У них есть открытая веранда, которая и определяет наш выбор. В такую погоду сидеть в закрытом зале просто кощунственно, в кино не хочется по этой же причине. А там посидим, потом прогуляемся вдоль набережной, до моего дома меня проводим, глядишь, кому-то перепадет кофе на завтрак…
Однако, увы.
Веселое предвкушение приятного вечера, полного флирта, себя не оправдывает.
И вот вроде бы все хорошо. Юрик даже подкачался к лету, теперь бледно сиреневая рубашка обтягивает вполне себе выразительные мускулы на его груди. И ухаживает он красиво: руку подает, стульчик отодвигает, цветы дарит и в глаза заглядывает со значением…
А вот не стоит у меня.
И все мои попытки как-то оживить чересчур ванильный вечер пропадают зря.
Подачи Юра отбивает слабо, и разговор переходит в самую ненавистную мной стадию на свидании. Это когда все жуют, что принесли, перебрасываются тухлыми фразами и запивают паузу вином.
К тому же меня преследует постоянное чувство, что на меня кто-то пялится. Несколько раз оглядываю зал, но не нахожу знакомых лиц. Даже в уборную смоталась, чтобы проверить, все в порядке с моим внешним видом.
В общем, вечер увядает на глазах. Леопарды грустнеют уже через час. Через два я уже понимаю, что спасти ситуацию не удастся.
Впрочем, я даю Юре последний шанс реабилитироваться во время прогулки, но и тут облом. У меня четкое ощущение, что мы глубоко семейная парочка на выгуле, которая вырвалась из бытового круговорота подышать свежим воздухом. Вот настолько мне скучно.
Доведя меня до дома, Юра не очень уверенно пытается меня поцеловать. Он тоже чувствует, что все не то, и момент упущен, только не понимает, где прокололся. Это видно по его глазам.
В качестве компенсации поцеловать я себя разрешаю, прислушиваясь к себе, не дрогнет ли что внутри, не проснется ли интерес и желание… Но нет. Внутренняя женщина, которая не давала мне покоя весь день, уходит спать, показав язык. Мол, вы тут, конечно, сами решайте, но без меня.
Разочарованно вздохнув, прощаюсь с Юрой, понимая, что номерок из телефонной книжки можно стирать. Женщина всегда знает, с кем бы она переспала, а с кем нет. Почти сразу. И, видимо, не просто так я долго не соглашалась на Юрины приглашения. Уговорить себя, конечно, можно, но природу не обманешь.
Заварив себе ароматного жасминового чая в новом пузатом стеклянном заварочнике, я перебираюсь на балкон. Если страсти мне сегодня не отвесили, то я просто полюбуюсь красивым красным закатом, обещающим завтрашнюю жару.
Мобильник, брошенный на подоконнике, жужжит вибрацией.
Наверно, Юра хочет скучно и традиционно закончить вечер на хорошей ноте и пожелать спокойной ночи.
Не угадываю.
«Сиреневый вам не идет, госпожа дизайнер».
Глава 18
Пф-ффф.
Сама знаю, что так себе кавалера выбрала, хотя дело не в Юре, а во мне.
Только вот вопросик: где это меня Юдин успел увидеть? По-соседски в мой двор заглянул или на прогулке? Или, может, это он меня в ресторане глазами пожирал так, что я чувствовала, что на мне скоро дырку протрут?
Любопытство назойливой мухой жужжит в ухо: «Ответь. Спроси».
Сцепив зубы, убираю телефон с глаз долой.
А у самой мыслишки крутятся: а если в ресторане, то он там тоже небось не один был. Надо думать, что, если он нашел время разглядывать, что надето на моем спутнике, его компания также оставляла желать лучшего.
От души желаю Михаилу такого же провального вечера, как и у меня. А нечего наслаждаться, когда я тут вся такая в любовном фиаско. С тоской смотрю на свои подвергшиеся дополнительной эпиляции ноги.
Зато хоть раз Юдин увидел меня при параде, а не мокрую как курицу и не с бодуна.
Сердито допив чай, я трачу остаток вечера на домашний спа. Не вышло со свиданием, хоть так себя побалую.
Но на самом деле в глубине души, я думаю, что Юдин опять явится ко мне утром, и планирую встретить его прекрасной, отдохнувшей и свежей, как майская роза. И спать ложусь не в заляпанной футболке, а в красивой ночной сорочке, которая скромнее леопардов всего на два сантиметра.
Проснувшись утром, понимаю, что проспала будильник, заведенный мной «на всякий случай». А еще понимаю, что ко мне никто не ломился. Даже проверяю мобильник. Ни одного звонка или сообщения.
Злая, как сто чертей, я устраиваю генеральную уборку и вселенскую стирку. Даже обе Юдинские футболки отправляю в машинку. Вешая их на просушку, решаю, что не верну их ему, а оставлю себе. Спокойное воскресенье, о котором я мечтала всю неделю, раздражает меня до крайности.
Чего-то не хватает.
Поэтому в понедельник на работу я прихожу злая и энергичная и сразу сажусь за Юдинский проект. Пашенька суется ко мне всего раз и еле уносит ноги. Мобильник молчит, заставляя меня нервничать каждый раз, когда приходит уведомление о сообщении, но снова и снова это только рекламный спам.
Ну и ладно. Ну и не больно-то и хотелось.
К вечеру я с чувством выполненного долга отправляю Михаилу на почту предварительный проект первого этажа на согласование. Ответ приходит не сразу, а когда я уже дома. Фразы официальные, но через пару возражений с моей стороны по его комментариям, мне вполне удается взбесить Юдина, так что спать я отправляюсь в прекрасном расположении духа. Особенно радует факт, что за придирками к мелочам и моим отстаиванием этих ничего не значащих деталей, Михаил не замечает слоновую подставу.
Утро вторника встречает меня емейлом от Юдина, где он выставляет мне дополнительную кучу требований. Не спалось мужику. Сидел выдумывал. Я могу быть собой довольна.
После целого дня переписок с Юдином в нашем классическом стиле, от накала которых, по моему скромному мнению, должен взорваться комп, ко мне боятся подойти коллеги, зато я наконец получаю заветное «утверждаю» и в предвкушении потираю руки.
В среду отзванивается Сашка-прораб, сообщает радостную весть: от петухов он избавился, привезли недостающий декор на второй этаж и ребята закончили с полами
