беспорядочными криками, выражавшими лишь страх.
Внезапно он понял, что не может разглядеть площадь. Она была скрыта ярким туманом, безумным кружащимся сиянием, сквозь которое со спокойной уверенностью двигались высокие Ворны. Харлоу и Дандональд замерли в замешательстве, а затем поняли, что не все Ворны прошли через Конвертер.
Сотни, тысячи Ворнов окутали площадь светящимся облаком, которое ослепляло и пугало тех, кто стоял на страже, и тех, кто выбежал по первому сигналу тревоги. У них было оружие, но они не видели, куда из него стрелять. Вокруг них клубился яркий туман, и высокие спокойные люди из Конвертера стремительно, с пугающей целеустремлённостью, двигались среди них. Они проделали долгий путь, чтобы сделать определенное дело, и они хотели, чтобы оно было сделано без промедления. Перепуганные земляне были обезоружены, схвачены, согнаны в кучу, и теперь их охраняли Ворны, вооружённые только что отобранным оружием.
Дандональд схватил Харлоу за руку и резко ткнул пальцем в сторону:
— Таггарт!
Он появился сквозь поредевший светящийся туман с тяжелой винтовкой в руках и выражением змеиной злобы на лице. Он навел винтовку на смутно видимые в тумане тени Ворнов, охранявших землян. Выстрелив, он наверняка заденет кого-нибудь из своих людей, но Харлоу чувствовал, что ему все равно. Харлоу предостерегающе закричал и бросился вперед.
Таггарт услышал его и обернулся. Он улыбнулся:
— Это была твоя идея, Харлоу? Что ж…, - Он вскинул винтовку.
Харлоу нырнул Таггарту в колени.
Он услышал выстрел из винтовки. Он почувствовал удар, когда налетел на Таггарта, и второй удар, когда Таггарт отлетел назад, и они оба упали на землю. Но борьбы не было. Чьи-то руки аккуратно подняли его, в то время как другие руки менее бережно поставили Таггарта на ноги.
Голос Ворна заговорил в его голове:
— Это было опрометчиво и ненужно. Мы были готовы к этому.
Харлоу обернулся и увидел рядом с собой высокого лидера. Он знал, что тот говорит с ним так, как говорил бы перед тем, как вернуться через Конвертер, и Харлоу осенило, что никто из воссозданных Ворнов не произнес ни слова вслух, что было одной из причин странной тишины, в которой всё происходило.
Лидер Ворнов улыбнулся:
— Но это было храбро, и мы благодарим тебя. Мы рады, что ты вовремя остановил оружие.
Харлоу прошептал:
— Я тоже!
И вытер лоб.
Высокие люди увели Таггарта прочь. И яркий туман начал рассеиваться, когда часть Ворнов покинула площадь.
Странная, безмолвная битва закончилась. Таггарт, Фрейн и их люди оказались в плену. После того, как команды Дандональда и Харлоу были освобождены, высокие Ворны передали захваченное оружие и пленников сотрудникам Звездной Разведки.
Ирра выскочила на площадь, выкрикивая его имя.
Харлоу бросился ей навстречу и заключил в объятия. Он целовал ее, а над их головами висели в сгущающихся сумерках древнего мира, словно ожидая чего-то, сияющие, танцующие звезды, которые были Ворнами.
Он сказал Дандональду:
— Ваш корабль должен передать сообщение в Разведку. Нам понадобится больше кораблей и больше людей для постоянной охраны Конвертора…
Голос лидера Ворнов снова зазвучал в его голове.
— В этом не будет необходимости. Прежде чем мы уйдем, мы позаботимся о том, чтобы Конвертор больше не использовался.
* * *
Наступила ночь, и Ворны начали покидать их. Высокие, странные люди толпились на ступенях Конвертора. Радостные, они шагали в пылающий луч, и легкие, свободные и счастливые взмывали вверх, как сияющие звезды, и там присоединялись к сонму ждущих их звезд-светлячков.
Харлоу стоял рядом с Иррой и Дандональдом и смотрел им вслед. В глазах Дандональда стояли слезы. Он сделал полшага к лестнице.
— Нет, — сказал Харлоу. — Нет, ты не можешь, ты не должен.
Дандональд посмотрел на него.
— Ты не был свободен так долго, как я, ты не знаешь. И все же ты прав. Я не могу.
Дверь в цементной стене Конвертера — потайная дверь, о существовании которой они раньше не подозревали, — открылась, и из нее вышел тот высокий Ворн, который был их поводырём. Его мысль дошла до них.
— Вы поступите мудро, если удалитесь из Конвертера до того, как последние из нас покинут его.
Харлоу всё понял, и его охватила великая печаль.
— Величайший секрет галактики будет уничтожен. Но так, наверное, лучше.
— Он появится снова, — пришла мысль Ворна.
Харлоу удивлённо посмотрел на него.
— Снова? Каким образом?
— Его построите вы — люди Земли, когда-нибудь у вас появится Конвертер. Когда вы впервые покинули свою планету, вы вступили на путь, с которого нет возврата. Вы будете идти все дальше и дальше, как и мы, пока не возжаждете самых дальних берегов Вселенной, а их можно достичь только так, как достигли мы.
Харлоу задумался. Так ли это? Или земляне пойдут другим путем?
Ирра испуганно дернула его за руку и что-то сказала ему, и, подняв голову, он увидел, что они одни. Последний из Ворнов поднимался по ступенькам к лучу.
Он, осознав грозящую им опасность, повернулся и взял Дандональда за руку. Дандональд, казалось, был погружён в собственные мысли, его лицо было бледным и искаженным диким сожалением, так что Харлоу пришлось тащить его за собой через всю площадь.
Дойдя до кораблей, они обернулись. Теперь у Конвертора не было видно ни одной человеческой фигуры. Из верхнего луча вылетел последний сияющий Ворн, чтобы присоединиться к сонму других, кружащих во тьме.
Тусклая красная искра появилась в боку массивного цементного основания, на котором стоял Конвертер. Это было не пламя, а энергия, высвобожденная из какого-то устройства, оставленного Ворном. Она распространялось и поглощала строение, а небесный луч, который тысячи лет был вратами в бесконечность, замерцал, потускнел и погас. Голодная искра съела весь Конвертер, и он тоже погас, и тогда все погрузилось во тьму. Кроме…
— Смотрите! — в благоговейном страхе воскликнул Ирра.
Над головой кружили Ворны, сияющее воинство блуждающих огоньков, водоворот туманных метеоров, они как будто навсегда прощались с миром своего рождения.
А потом они радостно взмыли в небо — огромный шлейф стремительных маленьких звезд, устремившихся к самым дальним берегам творения, к свободе и чуду всей Вселенной, к бесконечному времени.
Это не для землян, подумал Харлоу. У них своя дорога, и они должны идти по ней. И все же, когда он поднял взгляд, то почувствовал, что в его собственных глазах стоят слезы.
© Перевод: Stirliz77
