Идеальное небиологическое делать не хочется, но его ретроспектива притягательна, как внутренние наркотики мозга. Посмотрите фильм «Триумф воли» Лени Рифеншталь. Все ракурсы и съемки, которые она сделала про Гитлера, потом снимали про всех американских президентов, про всех наших секретарей ЦК и вообще всех великих президентов и политиков всего мира. Всё это плагиат с того фильма. Поздние подражатели Лени Рифеншталь призывали к биологической эволюции, имитируя небиологические достижения идеалистов.
Внутри каждого человека сидит небиологичность. И он хотел бы стать человеком. Почти любой человек, кто не совсем уж не в своем уме. Любой хотел бы жить по человеческим законам, но их нет. У нас биологические законы, мы живем в биологической среде. А реальных человеческих целей не ставится. И поэтому даже убогие и дегенеративные, такие как гитлеровские и сталинские, они всё равно ценятся на вес золота. Потому что каждый участник этого процесса мог почувствовать себя человеком. Что он создает то, что не существует в природе. И это колоссальный соблазн, потому что человек хочет быть человеком. Но из-за среды, которая создана в результате биологической эволюции, у него это не получается.
Тот же капитализм создан биологической эволюцией. Это продукт именно биологической эволюции, а не социальной. И никакое это не развитие каких-то там производственных отношений. Это форма отношений между людьми. Форма именно биологическая, со всей жестокостью биологических процессов, когда цена человеческой жизни ― ноль.
Амиран Сардаров: Психология говорит, что есть некие психологические зажимы и комплексы, которые можно раскрыть, переосмыслить и перепрограммировать. Сейчас есть модная психологическая теория, что все проблемы из детства, дескать, родители во всём виноваты. Или это всё чушь, просто у них изначально так устроен мозг и бороться с этим бессмысленно?
Сергей Савельев: Не совсем чушь, но зачем вот эти все модные дурацкие слова вроде «перепрограммирование». А когда не было программ, то как называли? Психологи ― это самые популярные втюхиватели на бытовом уровне.
Конечно, человек очень сильно зависит от той среды, в которой формируется мозг. И конечно он должен испытать много разнообразных впечатлений, чтобы выбрать то, что ему нравится, раз у нас пока нет системы церебрального сортинга. Но доля этого важна ровно настолько, насколько его мозг к этому приспособлен. Потому что, ну показали мальчику всё, но понравилась ему красная «Феррари», и вот он начинает ею бредить. Она доброго слова не стоит, у нас в стране ездить на ней негде, дорог таких нет. И у человека возникает цель, но эта цель детская. Он начинает хотеть заработать много денег, чтобы сесть в эту железяку. А когда заработал и сел, то что дальше? Тогда уже надо оправдать свою бессмысленно прожитую жизнь, целью которой является какая-то железяка, созданная итальянцами. Они начинают придумывать какие-то коллекции картин, спонсорство, другая какая-то имитация. Реально же их мотивация была детская и простая доминантность.
Так что ребенку надо всё показать, но всегда есть опасность, что он может увлечься чем-то, к чему у него нет способностей. А увлечется он просто из-за конкуренции с подростками, из-за подражания взрослым, и окажется в неудобной ситуации. Он будет заниматься тем, к чему мозг не приспособлен. Поэтому детей надо умело воспитывать. Есть такие штуки, как возрастная психология и педагогика, которые говорят о том, что детей надо помещать в определенные условия. Которые давали бы им определенные знания в определенной последовательности, и никак иначе. А если делать то, что делается сейчас, то будут получаться вот такие инфантильные подростки, которые хотят только «отдыхать и расслабляться». Для мальчика в 5-м классе это можно рассматривать уже почти как патологию. Когда он хочет сначала отдохнуть, а после этого начать расслабляться. Это отличная перспектива. У него появятся половые гормоны, он захочет размножаться и закусывать. И мы опять возвращаемся в зоопарк.
Амиран Сардаров: А что же делать взрослым, у которых уже много психологических проблем и давления?
Сергей Савельев: Ищите среду, которая для вас будет подходить. Может быть, вы сами являетесь источником проблем. Я знаю много примеров, когда люди сами являются таким источником. Кому-то повезло, и у него были хорошие учителя, наставники педагоги. Все эти закомлексованные идут в разные кружки, начинают заниматься единоборствами и прочей ерундой. Там их проблемы только обостряются и приводят к еще большему кризису.
