— Да, пеларгонию я узнаю из тысячи. — Стоя на расстоянии от Антона, выдавила я из себя слова, глядя на злосчастное растение. — Я была бы не против, если бы вы ее унесли, куда-нибудь подальше. Правда, мне придется выпроводить вас, а этого делать не хочется, так как со стороны будет выглядеть невежливо. Возникает дилемма, которую нужно поскорее решить, иначе вот-вот у меня пойдет аллергическая реакция.
— Мигом уберу растение, отнеся обратно в машину, только, пожалуйста, не закрывайте дверь на замок, мне хотелось бы с вами поговорить. — Попросил Антон.
Я не стала спорить, просто кивнула, после чего мужчина скрылся в подъезде.
Прикрыв дверь за ним, пошла на кухню, чтобы выпить воды.
Антон не заставил себя долго ждать и практически сразу вернулся.
— Неловкая ситуация вышла. Честно говоря, даже не знаю, какое оправдание найти. — Виновато улыбнулся Антон, подходя ближе. — Хоть когда-то говорили мне, не стоит дарить растения, если без понятия, какие неприятности оно может вызвать у другого человека, тем не менее мое желание произвести на вас впечатление пересилило здравый смысл.
— Вы произвели впечатление, правда. — Не выдержав вида Антона, походившего на провинившегося мальчишку, издала смешок. — Не берите в голову. Я вас не виню.
— Рад, что не слишком огорчил. Я бы заранее спросил о ваших предпочтениях, если бы мог связаться по телефону. — Пожал плечами Антон. — Только в день, когда подвозил вас, не удосужился спросить номер.
— Антон, вы хотели всего лишь сделать жест доброй воли или…? — Уточнила я.
— Мне хотелось продолжить с вами общение. — На одном дыхании выпалил мужчина, словно боялся, что я его перебью или набрался наконец смелости, чтобы заявить об истинных намерениях касаемо нашей с ним возможной дружбы. Если подобные отношения можно так назвать. Он продолжал: — Где-то неделю размышлял обо всем и пришел к выводу, что вы мне нравитесь и меня ничто не останавливает перед дальнейшим развитием событий.
Я смотрела на Антона и мысленно удивлялась его робости. С виду казался серьезным мужчиной, которому неведомо чувство стеснения, а тут вижу перед собой человека, переминающегося с ноги на ногу и неуверенного в собственной силе очарования, подействовавшего на меня в первую встречу, но он так и не узнал об этом.
Все, конечно, замечательно, только я была замужем. К тому же, ждала ребенка от другого мужчины. Захочет ли Антон после того, как узнает правду обо мне, общаться?
Я решила не утаивать ничего от него и рассказать все, как есть.
— Антон, понимаете ли, у меня не совсем обычная жизнь, как могло показаться поначалу. — С улыбкой проговорила я. Затем перестав улыбаться, добавила: — Я беременна. От своего мужа.
Мужчина замолчал, вглядываясь в меня и выискивая малейшую деталь, указывающую на то, что я, вероятно, подшучиваю над ним.
Я же оставалась предельно серьезной.
— Надо же, а я не обнаружил в квартире явных признаков присутствия мужа. — Протяжно вздохнул Антон, не скрывая своего разочарования. — Должно быть, он скоро придет домой и мне следует поторопиться уйти, чтобы он не увидел нас вместе и не подумал невесть что?
— Нет, Антон, он не придет. Ни сегодня, ни завтра. — И отвечая на безмолвный вопрос мужчины, добавила: — Мы с ним недавно расстались. Хоть брак до сих пор не расторгнут, но это скоро произойдет.
— Он вас бросил? — Недоуменно посмотрел на меня Антон.
— Можно и, так сказать. — Улыбнулась я не очень-то веселой улыбкой. — Ну, так, что, готовы продолжать общение с без пяти минут разведенной и беременной женщиной?
* * *
— Понимаю ваше замешательство. — Сказала я после продолжительного молчания. — Вы рассказали о симпатии, которой прониклись ко мне, но не ожидали поворота, касающегося моей беременности. Я не обижусь, если отступитесь и заберете слова назад. Сделаем вид, что ничего не произошло, и вы не говорили о желании продолжить общение.
