— Не знаю. Может, им потребовалась его сила. А может, они хотят поссорить светлых и темных. По крайней мере, это им удалось.
— Надо сказать королеве.
— Нет!
Я встала у него на пути, и глаза Ясеня сурово вспыхнули.
— Она тебе не поверит. Я хотела все рассказать, но она превратила меня в сосульку. Маб во всем винит Оберона.
— Меня она послушает.
— Ты думаешь? После того, что ты натворил? Ты же освободил меня и убил Явора.
Он помрачнел. Чувство вины пронзило меня, точно кинжал, но я постаралась об этом забыть.
— Нужно догнать их! — Я вдруг поняла, что надо делать. — Мы найдем Терциуса и вернем скипетр. Только так можно предотвратить войну. Тогда уж королева точно нам поверит.
Ясень медлил, раздумывая, послушать меня или исполнить долг перед матерью. В глазах мелькнуло сомнение. Он запустил пальцы в волосы, но сказать ничего не успел. Внезапно по двери царапнули чьи-то коготки.
Мы вздрогнули и переглянулись. Ясень заслонил меня собой, вытащил меч и осторожно приоткрыл дверь. В комнату меховым ручейком проскользнула черная кошка, и я вскрикнула от неожиданности.
Ясень вложил меч в ножны.
— Тайсин, — буркнул он, когда фука приняла свое нормальное обличье, — Как там во дворце? Что происходит?
Она оскалилась. Прищуренные глазки нетерпеливо сверкали.
— Кругом полно солдат, — объявила она, поигрывая хвостом. — Все входы и выходы закрыты. Ищут вас.
Она посмотрела на меня и усмехнулась.
— Маб рвет и мечет. Если хотите бежать, не медлите! Скоро здесь будут гвардейцы.
Я с мольбой взглянула на Ясеня. Он в сомнении покосился на дверь и наконец тряхнул головой, будто сам не верил, что решился на такое.
— Сюда! — Принц открыл шкаф, — Быстро!
Я забралась в тесную и темную каморку. Ясень шагнул за мной и обернулся к Тайсин, которая приплясывала, стоя посреди комнаты.
— Ляг на дно, — предупредил он. — До поры до времени не попадайся Маб на глаза. Понятно?
Фука расплылась в улыбке, которая так и светилась озорством.
— Так не интересно, — ответила она и показала принцу язык.
Не успел он возразить, как Тайсин вскинула голову и повела ушами.
— Сюда идут! Бегите, а я их отвлеку. Никто лучше фуки не умеет водить за нос.
Не успели мы ее остановить, как Тайсин распахнула дверь.
— Принц! — заверещала она, и в коридоре зазвенело эхо. — Тут принц и полукровка! Сюда!
Мы спрятались в шкаф. Мимо двери протопали наши преследователи, и Тайсин повела их дальше. Ясень вздохнул и запустил пальцы в волосы.
— Вот глупая фука!
— С ней ничего не случится?
Принц фыркнул.
— Уж кто-кто, а Тайсин о себе позаботится. Потому я и просил ее за тобой приглядывать.
Так вот почему фука все время крутилась рядом!
— Зря. Няньки мне не нужны.
То, что Ясень меня опекал, одновременно и злило, и радовало.
Принц не ответил. Приложив руку к задней стенке, он что-то шепнул на неизвестном языке. В темноте образовался прямоугольник из тонких светящихся полосочек. Это была дверь. Ясень открыл ее, и комнатку залил бледный свет. Дальше тянулись ледяные ступени, уходящие во тьму.
— Вперед. — Принц протянул мне руку. — Так мы выберемся из дворца, но надо спешить, пока лестница не исчезла.
Из коридора донесся ликующий рев — кто-то заглянул в нашу комнату и теперь звал сюда товарищей. Я схватила принца за руку, и мы бросились вниз по ступеням.
6. Гоблинский базар
Ясень вел меня все дальше — сначала по сверкающей лестнице, затем по узенькому проходу, освещенному голубым пламенем факелов. Со стен ухмылялись морды горгулий. Мы бежали молча, только эхо шагов и мое пыхтение нарушали тишину. Несколько раз перед нами возникали развилки, но принц знал, какую дорогу выбрать. Как хорошо, что на мне было длинное теплое пальто! В коридоре стояла такая стужа, что дыхание превращалось в облачка. Мы все время прислушивались, нет ли за нами погони.
Коридор вдруг кончился тупиком — путь нам преградила ледяная стена. Я испугалась, что мы свернули не туда, но Ясень шагнул вперед и положил на нее руку. С громким треском стена расступилась, за ней оказался еще один коридор. Наконец мы выбежали из дворца.
Ясень повернулся ко мне.
— От меня ни на шаг.
Он взмахнул рукой, и я кожей почувствовала легкую дрожь. Меня, точно плащ, укрыли чары.
— Ни с кем не заговаривай. Не смотри никому в глаза. Пока чары действуют, никто тебя не заметит, но они разрушатся, стоит привлечь к себе внимание. Опусти голову и следуй за мной.
Я старалась. Только вот не замечать ничего за стенами дворца было трудновато. Передо мной вставал прекрасный и таинственный город зимних фейри — ледяные шпили, дома из окаменевших корней, пещеры, где над входом, точно зубы, торчали сосульки. Мы шли по узеньким переулкам, а из тьмы под валунами за нами следили блестящие любопытные глаза. Ясень вел меня по туннелям, сверкавшим тысячами крошечных кристаллов, по улицам, вдоль которых росли белые деревья, источавшие слабый свет.
Конечно же, сегодня ночью все жители высыпали на улицы. Кругом, разгоняя мрак, летали блуждающие огни. Зимние фейри плясали, пили и ревели во все горло. Их воплям вторило эхо. Я вспомнила безумный пир во дворце и догадалась, что здесь еще не закончили праздновать наступление зимы.
Мы обходили толпу стороной, стараясь не попадаться никому на глаза. Вокруг носились подданные Неблагого двора. Гремела мрачноватая музыка. Она завораживала, повергала толпу в неистовство. Тут и там пляска заканчивалась кровавой дракой, гуляки роем набрасывались на какого-нибудь бедолагу и разрывали того на кусочки. Я шла за принцем, вся дрожа, и не сводила глаз с его спины.
Внезапно Ясень схватил меня за руку и втащил в переулок, взглядом приказав молчать. Секунду спустя в толпу врезались два всадника на огромных черных скакунах с горящими синими глазами. Зимние фейри бросились врассыпную. Танцоры рычали, шипели, отскакивая в стороны. Какой-то гоблин взвизгнул и упал. Копыто размозжило ему голову.
Рыцари натянули поводья и повернулись к толпе, не обращая внимания на проклятия и рев. На них были черные кожаные доспехи с шипами на плечах. Из открытых шлемов смотрели худые, жестокие лица. Ясень переступил с ноги на ногу.
— Это воины Явора, — шепнул он, — Его гвардия, орден Шина. Они подчиняются только брату и королеве.
— Приказом ее величества, королевы Маб, — прокричал один из рыцарей, перекрывая какофонию музыки и гвалта, — Зимний двор официально объявляет войну королю Оберону и Летнему двору! За убийство принца Береста и похищение Скипетра года всех летних фейри ждет беспощадная расправа!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
