себе, он у меня умненький, пригодится. Я подумал и согласился. А почему и нет, мне давно помощник был нужен, а то зашиваюсь совсем.
И вот уже третий месяц, как Прохор служит у меня. Парень, действительно, оказался неплохой. Работящий, да и схватывает все на лету.
Сажусь в кресло и окидываю взглядом стоящего с открытой папкой в руках юношу.
— Ну что там у нас сегодня?!
Тот почтительно склоняет голову и с готовностью начинает перечислять.
— Отчеты со всех торговых рядов за вчерашний день у вас на столе слева. Справа, как вы приказывали, доклады от старшин мануфактур о состоянии дел на сегодня.
Заглянув в свою папку, он выудил оттуда еще один желтоватый лист бумаги и положил передо мной.
— А это список лиц, просящих у вас встречи.
С тоской осматриваю пачки бумаг на своем столе, затем взгляд падает на лист только положенный Прошкой, и глаз невольно цепляется за фамилию ближнего княжего боярина.
«Интересно, чего ж это Фрол Игнатич от меня хочет?!»
Раздумывая об этом, откидываюсь на спинку кресла и, прежде чем взяться за бумаги, говорю Прохору.
— Боярин Малой придет, проводи ко мне немедленно.
Тот тут же бодро рапортует.
— Так он уже здесь, в приемной дожидается!
«Во как! — Я уже серьезно озадачиваюсь. — Это что ж такое случилось, что ближник князев с ранья самого уже в приемной у меня трется?!»
Награждаю Прошку гневным взглядом, мол чего ж ты раньше молчал, и взмахиваю рукой.
— Давай зови!
Парень тут же бросается к двери, а я добавляю ему в спину.
— И сбитня горячего еще принеси!
Через пару секунд в проеме появляется кряжистая фигура боярина, и уважительно поднявшись из-за стояла, я приветствую гостя.
— Добро пожаловать, Фрол Игнатич! Всегда рад такому гостю!
Тот отвечает на приветствие и неторопливо проходит к столу. Так же неспешно садится, оглаживает бороду, а я, не торопя, жду, когда же он, наконец, созреет.
Время идет. Прошка уже принес две большие фарфоровые чашки со сбитнем и поставил их на стол. Гость еще с минуту аккуратно дует на горячий напиток, потом, смешно вытягивая губы и причмокивая, тянет его из кружки.
Я все это терплю и ни жестом, ни словом не выказываю нетерпения, потому как четко понимаю, боярин Малой пришел не просить. Он пришел с информацией и, скорее всего, с крайне важной для меня информацией.
Выпив примерно с полкружки и похвалив напиток, Фрол утер рукавом рот и, наконец-то, перешел к делу.
— Думаю, тебе не надо напоминать, что на первое воскресение февраля намечено общегородское вече и избрание консула на новый пятилетний срок. — Сказав, он насмешливо крякнул. — Конечно, не надо, ведь ты же сам всю эту кашу и заварил!
Молча изображаю на лице вопросительную мину, мол к чему ты это все?
— А к тому я, — боярин жестко насупил брови, — что наблюдаю у тебя, Фрязин, непозволительную самоуверенность и пагубное бездействие!
Тут уж я не могу отмолчаться.
— О чем ты вообще?! Кто-то хочет оспорить у меня пост консула?!
— А ты сам-то как думаешь?! — Фрол ехидно зыркнул в мою сторону. — Неужто думаешь, что во всей Твери не найдется десятка людей, коим ты надоел хуже горькой редьки.
Усмехаюсь ему в ответ.
— Найдется, наверняка и побольше, только я не вижу повода для беспокойства. Все концы проголосуют за меня, или ты сомневаешься?!
— Я-то сомневаюсь! — В глазах боярина вспыхнуло осуждение. — Плохо, что ты не сомневаешься.
Вот теперь мне становится по-настоящему занятно, и я тоже добавляю в голос жесткости.
— Не хватит ли, Фрол Игнатич, ходить вокруг да около?! Коли уж есть что сказать, так говори, не томи.
Огладив еще раз свою лопатистую бороду, гость бросил на меня колкий, ехидный взгляд.
— Неужто ты, консул, взаправду думаешь, что всем в этом городе мил?! Неужто думаешь, всем нравится, что ты весь город под себя подмял? Перемены твои всем по сердцу? Или может думаешь, что люди склонны за добро добром отвечать?!
Поняв куда он клонит, задаю только один вопрос.
— Кто?!
Усмехнувшись, Фрол поднял растопыренную правую ладонь.
— Ну давай на пальцах посчитаем. — Он загнул свой мизинец. — Бояре, это раз! Очень многие недовольны, что слово их уже не в чести и ты все больше с чужими князьями дружбу водишь.
Он сделал демонстративную паузу и посмотрел мне прямо в глаза.
— Купцам тверским не мило, что они на своем рынке уже и не хозяева, а в одних правах с приезжими. Это два! — Боярин загнул безымянный и тут же вслед за ним средний палец. — И три, это простой люд, что недоволен засильем чужаков, кои просто за еду и кров готовы на любую работу, а старым добропорядочным горожанам и заработать уж негде.
Фрол замолчал и откинулся на спинку кресла в ожидании, что же я отвечу. Я молчу, потому как, прямо скажу, остолбенел. До этого момента я прибывал в полной уверенности, что весь город меня чуть ли не боготворит, и никто даже в мыслях не видит никого другого на посту консула. В том свете, в каком мне только что Фрол Игнатич описал всю ситуацию, я на нее никогда не смотрел. Нет, конечно, я знал, что Якун по-тихому мутит воду. Знал, что он не успокоится и будет строить козни до последнего издыхания, но был уверен, что у него нет и не может быть серьезной поддержки в городе.
Пару секунд позволяю себе расстроенно попереживать, но тут же собираюсь с мыслями, и первый вопрос, который у меня возникает, а чего это собственно ближний княжий боярин записался в мои доброхоты?
Боярин все еще молчаливо ждет моей реакции, но вместо ответа я поднимаю на него вопросительный взгляд, и Фрол понимает его правильно.
— Почему спрашиваешь пришел?! — Он уперся в меня своими проницательными глазами. — Да потому что моя прямая обязанность блюсти интересы князя моего, а ежели сместят тебя с поста консула, то Ярославу Ярославичу никакой пользы с того не будет.
Я еще решаю, что мне ответить, а боярин, мрачно усмехнувшись, продолжает.
— Князь хоть и юн годами, но понимает, что здесь все на тебе держится! Не станет тебя, и вся слава и богатство Твери развеются, как пыль. А слава Твери — это ведь и князя слава, не говоря уж про богатство и прочее.
— Ежели вы с Ярославом это понимаете, то почему же другие не видят?
Мой вопрос прозвучал излишне эмоционально, это я не смог удержать всколыхнувшуюся в душе обиду.
— Почему?! — Фрол саркастически хмыкнул. — Да потому что не понятен ты людям! Откуда взялся?! Чего
