class="p1">— Ваше сиятельство, вам разве это интересно? — он сглотнул и поправил тесный воротник рубашки. Вам как срочно нужно? Я его куда-то положил еще с прошлой зимы. Сразу не найду.
— Постарайтесь найти.
Я вышел из его кабинета. Не нравился мне этот Дубский. Похож на Арапова — после разговора с ними всегда хочется руки помыть и проверить количество ложек.
Мои ноги сами собой понесли меня к Василию. Из-за удара молнией пришлось отложить тренировки. Я не хотел расслабляться и решил сделать хотя бы разминку.
В зале было пусто. Для занятий мы заняли одну из пустующих комнат на первом этаже — вынесли всю мебель, застелили небольшой участок матами, заказали спортивное оборудование. Отец Алексея регулярно присылал деньги, и можно было купить все необходимое. Даже на вырост.
К тому времени, как пришел Василий, я успел сделать почти весь цикл упражнений. Оставалось только отжаться. Грудь уже начинала побаливать под бинтами, но я упорно принимал положение жима лежа. Футболка давно промокла от пота, приходилось кусать губы, чтобы сдержать рвущиеся наружу стоны. Сил хватило всего на несколько раз.
— Не рано ли? — раздался над головой голос Василия.
Кое-как перевернувшись на спину, я посмотрел на него. Короткие темные волосы, нос картошкой, правое ухо сломано. Он возвышался надо мной эдакой горой — высокий, слегка худощавый, но при этом будто сплетенный из тугих канатов мышц.
Он улыбнулся, подал мне руку и аккуратно поднял с пола.
— Ты перенапрягаешь поясницу, болеть же будет.
— Василий, а какая у тебя магия?
— У меня-то? — искренне удивился он. — Светлая!
— А какая стихия? — осторожно спросил я, не надеявшись на ответ.
— Вот ваша светлость, — сухо начал Василий, — зачем вам это знать?
— Интересно очень! Честно-честно!
Мне почему-то вспомнился собственный сын — он всегда так отвечал, когда жаждал вытянуть из меня какую-то информацию. И глаза еще делал такие честные! Как отказать? И Василий тоже не смог.
— Воздушник я.
Он развел широко ладони и медленно начал сводить их друг с другом. На меня налетел сильный ветер, растрепал волосы и забрался под мокрую футболку.
— Ого! Мощно! — восхищенно сказал я.
Тренер кивнул.
— Вы не любите пользоваться магией? — вопрос сам сорвался с губ.
— Не люблю, — устало ответил он. — Что в ней такого? Всегда проще и быстрее разок в мор... по лицу дать, чем заклинание сотворить.
Я понимал его мысль. Действительно, в этом мире все вокруг привыкли к силе и использовали ее везде — и двери у них тут сами открываются, и документы перемещаются, и борщи варятся совершенно самостоятельно.
В отличие от моей прошлой жизни. Там все упиралось в личный резерв мага — формируй любые заклинания, которые выучил. Вопрос лишь в количестве потраченной силы. Молодежь иногда любит показать себя, запуская в небо фейерверки. Сил жрет много, толку — мало.
Ученые внимание больше уделяли техническому прогрессу да изготовлению магических накопителей.
Когда-нибудь я перестану этому удивляться.
— Ваше сиятельство, — отвлек меня Василий, — продолжать будете?
Я прислушался к своему телу — боль постепенно уходила, руки перестали дрожать, а дыхание восстановилось. Подобрал протянутый тренером шест и крикнул:
— Продолжаем!
Вскочил и сразу пошел в атаку. Василий улыбнулся, и мы закружили по комнате, старательно пытаясь достать друг друга. Точнее, пытался я, а он лишь ухмылялся и парировал мои слабые атаки.
В один из таких моментов мне почудилось возле двери легкое дрожание воздуха. Я отвлекся, за что и получил легкий тычок в корпус.
— Соберитесь! — скомандовал Василий, но я предупреждающе поднял руку и снова скосил глаза заинтересовавшее меня место.
Тренер непонимающе остановился. Я развернулся, взвесил в руках своей шест, и со всей силы запустил его прямиком в дверь. Промахнулся, но удар вышел знатный, наверное, даже вмятина в стене останется. У меня даже в ушах зазвенело. Мое орудие дробно покатилось по деревянному полу.
В коридоре что-то глухо упало, и вдруг наступила звенящая тишина. Мы с Василием переглянулись. И не успел он дернуться, как я одним прыжком оказался у проема и резко распахнул дверь.
Но там никого не было.
Я вышел, осмотрел небольшой коридор и холл. Вазы все на месте, стеллажи целые. Что тогда это было?
Озадаченно дернув плечом, я вернулся. Василий с любопытством смотрел на меня.
— Заметили что-то?
Я открыл было рот, чтобы рассказать про марево, но тут же захлопнул его. У Алексея никакой магии нет — напомнил сам себе.
— Услышал какой-то шорох.
Ложь далась мне с трудом. Совершенно не хотелось обманывать Василия. Но я обязательно ему расскажу о появившейся силе, но потом.
— Может, мышь? — задумчиво сказал тренер.
— Это было бы неприемлемо! Михаил совсем мышей не ловит! — пошутил я, и мы расхохотались.
***
Вечером этого же дня, я сидел в пыльной библиотеке и листал очередной учебник по магии. Мне было необходимо знать, что я видел тогда у двери. Возможно, это было заклинание. Но как понять, какое? И чье?
И еще мне очень хотелось поговорить об этом с Вяткиным, но он с самым таинственным видом уехал обратно в Бийск. Ставлю все свои наличные деньги, что отправился покорять Марфу Ильиничну. Усмехнувшись, я вернулся к своему занятию.
Час спустя ко мне заглянула Анна, чтобы проверить бинты и самочувствие. Я невзначай попросил показать мне ее силу, но девушка отчаянно застеснялась и с извинениями выскочила за дверь.
Снова открыл учебник. Я надеялся отыскать какой-нибудь понятный список, мол какая магия, как выглядит. Однако на страницах были лишь жизнеописания ключевых представителей магической элиты.
В конце концов, строчки начали разбегаться перед глазами, и я заснул вместе с книгой в обнимку.
Разбудил меня Вяткин.
— Ваше сиятельство, а почему вы отдыхаете здесь, а не у себя в комнате?
Он изо всех сил старался выглядеть нахмуренным, но на лице то и дело вспыхивала лукавая улыбка. Как я понял, свидание удалось.
— Прокофий Андреевич, а вы мысли читать умеете?
Глава 8
Улыбка медленно сползла с лица Вяткина. Он вздохнул,
