Читаем без скачивания Пикник на Млечном пути - Ольга Володарская

– Можешь отдыхать.

– Весь день?

Александр кивнул и, махнув рукой на прощанье, стал подниматься по лестнице.

В вазонах росли цветы. Соль не особо в них разбирался. Можно даже сказать, совсем не разбирался… Конечно, знал, как выглядит роза или гладиолус, мог отличить хризантему от астры, а чем засадил ландшафтный дизайнер его участок, включая клумбы, горшки, прикрепленные к столбам освещения, а также вазоны, Саша не имел понятия. Цветы в массе своей были невзрачные, но источали чудесный аромат.

Соль вдыхал его, преодолевая ступеньки, ведущие к двери.

Когда он достиг последней, зазвонил телефон. Саша вынул мобильник из кармана и, не глядя на экран, отключил. Сейчас его ни для кого нет!

Отперев замок, Соль зашел в дом. Разулся и сразу стянул носки. Он любил ходить босиком.

Шлепая в кухню, скинул с себя пиджак. Остался в джинсах и рубашке, на которой расстегнул все пуговицы. Мог бы догола раздеться, но не имел привычки ходить обнаженным по дому. Более того, он чувствовал себя неуютно, если на нем не имелось хотя бы одной детали туалета – банного халата или трусов.

Александр включил чайник. Пока вода грелась, он изучал холодильник. Продуктов было в изобилии, но чего хотелось, не обнаружилось. Что неудивительно, ведь Саша сам не знал, чего хочет. А голоден он не был. Так ничем и не соблазнившись, Соль захлопнул дверцу.

Заварив себе чай-каркаде, плюхнулся на диван. Спать не хотелось. Поэтому, вместо того чтобы валяться в постели в ожидании того момента, когда нападет дрема, решил посвятить четверть часа приятному занятию – чаепитию. Пульт от телевизора лежал на подлокотнике, и рука автоматически потянулась к нему, но Соль убрал ее. Нет, лучше побыть в тишине.

Он любил тишину. Только редко наслаждался ею. Жизнь делового человека полна шума: голосов, автомобильных гудков, телефонных звонков, компьютерных сигналов. А еще нужно хоть иногда смотреть новости, чтобы быть в курсе событий, ходить в фитнес-клуб для поддержания формы, выезжать с партнерами на мероприятия, а они выбирают скачки, гонки, боулинг. Так что в тишине Александр только засыпает…

А как здорово было в детстве сидеть часами в пустой квартире – родители работали допоздна, – клеить модели самолетов или рассматривать фотографии. Он не включал телевизор или магнитофон, как делали его сверстники, занимаясь тем же самым. Саша купался в тишине, стараясь даже бумагой не шелестеть. Родители, возвращаясь с работы, порою думали, что никого нет дома.

Саша решительно встал с дивана и направился к кладовке. Она была огромной. А все потому, что кроме швабр, ведер и прочего там стояли картонные коробки со снимками. Его наследство!

Отец скончался, когда Саша учился в школе. Инфаркт, мгновенная смерть на рабочем месте – он находился в студии, печатал фотографии.

Александр вытащил из кладовки одну из коробок. Ту, что стояла с самого края. Сунув ее под мышку, вернулся на диван. Хлебнув каркаде, Соль принялся перебирать снимки.

Многие он помнил. Что неудивительно, ведь он пересмотрел их все и не по разу. Но каждый не мог врезаться в память, поэтому некоторые он будто заново для себя открывал. Например, вот это фото.

На нем мальчик с девочкой, очень похожие, сидят тесно прижавшись друг к другу. И телами, и головами. Будто они сиамские близнецы.

Саша вспомнил их. Пацан вроде бы занимался в кружке у папы, а его сестра в каком-то другом, но он видел и ее. А еще на какой-то другой фотографии, кажется, в альбоме с лучшими снимками. У отца и такой имелся. Он называл его «золотым запасом». Очень им дорожил и показывал сыну, рассказывая о каждом снимке, кто на нем запечатлен, когда был сделан, при каких обстоятельствах. Это все равно что книжку с картинками читать. Даже лучше!

Соль перевернул фото с близнецами. И прочел надпись: «Симона и Соломон Беркович».

– Вот ничего себе! – поразился Александр. – Это, выходит, я сегодня цветы послал этой вот девочке!

Он снова перевернул снимок и стал придирчиво разглядывать. Симона изменилась, что неудивительно, на фото ей лет двенадцать, а сейчас за сорок. Но, если знать, что на фото она, легко найти сходство. Те же выразительные карие глаза, тот же нос с горбинкой, та же ямочка на левой щеке… У брата точно такая же! Он вообще копия сестры.

Саша вскочил с дивана и бросился в прихожую. Именно там он оставил пиджак. А в кармане лежала визитка. Ее вручила Симона, когда зашел разговор о бизнесе Александра, и Симона сообщила, что ее брат какой-то очень крутой специалист в сфере рекламы и бизнес-консультаций.