— Вероника, вы заблуждаетесь на мой счет, если подумали, будто молчу, из-за страха быть рядом с девушкой, которая понравилась мне, но вдруг оказалась беременной. — Покачал головой мужчина, растягивая уста в улыбку, отчего у него появились симпатичные ямочки на щеках, делавшими похожим на озорного паренька, как его сын. — Я не привык идти на попятную, тем более, когда речь идет о той, что покорила меня с первого взгляда.
— Вы меня удивляете, если действительно, не испугались. — Призналась я, поскольку ни раз становилась свидетельницей, как мужчина отказывался иметь дело с беременной женщиной вне зависимости от того его ли это ребенок или нет. Антон же сумел приятно поразить. И восхитить одновременно. — Правда, остается непонятным, как представляете наши отношения? Я не хочу стать для вас обузой. К тому же, у вас самого сын, которому понадобится внимание.
— Саня достаточно взрослый, чтобы справиться без меня. — Просто ответил Антон. — У него есть мать, которая проводит большую часть времени с ним. Я не вижу ничего предосудительного, если помогу вам справиться с возможными проблемами. Все-таки тяжело одинокой женщине ждать ребенка и сталкиваться с многочисленными обязанностями, взваливавшимися на хрупкие плечи. Сужу по собственной матери, которую будучи беременной, бросил отец и свалил к другой женщине.
— Да уж, как не послушаешь, подобные истории сплошь и рядом. — Я спохватилась: — Окончательно позабыла об этикете, если до сих пор мариную вас в коридоре и не пригласила на чашечку чая. Я поставлю чайник кипятиться, согласны?
— На все сто процентов! Как раз обсудим наше с вами сотрудничество. — С иронией отозвался Антон.
— Вы к любому вопросу подходите столь по-деловому? — Усмехнулась я, направляясь к чайнику, куда налила отфильтрованной воды и поставила на горящую конфорку.
— Нужно тщательно продумать алгоритм действий по завоеванию сердца прекрасной дамы. Я не имею права просчитаться, так как на кону стоит не только она, но и ее ребенок. — Рассмеялся Антон, усаживаясь за стол, где я уже расставила чашки и блюдца с тем самым тертым пирогом, от которого нужно поскорее избавиться.
Выбрасывать жалко блюдо, но съесть в дружной компании, думаю, как раз кстати. Во время беседы глупые мысли не должны лезть в голову.
Намечался душевный разговор, способный помочь выяснить, каким человеком является Антон.
— Полагаю, любая была бы счастлива занять мое место, так как не каждый день находится человек, не сдающийся ни перед какими обстоятельствами. — Сделала снова комплимент мужчине, в чью чашку налила кипяченую воду и добавила пакетик, затем то же самое сделала для себя.
— Обычно на моем пути встречались женщины, пытающиеся залезть или в кошелек, или… в постель, причем сразу. — Антон поднял взгляд, оторвавшись от созерцания содержимого чашки. — Извините за откровенность. Говорю, как есть.
— Я ценю людей за прямолинейность. — Кивнула я, внимательно слушая собеседника, но без вопросов не обошлось, за что иногда ругала себя, так как нельзя выпытывать, если человек сам о чем-то конкретно не рассказывает. Все же сдержаться трудно. С детства страдала эффектом почемучки. — То есть они буквально на первом свидании представали перед вами в образах хищниц? — Наивно спросила я. Просто мои подруги не слыли меркантильными, встречались с обычными парнями. Меня же случайно судьба свела с богатым семейством. — Признаться, не обратила внимания на вашу состоятельность. Тогда у меня была задача добраться домой, а не знакомиться с кем-либо, поэтому не всматривалась, как вы одеты и какой марки машина.
— Это один из факторов, который вызвал у меня любопытство. Я следил за вами и не заметив интереса в ваших глазах, честно говоря, и малость расстроился, что ничем не зацепил, и обрадовался, поняв вашу особенность по сравнению с остальными представительницами противоположного пола. — Продолжал Антон. — Потом размышлял, стоит ли пытаться с вами познакомиться поближе, и решился испытать удачу, встретившись еще раз.
— Уверены, что я не потребую с вас ничего? — Отважилась я подшутить над Антоном и посмотреть на реакцию. — Не для себя, так для ребенка. Женщины на все способны ради своих детей.