Так что если вы хотите стать человеком, то будьте им. Иначе говоря, занимайтесь тем, что делает вас человеком. Прекращайте только потреблять и размножаться, и попробуйте что-нибудь создавать. Хоть что-то.
Самый верный способ того, как проверить, хочет ли человек заниматься наукой ― это поставить его в такие условия, чтобы он начал тратить свои собственные деньги, которых у него нет. Если он начинает их тратить несмотря ни на что, значит, у него есть достаточный интерес, чтобы ей заниматься. А если он начинает как на Западе ходить с протянутой рукой и канючить, вместо того, чтобы взять и сделать, значит, скорее всего, это квалифицированный рабочий по найму, которого надо гнать из науки как можно быстрее. Наука и создание чего-то нового ― это всегда жертва. Человек, который сидит дома, придумывает какую-то невероятную глупость и хочет ее за свой счет осуществить ― он более творческий, чем десяток ученых, работающих по найму. Потому что они работают за деньги, а он работает, потому что это ему нравится. В науке нельзя ничего создать, если тебе это не нравится.
Человек ― это всего 30 000 дней. Дальше яма 1х2х2 метра и холмик. Вот у тебя есть это время, так ты за него хоть что-то сделай, кроме того, как нажраться, размножиться и выпятить мускулистую грудь. Хоть как-то продемонстрируй, что ты человек. Но большинство проводят это время на лавочке, в кино и в развлечениях. Это биологические задачи. А людьми мы становимся только тогда, когда что-то созидаем. Другого пути нет. Ты ничем не можешь доказать, что ты не мартышка, раз ты ничего другого за жизнь не создал. Да, ты говоришь, у тебя есть абстрактное мышление и всё та прочая психологическая чушь, которая позволяет кого-то посредственного и никчемного назвать человеком. Но у человека есть великая возможность создавать то, чего не было до него. Если человек этой возможностью не пользуется, то я не могу найти в нем отличия от высших приматов. Потому что в этом случае на человека действуют те же законы, что и в биологическом мире. Тогда не понятно, с чего он человек.
Амиран Сардаров: Потенциал разве есть у большинства?
Сергей Савельев: Да, но он разный. Если конечно человек не больной, которого надо лечить. А так у нас настолько большое разнообразие по мозгам и полиморфизм, что мы бы могли решать любые проблемы, если бы умели направлять эти мозги туда, куда нужно. Но пока у нас методов нет.
Амиран Сардаров: У некоторых людей есть какое-то ищущее начало, которое им не дает покоя, заставляет постоянно копать и искать ответы на фундаментальные вопросы. Это тоже из-за особых зон в мозге, или еще что-то есть?
Сергей Савельев: Конечно. Они не удовлетворяются стандартным поведением. Это не всегда могут быть гении. Они могут быть психопатами и идиотами, но это не имеет никакого значения. Для человеческой эволюции неважно, гений конкретный человек или полный идиот. Это абсолютно не значимо. Важно то, что он пытается решать те вопросы, которые не решались. Это в любом случае хорошо, потому что увеличивает полиморфизм и многовариантность этого мира. Всё, что увеличивает многовариантность ― это надо поощрять. А всё, что делает людей одинаковыми как солдатиков в фильме про Мальчиша-Кибальчиша. Когда немецкий солдат подходит под шлагбаум, ему бьют по голове, и они выравниваются. Сегодняшняя человеческая эволюция ― это вот такое выравнивание шлагбаума. Все, кто высовываются ― тех, как С. Ю. Полонский ― в тюрьму.
Ко мне регулярно приходят какие-то сумасшедшие. И вот как-то пришел чудак, который занимается разработкой средств защиты от того, что инопланетяне проникают ему в мозг. Дело было летом, и он пришел в меховой шапке с опущенными ушами. Он сделал всё, чтобы инопланетяне не ковырялись у него в голове, потому что он чувствует, как они проникают в его мысли, как он рассказывал. Выяснилось, что днем-то он спасается, потому что в шапочке были зашиты пятимиллиметровые титановые пластины. Поэтому инопланетяне не могут проникнуть в его мысли и покопаться в них. Но почему-то ближе к ночи у него происходят осложнения, инопланетяне всё же добираются до его мозга. Я сказал ему, что просто когда он ложится на бок, часть мозга остается неприкрытой пластинами, и поэтому над койкой ему надо сделать титановый лист, и вот тогда он совершенно избавится от проблем с инопланетянами. Он ушел счастливый. Поскольку он больше не приходил, видимо они перестали копаться.