– Это же два разных профиля, – заметил Соль.

– Такой он, разнопрофильный, – гордо улыбнулась Симона и протянула собеседнику визитку.

Сейчас Александр доставал ее из кармана.

– Соломон Борисович Беркович, – прочел он. – Директор регионального представительства рекламно-консалтинговой фирмы «Золотое сечение».

Соль глянул на часы. Шесть утра. Рано! А то позвонил бы… Ему нужен специалист по рекламе. Причем срочно, потому что контракт с той фирмой, что работала с ними, расторгнут, а впереди открытие двух новых точек общепита.

Посплю пару часов и звякну, решил Саша. Если Симона ему понравилась, то ее брат тоже должен. Они же так похожи. А работать с приятными людьми одно удовольствие.

Глава 7

«Ре»

Проснулся, как от толчка.

Вскочил, начал озираться.

Что такое?

Несколько секунд не мог понять, где находится. Оказалось, у матери. Сердце колотится. И голова такая тяжелая, будто всю ночь пил, причем все, без разбора: текилу, коньяк, виски, самбуку, шампанское. Когда он был счастливым обладателем платиновой кредитки, то в клубах употреблял все эти напитки один за одним, хотя знал, что смешивать нельзя. Даже крепкий молодой организм с трудом переносил адские «коктейли» и утром отказывался функционировать в привычном режиме.

Сегодня организм вел себя так же, хотя Ренат ни грамма не выпил ночью.

Он сполз с кровати и направился в кухню. Открыв холодильник, нашел коробку апельсинового сока. Попил. На дверке стояли в ряд пузырьки со всевозможными каплями. Ренат нашел настой валерианы и влил в себя полпузырька. Причем не разбавляя, хлебнул прямо из горлышка. Сразу стало лучше. Вот только голова продолжала трещать. Но от таблетки Ренат решил пока воздержаться.

Он снял крышку с самой большой кастрюли. В ней, как он и предполагал, был суп. Судя по цвету, щи. По запаху – из квашеной капусты. Это порадовало, и Ренат достал кастрюлю из холодильника.

– Ты что меня не разбудил? – услышал он за спиной мамин голос. – Я бы тебе завтрак приготовила.

– Не хотел беспокоить, – ответил Ренат. На самом деле желал побыть один. Хотя бы некоторое время.

– Глупости какие, – фыркнула мама. – Мне очень приятно поухаживать за тобой. Я давно этого не делала.

– Это намек на то, что я редко у тебя бываю?

– А разве нет?

– Мам, раз в месяц железно.

– То есть хочешь сказать, это часто?

– Я очень много работаю, ты же знаешь…

– Даже слишком, как мне кажется. Ты осунулся, похудел. И начинаешь свое утро с валеьянки – я чувствую запах.

– Было лучше, когда я начинал утро с фужера ледяного шампанского?

– Оба варианта плохи, сынок. Ты вечно впадаешь в крайности.

Вот поэтому Ренат и не разбудил маму. Чтоб не выслушивать ее нотаций.

– Что тебе мешает поменять квартиру на меньшую и пересесть на автомобиль среднего класса? Занялся бы бизнесом, чтобы не батрачить на дядю, а в твоем случае тетю, у тебя же были какие-то неплохие идеи…

– Нет больше тети.

– Как так? – Мать, которая резала зелень, пока грелся суп, развернулась к Ренату. – Что, у вас руководство сменилось?

– Умерла Дора Эдуардовна.

– Да ты что? – ахнула она. – Так не старая же. Ровесница моя, так ведь?

– Да, ей примерно столько же было.

– И что случилось?

– Убили. – И чтобы избежать дальнейших расспросов, выпалил: – Подробностей не знаю.

– И как же вы теперь?

Ренат пожал плечами и попросил:

– Давай не будем об этом? У меня самочувствие не очень хорошее, и отрицательные эмоции могут только ухудшить его.

И мама вняла просьбе. Снова потрепав сына по волосам, стала накрывать на стол.

Она была изумительной хозяйкой. Даже когда могла себе позволить не готовить и не убираться, многое делала сама. Она кормила завтраком своих мальчиков и приводила после этого кухню в порядок. На ужин что-то парила-жарила, хотя муж и сын вечером не всегда являлись, а последние годы не являлись вовсе. И все вкусности, наготовленные мамой, сжирали две немецкие овчарки, живущие во дворе.

Ренат никогда бы не бросил такую женщину. И не потому, что она была его матерью. Просто таких, как она, очень мало: порядочных, преданных, заботливых, не алчных. Цельных! Ее не испортили деньги. Не озлобило предательство мужа. Не вогнали в депрессию жизненные перемены к худшему. Да и внешне мама почти не изменилась с тех времен, когда была молодой женой. Маленькая, худенькая, улыбчивая татарочка, такой она была тогда, такой и сейчас оставалась. Разве что свои чудные кудри остригла и стала красить волосы в более светлый тон.