть валит.
– Пошел ты, – не поворачиваясь, огрызнулся парень со шрамом. – Он с ведьмой заодно, небось. Тоже пришлый.
– Я не из города, – попробовал выкрутиться Лаи. – Я с Большого Дна приехал.
– Да хоть из задницы вылез! Мне вообще похрен!
Понимая, что слова тут уже не помогут, Аргилай решил отправиться за подмогой в виде Трицы и попытался протиснуться мимо главаря, который загораживал ему путь к отступлению от дома. Этот рослый и крепкий противник явно был ему не по зубам, тем более с компанией своих товарищей. Но Зубочистка не собирался так быстро заканчиваться свое развлечение, на котором планировал отыграться за неудачу с ведьмой. Он грубо толкнул парня и приказал:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Стой, где стоишь, нахрен! Я с тобой не закончил.
– Мне не нужны неприятности. – примирительно сказал Лаи и опять попробовал обойти бритоголового, но вновь получил сильный толчок в грудь и отлетел обратно к двери.
– Смелый, что ли? – самодовольно ухмыльнулся парень со шрамом и смачно плюнул под ноги юноше. – Давай один на один.
Аргилай затравленно огляделся, ища пути к отступлению. Но помощи ожидать было неоткуда и не от кого. Трица не явится к домику ведьмы, проверить как там ее наниматель и не заколдовали ли его. В итоге все возможные варианты сводились только к одному неприятному – придется драться. Вернее – получать по лицу. Лаи вздохнул и попытался вспомнить все, чему научился за время тренировок у своей рыжей спутницы.
Но внезапно на выручку пришел Совенок. Он громко промолвил:
– Зубочистка, тебя Щедрый Пит к полудню на мельнице ждет.
– Че? – удивился парень со шрамом, не поворачиваясь к собеседнику, чтобы не упустить свою жертву, которую он собирался хорошенько поколотить. – Вчера же нахрен ходили.
– Мне передать, что ты отказался? – уточнил Совенок.
Зубочистка раздосадовано выругался и махнул рукой своим товарищам:
– Пошли, парни. Потом развлечемся.
Проводив бритоголовую компанию взглядом, Лаи с облегчением перевел дух, а затем удивленно взглянул на своего спасителя и спросил:
– Ты ведь им соврал? Щедрый Пит сейчас в гостинице, а потом пойдет к себе домой.
– Соврал. – безразлично согласился мальчик-слуга.
– Спасибо. – искренне поблагодарил Аргилай и осведомился: – У тебя не будет неприятностей?
– Будут. – кивнул Совенок.
– Я поговорю с Трицей, она наверняка сможет объяснить Питу ситуацию и все разрешится. – пообещал Лаи, пытаясь найти, выходя из сложившейся неприятной ситуации.
– Ничего не разрешится. – покачал головой тот. – Мне нужно бежать из села. Помоги мне. – он впервые прямо посмотрел на собеседника своими большими темными глазами и с пылом затараторил. – У вас две свободные лошади, возьмите меня с собой до Тильбона. Прошу! Мне очень нужно!
– Хорошо, – от неожиданности легко согласился Аргилай. – Подходи завтра к конюшне.
– Нет, – качнул головой Совенок. – Я спрячусь в лесу. У дороги возле озера большая старая ива. Завтра я буду ждать вас там.
– Договорились. – кивнул Лаи.
Мальчик собрался было уйти, но остановился и с волнением посмотрел на Аргилая.
– Дай слово. – попросил Совенок. – Дай слово, что отвезешь меня в Тильбон.
– Даю слово.
Совенок немного расслабился. Еще раз взглянул на собеседника и, нервно улыбнувшись на прощание, быстро побежал к лесу.
Аргилай какое-то время смотрел в спину уходящему мальчишке, а потом пожал плечами и решил вернуться к делу, за которым сюда пришел. Он развернулся к злополучной двери, возле который чуть было, не получил на орехи, поднял кулак и постучал.
– Открывай, ушли они! – сообщил юноша.
За дверью послышалась какая-то возня и стук отпираемого засова. Дверь слегка приоткрылась, и из темной щели на Аргилая уставился глаз. Ведьма, некоторое время, молча, рассматривала гостя. Затем она испуганно вскрикнула и попыталась захлопнуть дверь. Но Лаи был готов к подобному повороту событий и заранее поставил ногу между косяком и дверью, исключая закрытие последней. Потерпев неудачу, ведьма оставила попытки выставить гостя на улицу и, судя по топоту, убежала вглубь дома.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ну, началось! – раздосадовано, всплеснул руками юноша и зашел в дом. – Не бойтесь, бритоголовые ушли. Тут только я!
С яркого света в избушке казалось слишком темно. Неприятно пованивало гнилью и затхлостью. С потолка свисали различные предметы, прямо говорящие о профессии хозяйки. Здесь имелось именно то, что представляют себе обычные люди при слове «дом ведьмы»: пучки травы на веревочках, высушенные грызуны, подвешенные за длинные хвостики, гирлянды из маленьких косточек и фигурки человечков, связанные из веточек. Аргилай ничего не знал о ведьмах, колдовстве и прочей магической ерунде, но ему почему-то казалось, что все это развешено исключительно с одной целью – в качестве украшения. Сложно было вообразить себе, что все эти поделки могут нести в себе какую-то практическую пользу, кроме сбора пыли и рассадника плесени.
